Готовый перевод Engaged to the Cannon Fodder Top After Transmigrating / Омега для пушечного мяса: как выжить в мире второстепенного персонажа: Глава 8

Покинув кабинет врача, он услышал, что линия связи еще не сброшена.

Шу Байюй бросил взгляд на экран: Лу Синчжоу на том конце больше ничего не говорил, но, судя по всему, он держал телефон очень близко к лицу — Шу Байюй отчетливо слышал его слегка замедленное дыхание.

На самом деле Лу Синчжоу прекрасно расслышал каждое слово врача, включая ту догадку.

В повседневной жизни действительно встречаются омеги, которые пытаются воспрепятствовать наступлению периода течки, и они нередко закупают в огромных количествах подобные подавляющие препараты через нелегальные организации.

В отличие от обычных блокаторов, которые омеги вводят во время течки, эти средства обладают крайне тяжелыми побочными эффектами, проявляющимися со временем.

И как правило, те, кто предпочитает использовать столь опасные препараты, лишь бы не переживать течку, просто не в силах смириться с собственными вторичными половыми признаками.

Хотя Лу Синчжоу был знаком с Шу Байюем всего пару дней, он действительно не заметил у него никакой склонности к самоотрицанию.

К этому моменту Шу Байюй уже дошел до выхода из больницы. Сам того не заметив, он в очередной раз поднес телефон к лицу, чтобы проверить экран, и, обнаружив, что вызов все еще идет, не выдержал и наконец произнес:

— Не забудь положить трубку.

Блуждающие мысли Лу Синчжоу мгновенно вернулись в реальность:

— Почему?..

Тоном крайнего серьеза Шу Байюй пояснил:

— За того, кто первый сбросит вызов, списывают плату за разговор.

Он только что получил от больницы уведомление о списании средств и, открыв банковское приложение, с ужасом обнаружил, что на счету почти ничего не осталось, а ведь прошел всего лишь месяц.

Если не жить в режиме жесточайшей экономии, этот месяц ему просто не пережить.

— …

На этот долгий миг в трубке повисло молчание.

Наконец Лу Синчжоу обрел дар речи и, кажется, тихо усмехнулся на том конце провода, однако Шу Байюй тут же пресёк это:

— Кто тебе сказал, что связь так тарифицируют? Телефонная компания засудит тебя за клевету.

Шу Байюй издал короткое «о», опустил глаза и молча прикинул, что придется заложить в траты еще и статью расходов на телефонные разговоры.

Ума не приложить, как прежний владелец тела умудрялся всё транжирить. И хотя после того, как он отдалился от родных, семья Цзянь продолжала переводить деньги на его счет, а прежний хозяин из вредности принципиально к ним не прикасался, ему следовало бы хоть немного подумать о будущем и положить конец своей привычке швыряться деньгами направо и налево. Теперь же у него осталась лишь жалкая горстка монет — даже меньше, чем он заработал в своем прежнем мире.

Тон Лу Синчжоу неожиданно переменился:

— Разве семья Цзянь не выделяет тебе денег на жизнь?

Шу Байюй вовсе не горел желанием отвечать на этот вопрос, поэтому просто пропустил его мимо ушей и спросил:

— Что-то еще хотел сказать?

Если бы не его грандиозный план по сближению с Лу Синчжоу, в любой другой ситуации он бы уже давно прервал звонок без лишних разговоров.

— Да, — ответил Лу Синчжоу. — Ты уже вышел из больницы?

— Угу.

— Хорошо. Приезжай ко мне.

Встреча дома

— Только у меня дома сейчас, пожалуй, немного людно. Если ты не против.

Продолжал Лу Синчжоу на том конце провода.

— К тебе?

Шу Байюй как раз дошел до обочины под фонарем.

Время было уже позднее, небо заволокло тьмой, однако на дорогах кипела жизнь, а улицы тонули в бесконечной веренице огней.

Он резко замер на месте, будто его внезапно озарила какая-то догадка, и тут же поднес телефон к глазам, чтобы проверить дату.

Подумать только, ровно сегодня.

День, когда по сюжету оригинальной книги впервые встречаются главный герой-омега и второстепенный персонаж — пушечное мясо!

Лу Синчжоу упомянул, что у него дома много людей, неужели они уже столкнулись?

Слова отказа застряли на языке, и вместо этого он выдал:

— Угу.

Не теряя времени даром, он сразу перешел к сути:

— Адрес.

Лу Синчжоу, похоже, никак не ожидал, что тот не только согласится, но и ответит с такой решимостью.

