Готовый перевод My Miss Brontë / Моя мисс Бронте: Тени XVI века: Глава 11

Сознание Роанны на мгновение словно пронзило молнией.

Медуза, выросшая в деревенской глуши, наивная, чистая, не ведающая забот, она верила в любовь, жаждала, чтобы великое божество пришло к ней, движимое чистой любовью, но она и помыслить не могла, что чем ярче кажется любовь, тем больше за ней кроется тяжелого расчета и корысти.

— Роанна, если ты считаешь себя виновной, но в то же время чувствуешь, что вины на тебе нет, ты должна бороться, ты должна бороться с этим миром! — шептал ей на ухо Оскар.

Роанна растерянно посмотрела на сцену. Афина уже вышла вперед, она произносила приговор; держа в руках факел справедливости и мудрости, она встала на сторону морского бога Посейдона, на сторону насильника. Голова Оскара гудела в её мыслях, словно комета, что снова и снова врезалась в стены её разума: Роанна, вспомни те обиды и угнетения, что выпали на твою долю, вспомни... И она вспомнила мать, эту беспомощную женщину, которая только и делала, что плакала. Когда Роанну били и насиловали, мать с невозмутимым видом закрывала дверь, уходила и притворялась, будто ничего не замечает, а когда всё вскрывалось, она снова вставала на ту сторону и твердила, что Роанна бесстыдна, что во всем виновата она сама, во всём виновата её собственная вина.

Бороться? Но была ли борьба в её собственной жизни?

Что же тогда такое настоящая борьба?

— О божества! О эльфы! Давайте отрепетируем эту сцену еще раз! — под звучным голосом Оскара все актеры вновь заняли свои места. Каждый был полон энтузиазма, казалось, они прекрасно понимают свои роли и видят насквозь чужую жизнь. Но Роанна растерянно смотрела в сторону зрительного зала: Бронте всё еще о чем-то разговаривала с Элли, хмуря брови и сохраняя суровое, сосредоточенное выражение лица, в то время как Элли с застенчивым видом сияла, и её бледное лицо пылало румянцем юности.

— Роанна, вживайся в роль! — быстро бросил Оскар шепотом, проходя мимо Роанны на сцену.

Но дальше всё пошло на редкость паршиво.

Роанна то и дело забывала слова, путалась и сбивалась с роли. Ей казалось, что в голове у нее каша, а те живые реплики, что звучали прежде, будто отрастили крылья и разлетелись, не оставив после себя и следа.

— Роанна! Хватит! — не выдержав после того, как Роанна в очередной раз перепутала слова, сорвался на крик потерявший самообладание Оскар.

Роанна остановилась, задрав подбородок и глядя на возвышавшегося над ней на голову Оскара — без тени страха, без капли смущения.

— Ты тратишь всеобщее время, — пыл Оскара поутих, и он произнес это с некоторым разочарованием.

— Это ты только и делаешь, что твердишь мне про переживания, борьбу и сложность! Ты всё время говоришь то одно, то другое, постоянно даешь мне советы, и именно из-за тебя я не могу нормально играть!

Роанна гневно вскинула брови. Во время ссоры она была похожа на настоящую склочницу — остра на язык, дерзка и совершенно невыносима.

Роанна швырнула веер на землю и с грозным видом ушла со сцены. Их перепалка уже привлекла всеобщее внимание, Бронте и Элли двинулись к ней навстречу, но Роанна оказалась быстрее: словно сорвавшийся с привязи бычок, она напролом протиснулась между Бронте и Элли и, холодно выгнув брови, бросила:

— О чем это вы шепчетесь? Тоже считаете, что я плохо играю?!

— Мисс Роанна, я считаю, что вы играете великолепно, я была тронута до глубины души...

— Тьфу! Лицемерка!

Белоснежное лицо Элли мгновенно залилось краской, став похожим на раскаленный кузнечный горн:

— Мисс Роанна, я искренне... я искренне восхищаюсь вами...

Роанна смерила ее косым взглядом:

— Почему это? Не потому ли, что ты шлюха, которая только и делает, что всех вокруг соблазняет?

— Ах... — Элли широко раскрыла глаза, невольно всхлипнула и больше не смогла вымолвить ни слова.

— Не будь столь груба, — Бронте заслонила собой Элли и тихо произнесла: — Ей и так досталось.

— Правда? Бедняжка, да? — с сарказмом бросила Роанна. — Только вот я сама выросла среди грубости и жалости к убогим.

— Роанна! Элли — хорошая девушка, — повысила голос Бронте.

— Элли — хорошая девушка? Прекрасно! Значит, я шлюха, да? — Роанна вела себя вызывающе и надменно, в ней сквозила какая-то безумная готовность пойти на всё, перевернуть всё вверх дном, казалось, она была готова вспыхнуть в любую секунду. И самое странное, что неловкость в этот момент испытывала вовсе не она, а мисс Бронте.

«Первый дождь»

— С чего это вдруг начался дождь! Скорее все сюда, спрячемся!

Майская погода меняется мгновенно: только что светило яркое солнце, но пока Роанна ссорилась с Оскаром, с неба уже упали редкие капли, правда, тогда на них никто не обратил внимания. Но когда атмосфера накалилась до предела и Роанна принялась без разбора нападать на всех подряд, с неба хлынул плотный сплошной литок, вовремя оборвавший эту беспросветную ссору и взаимные обиды.

