Готовый перевод He's Different / Тот, кто стал моей судьбой: История Линь Се и Фэн Сюя: Глава 6

Сейчас он подрабатывает в лавке у дяди из деревни: приходит утром на три часа, потом с часу дня до пяти вечера.

В его обязанности входит мытьё овощей и посуды, а когда много работы — развозить заказы. Платить обещали по сто юаней в день.

Линь Се и Фэн Сюй шли рядом. Линь Се спросил:

— Как твоя бабушка?

Фэн Сюй тихо ответил:

— Плохо.

На хорошее лекарство денег нет, тянут как могут, удаётся лишь немного уменьшить боль.

Бабушка рвалась домой, но он не отпустил: без поддержания хоть такой терапии её снова может буквально вырубить от боли.

Линь Се кивнул:

— Мм.

Они шли всю дорогу молча, пока не добрались до магазинчика, где подрабатывал Фэн Сюй.

Фэн Сюй сказал:

— Братишка, я пошёл работать.

Линь Се кивнул.

Глядя Фэн Сюю в спину, он заметил, что за несколько дней разлуки тот ещё сильнее похудел.

Но стал намного собраннее.

Линь Се запахнул пальто поплотнее: на улице становилось всё холоднее.

В этом году ожидалось ещё немало сильных снегопадов.

Перекусив, Линь Се пошёл домой.

Поздним вечером Линь Се позвонили. Последние цифры номера отличались от его собственных всего на одну, но стоило ему снять трубку, как вызов тут же сбросили.

Линь Се сидел на кровати, глядя на телефон. Прошло две минуты, прежде чем он встал, оделся и поспешил в больницу.

В палате Фэн Сюя он не нашёл, на больничной койке тоже никого не было.

Линь Се отправился на дежурный пост спросить медсестру.

— Вы кто ему приходитесь? — поинтересовалась она.

— Я старший брат Фэн Сюя, — ответил Линь Се.

— Он в приёмном покое.

Линь Се побежал в приёмный покой. Фэн Сюй сидел на стуле, отрешённо глядя перед собой.

Линь Се подошёл ближе:

— Фэн Сюй.

Фэн Сюй поднял голову. Голос его охрип:

— Прости, я не специально тебе позвонил.

Он пытался дозвониться до отца, но номер оказался недоступен. Звонил другим знакомым: кто-то пытался его утешить, кто-то просто не взял трубку, но одолжить денег не смог никто.

Он и сам понимал, что люди не хотят давать в долг — это нормально.

Перебрав все контакты в телефонной книге, он последним набрал номер Линь Се и лишь когда вызов пошёл, сообразил, что делает, и испуганно сбросил.

— Сколько нужно? — спросил Линь Се.

Фэн Сюй растерянно покачал головой:

— Не знаю. На нынешние лекарства нужно больше ста тысяч.

Лекарства лишь поддерживали в бабушке жизнь, но не могли её исцелить. Они лишь давали ему и бабушке ещё немного времени вместе.

Он с детства рос с бабушкой и теперь действительно не знал, что делать.

Линь Се распродал то, чем сам не пользовался, и наскрёб сто две тысячи.

— Я дам тебе денег, — сказал он.

Фэн Сюй поднял голову. Прошло немало времени, прежде чем он заговорил — голос прорезался лишь со второй попытки, срываясь на сдавленный плач:

— Братишка, мне, наверное, очень-очень долго придётся тебе возвращать.

Он знал, почему те люди отказали ему в займе: потому что он не сможет вернуть долг, потому что эти деньги не спасут бабушку от болезни, потому что это бездонная бочка, откуда ничего не вернётся.

— Когда бабушка поправится, будешь отдавать по десять юаней в неделю, не спеша, — сказал Линь Се.

Фэн Сюй не хотел плакать, но сдержаться было выше его сил. Слёзы капали из глаз, и он не успевал их вытирать.

Линь Се вздохнул: всего лишь одиннадцатилетний ребёнок.

Он протянул ему салфетку:

— Вытри слёзы и ступай оплати счёт.

Фэн Сюй всхлипнул:

— Хорошо, братишка, я всё верну.

— Угу, я верю тебе, — ответил Линь Се.

Фэн Сюй проводил Линь Се до кассы.

Вскоре бабушку перевели из реанимации, и её состояние постепенно стабилизировалось.

Счёт был оплачен, и лекарства начали поступать вовремя.

Прободрствовав всю ночь, Линь Се купил нечто среднее между завтраком и обедом и, вернувшись, протянул Фэн Сюю:

— Поешь и отдохни. От недосыпа не растут.

У Фэн Сюя всё ещё покраснели глаза.

— Не могу.

Линь Се понял: Фэн Сюй спешит на работу.

Он мягко сказал:

— Больше всего на свете твоя бабушка хочет увидеть, когда проснётся — это ты.