Прошло довольно много времени после того, как Шу Байюй умолк, прежде чем он снова услышал его голос.

Лу Синчжоу тут же скинул ему адрес. Завершив вызов, он на мгновение погрузился в задумчивость, глядя на погасший экран телефона.

Шу Байюй... неужели ему даже не стало интересно, зачем?

...

В эту минуту в голове Шу Байюя не роилось лишних мыслей — его занимало лишь одно: не позволить второстепенному злодею Лу Синчжоу сближаться с главным героем.

Хотя в книге Лу Синчжоу уделялось не так уж много внимания, каждое его появление сводилось к тому, что он «спасал» главного героя из всевозможных передряг. Главный герой даже открыто признавался, что глубоко восхищается им, из-за чего среди всех ухажеров-пушечного мяса именно Лу Синчжоу представлял наибольшую угрозу для главного героя-альфы.

Именно учитывая этот опасный фактор, Шу Байюй изначально и решил зайти через Лу Синчжоу.

Немудрено, что он не сразу сообразил, какие события должны развернуться сегодня.

В самом романе автор совершенно не описывал, при каких обстоятельствах пересеклись главный герой и Лу Синчжоу. Лишь позже, когда главный герой делился сокровенным с истинным возлюбленным, он вскользь упомянул: «Мои родители повели меня в гости к семье Лу, вот тогда я и познакомился с братом Лу».

Кто бы мог подумать, что этим днем окажется именно сегодняшний.

Теперь же, когда оригинальная книга превратилась в реальный живой мир, если он не сможет всё удержать под контролем, главный герой и впрямь рискует сойтись с этим «самым обаятельным» претендентом!

Забыв обо всякой жалости к своим тающим сбережениям, Шу Байюй стремглав поймал такси и велел везти себя к особняку семьи Лу.

Оказывается, владения семей Лу и Цзянь находились совсем недалеко друг от друга.

Шу Байюй осознал это, лишь когда добрался до места.

Впрочем, вполне логично: в книге упоминалось, что семьи Лу и Цзянь связаны давними узами дружбы, а брак между ним и пушечным мясом был заключен еще в раннем детстве.

К его полнейшему удивлению, стоило ему подойти к воротам резиденции семьи Лу, как он заметил возле калитки двоих людей.

Они стояли на среднем расстоянии друг от друга, но все же их можно было назвать уединившимися, тем более что перед самым появлением Шу Байюя кто-то отчетливо окликнул главного героя по имени.

Сердце Шу Байюя пропустило удар — дело пахло керосином.

Теми самыми двумя людьми, уединившимися у ворот во дворе, оказались Лу Синчжоу и главный герой-омега — Тао Си.

В ту же секунду в голове пронеслись всевозможные варианты действий. Окинув взглядом эту парочку и быстро перебрав в уме все возможные способы вмешательства, Шу Байюй шагнул вперед и прямо со входа громко позвал:

— Брат Лу.

Стоявшие у ворот и изредка обменивавшиеся репликами молодые люди замерли.

Лу Синчжоу на секунду оцепенел, после чего перевел на него взгляд, в котором мелькнуло легкое удивление, но тут же заметил направляющегося к нему Шу Байюя.

— Приехал?

— Угу. — Шу Байюй остановился рядом с ним, аккуратно заняв позицию прямо между ними двумя.

На лице Тао Си все еще застыло неловкое выражение. Заметив, что Лу Синчжоу сам заговорил с пришедшим, он из чистого любопытства поинтересовался:

— Это твой друг?

Лу Синчжоу уже собирался кивнуть, но Шу Байюй, твердо убежденный в том, что перед ним главный герой, и не собирающийся упускать шанс подорвать его симпатию к сопернику, опередил его:

— Я его невеста.

Услышав это, Тао Си широко распахнул глаза:

— Вот оно как...

— Да. — Шу Байюй решил ковать железо пока горячо, и впервые в жизни так подробно, но по-прежнему ледяным тоном пояснил: — Он человек, у которого уже есть пара.

А потому не подходит на роль объекта для восхищения.

Тао Си кивнул, показывая, что понял, и в его взгляде, устремленном на Шу Байюя, промелькнуло осознание.

Старшие в доме засиделись за слишком оживленной беседой, и ему там стало неуютно, поэтому, заметив выходящего из дома Лу Синчжоу, он просто последовал за ним.

Стоя у ворот, чтобы хоть как-то разрядить неловкость, он попытался завести непринужденный разговор, но Лу Синчжоу всем своим видом показывал крайнюю холодность, отвечая вяло и безучастно.