Элли первой побежала на сцену, чтобы помочь собрать реквизит и уйти из этого мучительного места. Позади сцены стоял неказистый домик из досок, служивший складом для декораций; несколько актеров, спасавших реквизит, первыми укрылись внутри, затем туда же зашли Элли и Оскар. Бронте помогала переносить вещи в деревянный домик, все суетились, и в общей суматохе никто не заметил, что Роанна по-прежнему неподвижно стояла под открытым небом.

Дождь лил как из ведра, крупные капли сплошным потоком барабанили по листьям травы, деревянным стенам, каменным плитам и по нежной коже Роанны.

— Мисс Роанна, идите скорее сюда, спрячьтесь от дождя, хватит капризничать, как ребенок! — громко крикнул Оскар сквозь пелену дождя.

— Он скоро кончится, — ответила Роанна.

Дождь стоял такой сильный, что ее слов никто не расслышал.

Но на глазах у всех Роанна упрямо отвернулась от деревянного домика и в одиночку бросилась в дождевую завесу.

— Роанна! Ты сошла с ума! — заорал Оскар из-под крыши, но не успел он крикнуть еще что-то, как какая-то фигура без малейших колебаний сорвалась с места рядом с ним.

Пары дождевой влаги застилали всё вокруг, небо, земля и горные луга слились воедино. Мисс Бронте сквозь бирюзовую дымку дождя перепрыгнула через каменную площадку, ступая по влажной и скользкой траве, побежала вдоль узкой полевой межи и, хромая и покачиваясь, бросилась вдогонку за Роанной. Она припадала на одну ногу, оставляя позади себя глубокие и мелкие следы.

— Роанна, тебе необязательно так поступать, — догнав ее, Бронте перевела дыхание и заговорила спокойным голосом.

— Как не поступать? Что со мной не так? Выскажись прямо, мисс Бронте! — Роанна не сбавляла сердитого шагу. Дождь вымочил ее с ног до головы, золотистые волосы утратили свой ослепительный блеск и унылыми мокрыми прядями прилипали к лицу, совершенно не сочетаясь с её упрямым и злым выражением.

Мисс Бронте на секунду осеклась, не зная, как это объяснить. Ей действительно не стоило вести себя так жестоко, к чему было говорить такие обидные слова? Но ведь это Роанна — Роанна, которая вечно говорит не подумав, а сама Бронте вовсе не умела утешать словами или давать отпор.

— Не заставляй людей так переживать за тебя, — произнесла Бронте.

— Я заставляю тебя переживать? — Роанна остановилась, взбравшись на небольшой бугорок, возвышавшийся над тропинкой. — Мисс Бронте, вы переживаете за меня? Вы переживаете за свою фальшивую кузину? Вы боитесь, что такая шлюха, как я, опозорит вас? Мисс Бронте, о себе побеспокойтесь! Мне не нужно ничье сочувствие! В конце концов, в критический момент вы всё равно встанете на их сторону!

В тот момент Роанна вдруг поняла Медузу. Не она не понимала Медузу — это Оскар ее не понимал. Медуза была чистой и прекрасной — именно такой Медузу представлял себе Оскар, а её жизнь до встречи с роковой напастью по имени морской бог Посейдон была столь серой и пресной, что не стоила и строчки упоминания.

Но какой была ее жизнь до встречи с Посейдоном? Защищал ли ее кто-нибудь? Верил ли ей хоть кто-нибудь? Утешал ли ее кто-нибудь, когда она разбивала тарелку? Вставал ли кто-нибудь на ее сторону, когда она с кем-то ссорилась? Любил ли кто-нибудь по-настоящему ее слабости, прощал ли ее ошибки? Если этого никогда не было, если она всю жизнь жила чужими словами и чужими правилами, то откуда ей было знать, что такое борьба? Что такое сопротивление и отсутствие вины?

— Почему вы всегда на их стороне, почему вы все на их стороне, Бронте? Почему даже ты встаешь на их сторону? — Роанна вовсе не собиралась плакать, возможно, дождевая вода просто смывала слезы наруду. Если бы она никогда не видела света, то могла бы и дальше терпеть темноту; в этот самый момент она должна была бы вовсю кутить в грязных переулках, переходя из постели в постель к отвратительным мужикам, бесстыдно уперев руки в боки и бранясь посреди улицы с другой размалеванной бабой за какого-нибудь жирного борова. Это была ее привычная жизнь, она должна была очерстветь к этому мерзкому существованию и не испытывать ни капли стыда. Она должна была жить так, а не красоваться на сцене в роли уважаемой кузины мисс Бронте, наряженной в роскошные одежды, распевать песни и танцевать с благородным, вежливым мужчином, мечтая о жизни в большом городе.

В те годы юности, полные беспомощности, растерянности и непонимания, никто не намекнул ей даже словом, что ее жизнь может быть другой — радостной, чистой, полной надежд, похожей на бледную Элли, которая стояла рядом с мисс Бронте и улыбалась так мягко и беззащитно. Как же сильно она завидовала!

Если бы хоть раз кто-то встал рядом с ней, была бы у нее тогда смелость и уверенность бороться и сопротивляться?

А теперь ее прекрасная мечта разбилась вдребезги. Она не Медуза — Оскар сказал, что она вообще не умеет играть Медузу, да и что там говорить, роль кузины мисс Бронте у нее тоже не получается.

— Я всегда на твоей стороне, — глядя на Роанну, твердо произнесла Бронте. — Роанна, я всегда на твоей стороне.

Бронте продолжила:

— Роанна, а теперь пойдем домой, выпьем мисочку имбирного отвара, а потом запечем яблочный пирог. Роанна, идем домой!

http://bllate.org/book/30723/3745189