Готовый перевод Heavenly Fortune Star / Моя счастливая звезда: Малыш, который приносит удачу: Глава 17

Юэ Сяннань едва завёл машину на стоянку, как его ассистент уже ждал там. Заметив вышедшего начальника, тот поспешно шагнул навстречу:

— Директор Юэ, они бунтуют уже почти час, вокруг собралась целая толпа зевак.

— Почему ты не сообщил мне раньше? — голос Юэ Сяннаня звучал холодно, по нему невозможно было понять, зол он или рад, но на лице явно читалось раздражение.

— Я думал, что справлюсь сам, — молодой ассистент опустил голову и заговорил тише. — Простите.

Тан Цюе, прижимая к груди А-Фу, быстрым шагом догнал Юэ Сяннаня:

— Не переживай. Я раньше работал с этой строительной бригадой, думаю, мы сможем договориться.

— Угу. — Выражение лица Юэ Сяннаня немного смягчилось. Он бросил взгляд на А-Фу и кивнул на своего помощника: — Сяо Цай, побудь с А-Фу, на стройке слишком суматошно, мы с Тан Цюе за ним не уследим.

Сяо Цай бросил взгляд на молчаливых А-Фу и Тан Цюе, протянул руки и перехватил мальчика. Неожиданный вес заставил его руки слабо дрогнуть, он чуть не выронил ребёнка.

Похоже, худеть действительно нужно с пелёнок. — Сяо Цай обнял мягкого и пухлого А-Фу и про себя вздохнул: спасать детей от лишнего веса всё-таки необходимо.

А-Фу, словно угадав его мысли, закатил глаза и продолжил крутить в ручках свои пухлые пальчики. Хм, совсем нет вкуса! Разве это лишний вес, это же настоящее богатство, понимаешь!

Когда Тан Цюе и Юэ Сяннань подошли к строительной площадке, забастовка рабочих уже подошла к концу. Около сотни человек сидели прямо на земле, раскинув огромный красный транспарант, на котором ярко-жёлтыми буквами красовалось: «Верните заработанное!». Эта надпись выглядела особенно жутко и устрашающе.

Заметив новоприбывших, один из вожаков поднял голову, окинул их взглядом и равнодушно бросил:

— Не надо присылать кого попало, позовите того, кто принимает решения.

— Я тот самый человек, который здесь всё решает. — Юэ Сяннань сглотнул раздражение, снял пиджак и отдал его Сяо Цаю. Не спеша закатывая рукава, он присел на корточки и протянул руку. Его бледная кожа выглядела особенно ослепительно под лучами солнца: — Здравствуйте, я Юэ Сяннань.

— Так ты и есть тот самый чертов директор Юэ? — Мужчина в белой майке и синих шортах наконец удостоил его полноценным взглядом, пренебрежительно махнув рукой. — К чему эти рукопожатия? Скажи всего одно слово, немедленно выплати зарплату — и мы тут же уйдём, больше вам глаза мозолить не будем.

Юэ Сяннань помолчал пару секунд:

— Мы можем пройти в помещение и поговорить?

— Какое ещё помещение? Скажи одно слово, остальное обсуждать нечего. — Говоривший звучал резко, но веско, и за его спиной посдрыхнули поддерживающие возгласы.

Тан Цюе подозрительно покосился на Юэ Сяннаня. Тот явно не был похож на человека, способного задерживать зарплату. Подумав об этом, Тан Цюе наклонился к самому его уху:

— В чём дело?

В голосе Юэ Сяннаня звучала нескрываемая злость:

— Деньги на проект вообще не поступали на мой счёт. По правилам, средства переводят только после подписания акта приёмки. — У него не было ни денег, ни полномочий требовать внеочередных выплат, так что он понятия не имел, как справиться с этой толпой.

Тан Цюе задумался:

— Я попробую с ними поговорить.

На самом деле во многих местах остаток средств выплачивали только после полной приёмки объекта, так что подобное просто не могло произойти без чьего-то злого умысла за спиной.

— Ладно, вся надежда на тебя. — Юэ Сяннань крепко сжал руку Тан Цюе и тихо добавил: — Ничего страшного, если не получится. — Он не хотел создавать для Тан Цюе лишнего давления, в конце концов, выход всегда найдётся.

Тан Цюе сосредоточенно кивнул, сделал шаг вперёд, и на его лице привычно появилась непринужденная улыбка:

— Мастер Ли, давно не виделись.

Мужчина в белой майке замер, подозрительно разглядывая лицо Тан Цюе:

— Тан Цюе? — А затем его взгляд тут же стал настороженным: — Ты с ними заодно?

— Мне стоит радоваться, что ты меня ещё помнишь? — Тан Цюе горько усмехнулся и кивнул на Юэ Сяннаня. — Теперь это мой начальник.

Настороженность на лице мастера Ли стала ещё заметнее. Он отступил на два шага назад и заявил:

— Тан Цюе, дружба дружбой, но если ты полезешь в это дело, мы больше не друзья.

