Готовый перевод Proxy Lord / Замещающий супруг: Имперский союз: Глава 2

Десять лет, день за днём, Линь Ифань видел один и тот же сон в жанре научной фантастики.

В этом сне он перемещался по будущему межзвездному обществу.

Хотя это общество представало перед ним лишь в виде разрозненных фрагментов, из них он постепенно осознал, что это высокотехнологичный мир с четкой иерархией, где воплотились в жизнь самые смелые фантазии из научно-фантастических фильмов.

Он видел летательные аппараты, снующие в небесах.

Он видел корабли и звездные крейсеры, безмолвно парящие в пустоте космоса.

Он видел толпы искателей приключений, отправляющихся на звездных судах к неизведанным секторам.

Сегодня он точно так же, словно в свободном полете, оказался внутри одного из кораблей. Слева послышались странные звуки, и, движимый любопытством, он, сам того не осознавая, поплыл на шум, оказавшись в помещении, похожем на командный отсек.

В этом сне он зачастую не контролировал свое тело, оставаясь лишь сторонним наблюдателем, а люди вокруг, казалось, вовсе не замечали его присутствия.

На главном месте в рубке управления двое мужчин слились в поцелуе. Один, высокий, в черном облегающем плаще, сидел, откинувшись на спинку кресла. Другой, с длинными золотистыми волосами, сидел верхом у него на коленях; его одеяние сползло до самой талии, а тонкое, бледное тело слегка покраснело.

Сцена была настолько пропитана страстью, что Линь Ифань едва не ослеп! Будучи двадцатичетырехлетним неискушенным домоседом, только что окончившим магистратуру, он привык смотреть лишь на двумерных девушек из аниме.

Линь Ифань с трудом сглотнул. Происходящее не укладывалось в его систему ценностей, и он никак не мог взять в толк, что это вообще за сон такой. Без особой искренности он прикрыл глаза ладонями, но продолжал подглядывать через щели между пальцами, краснея от любопытства.

Высокий мужчина одной рукой придерживал затылок длинноволосого, а другой, поверх одеяния, обнимал его за талию. Лишь спустя долгое время их затянувшийся поцелуй закончился. Длинноволосый, казалось, был еще не готов остановиться и переключился на подбородок и шею своего спутника.

— Мор, я люблю тебя… я люблю тебя… — пробормотал длинноволосый.

Линь Ифань не понимал языка, на котором произносились эти звуки, но удивительным образом осознавал смысл сказанного. Слушая соблазнительный голос, он невольно вздрогнул всем телом — никогда прежде он не слышал столь чарующего голоса, тем более исходящего от мужчины.

Тот, кого назвали Мором, ответил на поцелуй и тихо рассмеялся:

— У меня не хватит смелости посягнуть на будущего супруга из императорского рода Монтали.

Сивэй, а это был именно он, слегка приподнял голову. Его родинка под глазом придавала ему игривый вид, но в голосе прозвучало недовольство:

— Неужели Мор Линн, который ничего не боится, побоится отбить человека у самого Михаила Монтали?

— Ты ведь прекрасно понимаешь, что значит стать супругом из рода Монтали. Из пяти великих императорских родов Эммы именно у Михаила Монтали больше всего шансов взойти на престол. Стать его супругом — мечта любого жителя Эммы. Каждый род может выбрать лишь одного кандидата, и Ивана все эти годы растили именно для этой цели. Если бы Иван не утратил свою духовную силу, у тебя не было бы шанса.

Мор остался совершенно невозмутим к провокациям Сивэя, его тон оставался спокойным.

Слова Мора, по-видимому, удовлетворили Сивэя. Он провел кончиком языка по мочке уха Мора, выдохнул и продолжил:

— И за это спасибо тебе. Если бы ты не притворился раненым и не вытянул всю духовную силу из Ивана, сегодня в город Монтали отправился бы он. Ты понимаешь, что значит потерять духовную силу в Эмме? Это значит до конца жизни остаться никчемным человеком, гражданином третьего сорта. К тому же, он всего лишь бастард, его положение в роду и так было шатким — если бы не перспектива отправить его в качестве супруга, на него бы даже не посмотрели. И это твой родной брат, как только у тебя хватило жестокости так поступить?

При этих словах в глазах Мора на мгновение промелькнула холодная ярость, но Сивэй, уткнувшись ему в шею, этого не заметил.

Мор лишь улыбнулся и ответил:

— Ради тебя, Сивэй, всё это стоило сделать.

Сивэй надул губы:

— А сам при этом отдаешь меня другому мужчине.

Не дождавшись ответа, Сивэй в недовольстве снова потянулся к нему, заглядывая в глаза, и в наказание страстно поцеловал его.

Линь Ифань, глядя на эту бурную сцену, потер руки, покрывшиеся мурашками, и мысленно взмолился: надеюсь, после пробуждения у меня не начнется ячмень на глазах!

Нельзя на это смотреть… нельзя… — он зажмурился и обернулся, но вдруг увидел в дверном проеме влажные от слез глаза. Словно под гипнозом, Линь Ифань внезапно оказался рядом с обладателем этого взгляда.

Мальчик лет пятнадцати-шестнадцати стоял босиком. Его черные длинные волосы, словно шелк, ниспадали до самой талии. Лунно-белое одеяние подчеркивало нежную кожу, а темный пояс обхватывал тонкую талию, выделяя высокую, стройную фигуру. Для своих лет мальчик был высоким, на взгляд Линь Ифаня, не меньше метра семидесяти пяти.