Он уже готов был провалиться сквозь землю от стыда, как вдруг Лу Синчжоу поднял глаза.

Вот почему кто-то и объявился.

Оказывается, это была невеста Лу Синчжоу, тогда всё встало на свои места.

Выдав эту тираду, Шу Байюй немного расслабился. Но не прошло и пары секунд облегчения, как он ощутил на своей спинне чей-то тяжелый, глубокий взгляд.

Лу Синчжоу, опустив ресницы, в упор смотрел на него, словно собираясь что-то сказать. Однако в конце концов он просто протянул руку, крепко ухватил Шу Байюя за локоть и потащил в дом, бросив на ходу оставшемуся Тао Си:

— Мы наверх.

Чтобы подняться на второй этаж, неизбежно пришлось бы пересечь гостиную. А там в этот момент явно собралось немало народу, о чем свидетельствовали доносившиеся оттуда раскаты звонкого смеха.

Но Лу Синчжоу вел себя так, будто ничего этого не замечает, и средь бела дня нагло потащил его на второй этаж.

Супруги Тао, став свидетелями этой сцены, сохранили на лицах дежурные улыбки. Повернувшись к Мать Лу, они неловко рассмеялись:

— ...Это он друга привел.

Взгляд Мать Лу был прикован к самому началу коридора второго этажа, и лишь когда она увидела, что Лу Синчжоу захлопнул дверь комнаты, она отвернулась, прикрывая рот рукой и сияя улыбкой:

— Ой-ой-ой, да это же друзья нашего Сяочжоу пришли.

Те кивнули и, делая вид, что ничего не произошло, продолжили непринужденную беседу.

Лишь оказавшись внутри комнаты, куда его затащил Лу Синчжоу, Шу Байюй вспомнил о своем вопросе и потребовал объяснить, что всё это значит.

Лу Синчжоу с совершенно невозмутимым видом запер дверь на ключ и поднял на него взгляд:

— Только сейчас сообразил спросить?

Шу Байюй слегка насторожился, мысленно припоминая всё, что в книге говорилось об отношении Лу Синчжоу к прежнему владельцу тела.

Никакой личной вражды или обид между ними не было, Лу Синчжоу никогда ни в грош не ставил прежнего хозяина, а значит, и мстить ему не было ни малейшего причин. Так что же ему нужно?

Шу Байюй стоял столбом посреди комнаты, в упор глядя на Лу Синчжоу.

— Я велел тебе приехать, и ты приехал? — Лу Синчжоу медленно шагнул ближе, его чистый голос прозвучал чуть мягче прежнего, а взгляд не отрывался от Шу Байюя ни на секунду. — Что еще могут делать поздно ночью в комнате один омега и один альфа?

Шу Байюй впервые столкнулся с концепцией альф, беты и омег, и от одних этих буквенных аббревиатур у него уже начинался нервный тик. Он нахмурился:

— Что делать?

— А сам как думаешь?

С этими словами Лу Синчжоу протянул руку, обхватив его за плечо так, что ладонь легла аккурат на едва заметно выступавшую железу на его затылке, намекая на вполне конкретные вещи.

Однако тело Шу Байюя инстинктивно отреагировало на вторжение в зону расположения желез — он мгновенно принял боевую стойку и, резко вскинув взгляд, бросил прямо в глаза противнику:

— Побить меня хочешь?

Пальцы Лу Синчжоу замерли в воздухе.

Услышав это, он опустил голову и несколько секунд молча изучал Шу Байюя. Тот не собирался сдавать позиции и с вызовом смотрел в ответ.

В комнате воцарилась тишина. Мгновение спустя Лу Синчжоу убрал руку; в его потемневшем взгляде читалась бездна, а голос обрел прежнюю холодность:

— ...Ты дурак или притворяешься?

В тот же миг Шу Байюй смутно почувствовал, как воздух в комнате неуловимо изменился — в нем повеяло легкой прохладой и отчетливо запахло талым снегом.

Кончик его носа дернулся от этого запаха, но, заметив краем глаза, что Лу Синчжоу не сводит с него глаз, он молча отвел взгляд, стараясь не выдать своего удивления.

После того как Лу Синчжоу задал этот вопрос, Шу Байюй сперва наградил его лишь взглядом, в котором читалось явное убеждение в невменяемости собеседника, а затем просто опустил веки, демонстрируя полное отсутствие интереса.

http://bllate.org/book/30833/3759431