Тан Цюе почесал затылок, гадая, что же именно внушили этим людям, раз их настрой оказался настолько непреклонным.

— Разве ты не доверяешь мне? — Тан Цюе обнял его за плечи и, наклонившись, зашептал на ухо: — Когда у тебя было столько проблем, я ведь во всём помог тебе разобраться. Уступи мне в этот раз, пойдём присядем внутри, всё обсудим, как люди. Ну что?

Он знал мастера Ли: тот отличался щедростью и горячим нравом, слыл редким добряком, но главным его недостатком была излишняя импульсивность. Стоило кому-то подзадорить его, как он тут же бросался защищать чужие интересы. Тан Цюе был абсолютно уверен, что мастер Ли не сговаривался ни с кем за спиной ради подставы Юэ Сяннаня.

Мастер Ли засомневался. Репутация Тан Цюе как порядочного человека гремела во всей округе:

— Я не то чтобы тебе не верю, но разве нельзя поговорить обо всём здесь, под открытым небом?

Стоявший чуть в стороне, казалось бы, с абсолютно холодным видом, но навостривший уши Юэ Сяннань едва не рассмеялся от этой простодушной фразы. Он верил, что мастер Ли невиновен, но вот среди сотни рабочих за его спиной наверняка нашлись те, кого уже успели подкупить.

— Это затрагивает интересы чужой компании, такие вещи не обсуждают при большом стечении народа. — Тан Цюе заметил его колебания и подлил масла в огонь: — Не переживай, сегодня я ставлю на кон собственную репутацию в кругу, но обязательно решу ваши проблемы.

Мастер Ли уже собрался дать согласие, как вдруг сзади раздался резкий, неуместный голос:

— Мастер Ли, вы тут шушукаетесь с этим мужиком целую вечность, часом не собрались сдаться и предать всех?!

— Какой еще сопляк это сказал? А ну выходи! — мастер Ли тут же взвился. Он дорожил своей репутацией больше всего на свете, и эти слова прозвучали для него как пощёчина. — Вылазь, не заставляй меня повторять дважды!

Говорил молодой парень. Он рассчитывал, что после его слов окружающие поддержат его, но, оглядевшись по сторонам, он увидел лишь презрительные взгляды.

Поскольку он устроился на стройку совсем недавно, то совершенно не понимал авторитета мастера Ли среди рабочих, к тому же многие уже узнали Тан Цюе и мысленно были на их стороне.

Мастер Ли понял, что парень тут новичок, бросил на него косой взгляд и обратился к остальным:

— Мы с ответственным лицом пойдем внутрь и всё обсудим. Не переживайте, мы обязательно добьемся справедливости для каждого из вас.

Рабочие зашушукались. Кое-кто явно хотел что-то сказать, но авторитет мастера Ли заставлял их прикусить языки.

— К моим словам можете добавить и мои гарантии. — Тан Цюе отбросил привычную мягкость, высоко поднял голову и произнес с непоколебимым спокойствием: — Я, Тан Цюе, прилюдно заявляю: мы обязательно дадим вам удовлетворительный ответ.

— Инженер Тан, я вам верю. — После короткой паузы кто-то первым нарушил молчание. — Хотя бы ради того, как вы помогли нам в прошлый раз, я знаю, что вы не подведете.

Стоило одному заговорить, как зашумели и остальные. Посыпались разные реплики, но смысл у них был один: они доверяли мастеру Ли и Тан Цюе и были готовы передать этот вопрос в их руки.

Юэ Сяннань облегченно выдохнул. Раз они согласны вести переговоры, у него есть все шансы убедить их. Тан Цюе уже проложил ему путь, теперь всё зависело от него самого.

Мастер Ли позвал за собой ученика, и они проследовали в дом. Едва усевшись, он нетерпеливо выпалил:

— Директор Юэ, теперь-то вы можете нам всё объяснить?

Юэ Сяннань в двух словах обрисовал предысторию конфликта и твердо заявил в конце:

— Дело вовсе не в том, что я не хочу выплачивать вам деньги. Просто этой суммы сейчас попросту нет у меня на руках.

— То есть вы сможете выплатить всё только после подписания акта приёмки? — На лице мастера Ли появилось облегчение, а затем он хлопнул себя по лбу, сообрадив, что попался в ловушку. — До нас дошли слухи, будто верхушка Xingmei испытывает финансовые трудности и вообще не собирается нам платить.

— Этого не будет. — Взгляд Юэ Сяннаня оставался спокойным и неподвижным, а в голосе звучала непоколебимая уверенность. — Пока я остаюсь в Xingmei, я никому и никогда не задержу выплаты.

— А с чего нам верить тебе на слово? — Возможно, излишне надменный вид Юэ Сяннаня задел кого-то из людей мастера Ли, и в разговор вмешался еще один рабочий. — В конце концов, вам, людям наверху, стоит лишь языком потрёпать.