Линь Ифань перевел взгляд на лицо мальчика и испытал легкое разочарование: в сравнении с его грацией черты лица казались слишком обычными. Единственное, что запоминалось — это пара нежных черных глаз. Сейчас в них читались неверие и глубокая скорбь.

Мальчик внезапно почувствовал холод, его начало трясти. Левой рукой он плотно прижал ладонь ко рту, а правой судорожно вцепился в стену, чтобы не упасть.

Долго простояв так, он отступил на несколько шагов, развернулся и безмолвно побежал прочь.

Сердце Линь Ифаня екнуло. Он вспомнил диалог в рубке управления: мальчик всё слышал и был глубоко потрясен. Неужели это и есть Иван, брат Мора? Скорее за ним, нельзя позволить ему натворить глупостей!

Сон оказался весьма послушным: Линь Ифань последовал за мальчиком в одну из спален на корабле. Кроме мебели, там не было ничего, кроме электронной фоторамки на тумбочке, где по кругу крутилось короткое видео.

Линь Ифань присмотрелся: на видео были Мор и этот мальчик. В ролике Мор выглядел куда мягче, его взгляд, направленный на мальчика, был полон нежности — совсем не то холодное высокомерие, которое он демонстрировал в разговоре с Сивэем.

Иван, бледный, как смерть, подошел к кровати, взял рамку и дрожащими пальцами коснулся изображения Мора. Слезы покатились по его щекам.

— Брат… — голос мальчика дрогнул, каждое слово давалось ему с таким трудом, что последнюю фразу Линь Ифань не расслышал.

Значит, это и есть тот самый преданный Иван. Линь Ифань вздохнул, глядя на скорбное лицо парня. Родной брат предал его, лишил шанса стать кандидатом в супруги и превратил в гражданина третьего сорта — какая жалость. Хотя Линь Ифань не понимал, что значит этот статус, но, судя по тону Сивэя, ничего хорошего в этом не было.

— Я ведь хотел попрощаться с братом лично… Раз такова воля брата… тогда… прощай, брат, — тихо сказал Иван. Он улыбнулся сквозь слезы, слегка поцеловал изображение Мора в рамке, положил ее обратно и достал из кармана кулон в форме бледно-голубого листа. Положив его рядом с рамкой, он достал из простого шкафа заранее собранную сумку и вышел из комнаты.

Линь Ифаня прошиб холодный пот: неужели он решил сбежать из дома? Скорее за ним!

Он последовал за Иваном к ангару для малых летательных аппаратов, где в несколько рядов стояли челноки, используемые для высадки на планеты.

Вспоминая свой мир, где несовершеннолетним не выдавали права, Линь Ифань инстинктивно хотел остановить парня. Послушай, ты же выглядишь как ребенок, водить без прав опасно, ты же убьешься… эй, почему ты уже взлетаешь?!

Видя, что Иван отлетает всё дальше, Линь Ифань собрался было броситься в погоню, но тут из тени появился Сивэй.

— Иван, исчезни навсегда из жизни Мора. Эта разыгранная сцена братской любви уже в печенках сидит, — Сивэй одарил его победной усмешкой и похлопал по обшивке соседнего челнока. — Летательный аппарат с восьмидесятипроцентным износом… даже я не рискнул бы на нем летать.

Проклятая лисица! Не заботясь о том, видит ли его противник, Линь Ифань с ненавистью посмотрел на Сивэя и рванулся вдогонку за Иваном.

Вскоре он нагнал челнок, который дрожал и двигался по странной S-образной траектории. Линь Ифань легко прошел сквозь корпус внутрь.

Иван сидел в кабине, уставившись в одну точку. Линь Ифань бросил взгляд на панель управления — ряды непонятных символов ничего ему не говорили. С трудом удержавшись от того, чтобы не закатить глаза, он закричал:

— Очнись! Найди место для посадки, иначе быть беде!

Он продолжал кричать, не зная, слышит ли его парень. Вскоре раздался тревожный сигнал. Это вывело Ивана из оцепенения. Он посмотрел на мигающую кнопку и строки текста на экране, горько усмехнувшись:

— Не беспокойся, брат, Иван никогда не станет твоим бременем.

С этими словами он нажал на красную кнопку.

— Что ты творишь?! Не наказывай себя за чужие ошибки! — в ужасе воскликнул Линь Ифань, бросаясь вперед, чтобы остановить его, но в этот момент яркая вспышка света поглотила всё, и он потерял сознание.

Неизвестно, сколько прошло времени.

Когда Линь Ифань пришел в себя, голова раскалывалась, тело болело так, будто по нему проехал каток, а в конечностях не было ни капли сил. Он попытался что-то сказать, но горло обожгло огнем, и ни звука не сорвалось с его губ.

Вокруг раздавался гул металла. В ушах звенело. С трудом приоткрыв глаза, он увидел лишь серое небо с несущимися по нему песчаными бурями на фоне тусклого золотистого небосвода.

Линь Ифань часто заморгал сухими глазами. Где он? Мозг с трудом собирал по крупицам информацию, наконец восстанавливая события сна.

Он гнался за сбежавшим мальчиком, тот использовал изношенный челнок, сработала тревога, он нажал на красную кнопку, и была ослепительная вспышка.

А потом он должен был проснуться, верно?

Глядя на фантастический темно-золотой небосвод, Линь Ифань снова моргнул. Выходит, он всё еще спит…

http://bllate.org/book/30807/3756589