Готовый перевод When the Speed Skating Prodigy Fell / Лед и лак: Когда легенда шорт-трека находит приют: Глава 16

Лу Минъе! Когда Лу Минъе во второй раз воочию появился на тренировочной арене, одна смелая девочка подскользнулась на дорожку и подкатила к нему: — Вы ведь и впрямь тот самый Лу Минъе?

Ли Чжэньянь с улыбкой представил её, переполненный нескрываемой гордостью: — Это Линь Минь, капитан нашей женской сборной по шорт-треку.

— Учитель Лу, я ваша фанатка! Я пересмотрела ваши выступления на зимней Олимпиаде раз двадцать, не меньше! В начале и на середине дистанции вы катились просто потрясающе, и если бы не крошечная ошибка под самый конец, вы сто процентов взяли бы золото! — Линь Минь не заметила его смущенного выражения лица и продолжила тараторить: — Вы невероятно крутой! Каждый раз на виражах ускоряетесь так стремительно, обгоняя всех вокруг, и при этом выглядите донельзя расслабленным. Учитель Лу, поделитесь каким-нибудь секретом?

Ли Чжэньянь легко шлепнул её по макушке планшетом для записей, взглядом приказав замолчать, после чего повернулся к Лу Минъе и виновато бросил: — Минъе, не обращай на неё внимания, она ещё совсем соплячка, говорит что на ум придёт, ни капли субординации. Вместо того чтобы нормально тренироваться целыми днями, ищет лёгких путей.

— С чего это вдруг? Тренер, я же выкладываюсь на тренировках изо всех сил, ясно? — возразила Линь Минь, но глаз с Лу Минъе так и не сводила.

Лу Минъе на секунду растерялся под её сияющим взглядом, невольно улыбнулся и спокойно ответил: — Никаких секретов нет. Кроме упорных тренировок и удвоенных усилий, я ничего не знаю.

Ли Чжэньянь взял её за запястье, развернул и толкнул обратно к ледовой дорожке: — Слышала? Марш на тренировку!

Линь Минь тут же выскользнула обратно и с искренним воодушевлением предложила Лу Минъе: — Учитель Лу, не хотите прокатиться с нами пару кругов?

— Я… — Губы Лу Минъе шевельнулись, но он не смог выдавить из себя ни отказа, ни согласия.

— Детские глупости, не бери в голову, — Ли Чжэньянь заметил его замешательство и решил сгладить неловкость. К тому же ему показалось, что Линь Минь сегодня ведёт себя на редкость непослушно, поэтому он помрачнел, нахмурился и предупредил: — Линь Минь, если ты сейчас же не пойдешь готовиться к тренировке, то останешься до самого вечера, и когда закончатся фигуристы, будешь отрабатывать всё в двойном объеме.

Услышав про наказание в виде дополнительных часов, Линь Минь недовольно надула губы: — Поняла я, тренер. — После чего с крайне неохотным видом развернулась и покатила назад.

Глядя на двух ребят у стартовой линии в отдалении, на то, как по команде они сорвались с места с размахом крыльев расправившегося сокола, Лу Минъе на мгновение словно увидел в них самого себя в юности.

Тогда его только-только перевели из провинциальной сборной в национальную. Окруженный незнакомой обстановкой, незнакомыми товарищами по команде и незнакомым тренером, он то и дело срывался на нервной почве. Из-за этого в первые недели на любых командных заездах, как бы отчаянно он ни мчался вперед, ему никак не удавалось догнать остальных участников своей группы, и вдобавок он постоянно совершал глупые ошибки там, где оплошать было нельзя.

Но к счастью, этот период продлился недолго.

Тогдашний тренер быстро заметил его состояние, вывел из общей группы, заставил встать у бортиков и внимательно понаблюдать, как остальные выкладываются на полную и доходят до финиша. А когда заезды закончились, наставник подозвал его и спросил, заметил ли он сильные и слабые стороны каждого в команде.

Лу Минъе до сих пор помнил те слова, что сказал ему тренер, выслушав его анализ: — Посмотри на всех этих спортсменов, Минъе, у каждого из них есть те или иные изъяны, и все они боятся этих слабостей. Но запомни: мы никогда не должны позволять страху останавливать нас ещё на старте. Если ты не дойдешь до конца, откуда тебе знать, что ты не сможешь победить? Выходя на дорожку, нельзя пугать самого себя или ставить себе палки в колёса. Пойми же: лучший способ преодолеть страх — это не бегство, а принятие.

Именно с того самого дня Лу Минъе впервые претерпел полное внутреннее преображение. Он покорно и осознанно смирился с тем, что его психика легко дает сбои, и ценой удвоенного упорства и бесконечных тренировок заслужил все свои будущие победы.

Звук зуммера, возвещавшего о пересечении финишной черты, вырвал Лу Минъе из воспоминаний.

Он горько усмехнулся про себя, чувствуя, что с возрастом стал только глупее и во всем уступает своему прошлому «я».

То, что раньше он схватывал на лету, теперь давалось с трудом.

То, с какой бесстрашной решимостью он прежде неслось вперед по ледовой колее, сейчас казалось чем-то немыслимым.

— Учитель, — заметив в ребятах этот неукротимый, рвущийся вперед азарт, произнес Лу Минъе, — пожалуй, теперь я понимаю, почему вы готовы годами оставаться здесь и учить этих детей.

Ли Чжэньянь проследил за его взглядом и мягко усмехнулся: — Старею, наверное. Вот и тянет полюбоваться на этот молодежный огонь.

Лу Минъе согласился с его словами. Внутри шевельнулся слабый интерес, он опустил взгляд на правую стопу, пошевелил ногой и, убедившись, что никакого дискомфорта нет, серьезно посмотрел на тренера: — Учитель, у вас здесь не найдется свободной пары коньков? Хочу выйти на лёд, попробовать прокатиться пару кругов.

— Есть, конечно есть. — Стоило Ли Чжэньяню услышать, как еще недавно заявлявший о желании бросить спорт человек вдруг изъявил желание снова встать на коньки, как он испугался упустить момент и тут же суетливо велел принести коньки нужного размера.

Лу Минъе сделал легкую разминку прямо у бортика, после чего уселся на скамейку для отдыха. Натягивая ботинки, он слушал бесконечные наставления и предупреждения Ли Чжэньяня о необходимости беречь себя.

Закончив со снаряжением, он поднялся, сделал пару шагов туда-обратно и непринужденно ответил: — Не переживайте, учитель, я знаю свои пределы.

С этими словами он уверенным шагом направился к входу.

В тот самый момент, когда он ступил на ледовую дорожку, внутри него воцарилось абсолютное спокойствие. Уши словно автоматически отгородились от всего шума на арене. Слегка прикрыв глаза, Лу Минъе глубоко вздохнул, а когда открыл их снова, его черные зрачки неестественно ярко блестели, будто в них таился свет. Окружавшая его аура мгновенно переменилась: от него повеяло неповторимой властной тяжестью, свойственной истинному королю. Одним этим мгновением он приковал к себе взгляды абсолютно всех присутствующих.

Вновь оказавшись на льду и ощущая исходящую от него «обжигающую» температуру, Лу Минъе невольно улыбнулся уголками губ и расслабился.

— Учитель Лу! — Линь Минь подлетела к нему, затормозила и широко заулыбалась, вновь предлагая: — Учитель Лу, не составите мне компанию на пару кругов?

http://bllate.org/book/30544/3723866