Заметив, что ситуация снова накаляется и грозит перерасти в новый скандал, Тан Цюе поспешил выступить в роли пожарного:

— Давайте все успокоимся, нет таких проблем, которые нельзя было бы обсудить.

Мастер Ли яростно зыркнул на своего ученика и сурово произнес:

— Директор Юэ, я понимаю ваше положение и готов вам поверить, но что делать, если остальные парни вам не верят?

— Ну, как вариант... Юэ Сяннань, может, напишешь расписку в качестве гарантии? — подкинул ему дурацкую идею Тан Цюе.

Юэ Сяннань с укоризной посмотрел на него. За всю свою жизнь ему доводилось только самому ставить под сомнение чужие слова, но чтобы кто-то смел не доверять ему самому — такого еще не бывало.

Таким образом, ситуация вновь зашла в тупик.

— У дяди Юэ такой скверный характер. — А-Фу, который неизвестно когда незаметно подобрался к Юэ Сяннаню, распахнул круглые глазки, наивно посмотрел на него и совершенно серьезно произнес: — Тебе следует слушаться папу, иначе в следующий раз, когда ты захочешь креветок в колодезном чае, папа просто откажется тебе их готовить.

Креветки в колодезном чае были коронным блюдом Тан Цюе. Но поскольку креветки нужно было чистить вручную, чтобы получилось по-настоящему вкусно, Тан Цюе приготовил их всего раз, посчитал это слишком хлопотным и больше не брался, а Юэ Сяннань намекал на них уже несколько раз, но каждый раз делал вид, что ничего не слышит.

Стоило звонкому детскому голоску умолкнуть, как все замолчали. Даже Сяо Цай странным взглядом покосился на Тан Цюе: неужели у него скоро появится ещё одна хозяйка в доме?

— А-Фу, я серьезно хочу тебя прикончить. — Юэ Сяннань подумал, что раз он до сих пор не прибил этого сорванца, значит, у него просто ангельское терпение.

— Папа, дядя Юэ хочет меня убить! — А-Фу изобразил испуг и шустро карабкнулся на руки к Тан Цюе. — Он наверняка боится, что я отниму у тебя его любовь! Прямо как в сериалах, где императрица боится, что другие наложницы украдут любовь императора, и решает избавиться от соперника! Ой, погодите, он же император, как он может быть наложницей? — Малыш А-Фу мгновенно запутался.

А-Фу и без того был бойким на язык, а рассказывал всё настолько живо и артистично, что даже мастер Ли и Сяо Цай невольно прыснули со смеху. Только что царившая здесь напряженная и мрачная атмосфера испарилась без следа.

— Тан Цюе, хорошего же ты воспитал сына. — Юэ Сяннань строго посмотрел на А-Фу, но накопившийся на сердце гнев как-то сам собой улетучился.

Тан Цюе виновато пожал плечами: он-то пострадал совершенно ни за что, оставалось лишь припугнуть сорванца на собственных руках:

— А-Фу, с сегодняшнего дня тебе запрещено смотреть телевизор!

А-Фу с довольным видом перевернулся на другой бок и сделал вид, что ничего не слышал. Сколько раз и папа, и дядя Юэ уже говорили подобное? В конце концов всё всегда заканчивалось тем, что стоило ему лишь чуточку поплакаться, как они тут же, не сговариваясь, включали ему телевизор.

— Мастер Ли, давайте я напишу гарантийное письмо. — Обронив свойственную ему врождённую заносчивость, Юэ Сяннань посмотрел на всё проще и сам предложил: — Я, Юэ Сяннань, чёрным по белому обещаю вам: как только объект пройдёт приёмку, средства будут немедленно переведены.

Мастер Ли переглянулся со своим учеником и кивнул:

— Директор Юэ, на этот раз мы вам верим.

Увидев, что дело наконец сдвинулось с мертвой точки, Тан Цюе перевёл дух. А-Фу тем временем подёргал его за рукав, обвил его шею своими мягкими пухлыми ручками и заискивающе улыбнулся:

— Папа.

— Что такое? — Тан Цюе прекрасно понимал, что не вмешайся А-Фу, Юэ Сяннань ни за что не пошёл бы на уступки так легко.

— Давай вечером приготовим креветки в колодезном чае. — А-Фу поймал взгляд, брошенный в его сторону Юэ Сяннанем, и торопливо добавил: — Мы съедим их втроём.

Юэ Сяннань остался доволен и снова склонился над бумагой, выводя текст гарантийного письма — вечерние креветки были вполне способны исцелить его уязвлённую душу.

Тан Цюе кивнул в знак согласия, но в глубине души его упорно свербело странное чувство: конфликт-то возник между Юэ Сяннанем и строительной бригадой, так почему же в итоге жертвой принесли его самого?

http://bllate.org/book/30713/3743641