Одного из соплеменников, нагруженного целой грудой вещей так, что виднелись лишь глаза, угораздило наткнуться на Чу Бая.
Он внимательно осмотрел Чу Бая, а затем, внезапно придя в крайнее возбуждение, обернулся и знаками показал: посмотрите, этот самец выглядит как настоящий неженка, если забрать его с собой и обменять на других самок, можно выторговать целую кучу красивых камней для малыша!
Пэй Цзин округлил свои кошачьи глаза, глядя на Чу Бая, который из-за языкового барьера лишь радостно махал руками, взывая о помощи.
Он серьезно задумался и вспомнил, что сам еще ни разу не обменивал Чу Бая!
Столь новый и необычный опыт немедленно заинтересовал Пэй Цзина.
Поэтому, хлопнув леопарда по голове и издав мяуканье, он выразил свое полное согласие.
Чу Бай, который еще мгновение назад продолжал махать руками, был ошарашен, когда его внезапно скрутили.
Чу Бай: Кто я? Где я? Что он делает?
Поначалу Чу Бай решил, что все дело в непонимании языка, но, увидев, как из-за спины показался белый леопард, он в ужасе перевел дух.
Ему и так было трудно смириться с самим фактом перемещения в другой мир, а тут, стоило лишь встретить человека, как его тут же решили похитить, да еще и притащили какого-то зверя — неужели его собираются скормить хищнику? Всплеск эмоций от надежды к отчаянию оказался слишком сильным, и Чу Бай упал в обморок...
Хотя Чу Бай и лишился чувств, это не помешало трудолюбивому и расторопному соплеменнику подобрать его.
Чтобы не повредить лицо Чу Бая — иначе ни одна самка на него не польстится, — соплеменник специально набрал широких листьев и обмотал его, словно мумию. Разница была лишь в том, что лицо Чу Бая оставили открытым, чтобы каждый мог его рассмотреть.
Дело было сделано быстро.
В племени хватало одиноких самок, поэтому, услышав о появлении свободного самца, они тут же сорвались с места и гурьбой прибежали поглазеть.
Чу Бай, все еще находясь без сознания, подвергся позорной публичной экзекуции, став объектом насмешек и пересудов зверолюдов.
В этот момент Пэй Цзин, уже принявший свой истинный облик, с горящими глазами указал на Чу Бая, объявляя, что каждый желающий может принести что-нибудь ценное в качестве выкупа и забрать его себе!
В конце концов, в оригинальной истории Чу Баю все равно предстояло жить за счет самок, так какая разница, кто именно будет его содержать?
Увидев Пэй Цзина, зверолюды тут же забыли о лежащем на земле Чу Бае. Они начали наперебой заявлять, что если Пэй Цзин согласится быть с ними, то они готовы отдать ему все, что у них есть, лишь бы стать его парой.
Громче всех кричал некий самец, который обычно выглядел так, будто его может сдуть ветром, но сейчас, одним ударом отшвырнув в сторону здоровенную самку, он пробился вперед.
Желая соответствовать общепринятым стандартам красоты, этот самец обычно не мог даже разломить твердый плод, но стоило возникнуть по-настоящему интересующей его ситуации с острой конкуренцией, как он немедленно проявил свою «мужественную» сторону, растолкав соперников.
Видя, что самки позади бросают на него гневные взгляды, он, опасаясь расправы и понимая, что против толпы не попрешь, вытянул обе руки и схватил двух настоящих нежных самцов, которые отчаянно пытались прорваться сквозь затор, но никак не могли этого сделать.
Трое самцов быстро пришли к тайному соглашению: они решили, что сначала объединятся, чтобы победить остальных конкурентов, а уже потом разберутся между собой, кто именно останется с Пэй Цзином.
Поскольку все трое обладали немалым влиянием, ситуация зашла в тупик.
В этот момент Чжун Цзин, лев-зверолюд, гостивший в этих краях, из любопытства протиснулся в толпу.
Он бросил взгляд на Пэй Цзина, без колебаний вступил в драку и заявил: Этот самец — мой избранник, он мой, можете даже не надеяться!
Так между Чжун Цзином, вызвавшим всеобщее негодование, и остальными разгорелся яростный спор.
Пэй Цзин, воспользовавшись моментом, тихо улизнул. Безопасность превыше всего! Он боялся, что если останется, то разделит печальную судьбу Чу Бая из оригинальной истории — например, его случайно прихлопнут в потасовке, что было бы донельзя нелепо.
Глава 10. Попаданец — автор неудачных городских романов 1
Переродиться, переместиться в другой мир...
Чу Бай, который в прошлой жизни был автором третьесортных романов, даже не мог представить, что однажды сам окажется в роли главного героя, которых раньше описывал в сетевых новеллах.
Первым делом после перемещения Чу Бай оценил свою новую внешность.
Что и говорить, она была безупречна. В прошлой жизни Чу Бай был сетевым писателем: бесконечные ночные бдения, питание вредной газировкой и чипсами — он не останавливался ни на день.
Ел он, в основном, заказанную еду, а по ночам, когда вдохновение прорывало плотину и сдерживать его было невозможно, сидел, как ночная сова, с горящими глазами строча тексты, чтобы потом проспать весь день без задних ног.
В таких условиях Чу Бай ленился даже чистить зубы и умываться, постоянно ходил с всклокоченными волосами и чесал ноги, сидя перед компьютером. Можно представить, насколько неряшливо он выглядел: желтый цвет лица, истощенное тело, потухший взгляд.
Целыми днями он только и делал, что смотрел сериалы и играл в игры, оправдывая это поиском вдохновения.
Стоило редактору начать подгонять его, как Чу Бай с мертвенным спокойствием принимался за работу. Чтобы не терять премию за регулярные обновления, он в совершенстве овладел искусством «воды» — каждый день писал невесть что, лишь бы набить нужное количество знаков.
А потом обновлял страницу с комментариями... Ну что ж, людей там было раз-два и обчелся, и сколько ни обновляй, там постоянно красовалась лишь одна-единственная отметка «в избранном», которую поставил сам Чу Бай.
Что касается отзывов — увы, там царила пустота.
Чу Бай стеснялся проявлять наглость и ходить по чужим страницам, чтобы рекламировать свое творчество.
В конце концов, он был убежден, что дело вовсе не в плохом качестве его произведений, а в отсутствии популярности и охватов.
Он полагал, что никто не заходит к нему и не добавляет книгу в закладки только потому, что о нем просто никто не знает. О донатах и говорить нечего — об этом можно было только мечтать.
И хотя он пытался утешать себя такими мыслями, на душе у него было паршиво. Он не раз подозревал, что с данными что-то не так, что не может все быть настолько плачевно, но результат оставался неизменным.
Будь то компьютер, планшет или телефон, с какого бы браузера он ни заходил, пользовался ли приложением — везде Чу Бай видел только свое одинокое «в избранном».
Это было ужасно!
Писать без читателей, без комментариев — это было похоже на бесконечную игру в оффлайн-режиме, с той лишь разницей, что от таких игр игроки обычно получают удовольствие.
Но путь одинокого писательства Чу Бая был развлечением исключительно для самого себя, и, очевидно, это не приносило ему никакой радости.
http://bllate.org/book/30802/3756049
Сказали спасибо 0 читателей