И вздохнул:

— Из-за одного дня ничего не случится.

Фэн Сюй немного помолчал, а затем попросил:

— Братишка, можешь, пожалуйста, посидеть с бабушкой?

И пояснил:

— Дядя Чжан и тётя Чжан очень хорошие люди. На самом деле помощники им были не нужны, это они меня позвали подзаработать. Я хочу пойти всё им объяснить и отпроситься на сегодня.

У него не было контактов дяди Чжана и тёти Чжан, раньше он об этом не подумал, а сейчас уже поздно, но раз люди проявили доброту и дали ему работу, он должен был лично прийти и всё сказать.

— Конечно, иди, — разрешил Линь Се. — Поешь по дороге.

Фэн Сюй посмотрел на кашу и паровые булочки в руке — еды было много.

— Братишка, а ты поел? Ты выпил лекарство? — спросил он.

— Поел, лекарство не брал.

Фэн Сюй тут же пообещал:

— Я быстро вернусь, и тогда ты пойдёшь домой и примешь лекарство.

Он уже и так заставил Линь Се пропустить один приём лекарств и не хотел задерживать второй.

Линь Се не считал, что пропуск пары доз как-то ему навредит. В последние дни он хотя бы старался не пропускать три приёма пищи в день, а о лекарствах вспоминал: выпьет — хорошо, нет — и ладно.

Впрочем, вслух он этого говорить не стал.

— Хорошо, — ответил он.

Фэн Сюй выбежал из больницы, но от недосыпа споткнулся на ходу.

Линь Се тихо опустился на стул в больничном коридоре.

До чего же несправедлива судьба. Почему такие болезни выпадают на долю подобных семей, где само стремление выжить превращается в тяжелейшее испытание?

Почему, например, такие люди, как Сюй Вэнь, не болеют?

Если бы только можно было перенести недуги всех несчастных людей в мире на тех, у кого нет ни совести, ни чести.

Линь Се прикрыл глаза, давая себе время прийти в себя, и лишь спустя долгое время поднялся и вошёл в палату.

Врачи говорили, что у пациентки очень сильная воля к жизни, поэтому и кризис миновал так быстро.

Наверное, в глубине души она тоже хотела сэкономить Фэн Сюю денег.

Линь Се смотрел на эту добросердечную старушку, искренне желая ей скорейшего выздоровления.

Он придвинул стул, сел рядом и посмотрел в окно — снова пошёл снег.

— Мэмо, мэмо...

Линь Се повернул голову. Старушка бормотала во сне совсем тихо, разобрать слова было невозможно.

Спустя какое-то время она приоткрыла глаза и слабо задрожавшей рукой потянулась вперед:

— Мэмо, мэмо...

На этот раз Линь Се расслышал. Он протянул руку и крепко сжал её старческую ладонь:

— Я здесь.

Старушка слабо улыбнулась и снова провалилась в беспокойный сон.

Но руку Линь Се выпускать не стала.

Он не стал её выдёргивать и так и сидел, глядя на падающий за окном снег.

Фэн Сюй вернулся очень быстро — не прошло и часа.

Линь Се разжал пальцы, освобождая руку:

— Твоя бабушка только что приходила в себя.

Фэн Сюй просиял и принялся бормотать про себя:

— Вот и хорошо, слава богу...

— Я пойду, — сказал Линь Се.

Фэн Сюй удержал его за рукав и сунул в руки миску с кашей из нежирной свинины:

— Братишка, поешь перед уходом.

Линь Се замер: он никак не ожитал, что его недавняя ложь раскроется так быстро.

Фэн Сюй не стал прямо говорить, что Линь Се ничего не ел, а лишь тихо произмолвил:

— Она очень вкусная, братишка. Это тётя Чжан сварила и дала мне целую миску.

Не в силах сопротивляться, Линь Се присел рядом и принялся за еду. В пакете обнаружились ещё два яйца.

Фэн Сюй купил их внизу.

Линь Се разбил скорлупу, съел одно, а второе протянул Фэн Сюю:

— Я больше не хочу.

— Братишка, иди скорее домой, прими лекарства, — напомнил Фэн Сюй.

— Хорошо.

Фэн Сюй продолжал наставлять:

— Обязательно ешь три раза в день, не забывай. И не пропускай еду только потому, что не хочется. После еды выпей лекарство и попей побольше воды.

Линь Се потёр затылок, чувствуя, как начинает пульсировать в висках:

— Я понял. Всё, я пошёл.

Фэн Сюй проводил его до выхода.

— Возвращайся к ней, — сказал Линь Се.

— Угу.

Как бы Фэн Сюй ни старался казаться взрослым, он оставался ребёнком. После вчерашнего появления Линь Се подсознательно видел в нём защитника, на которого можно положиться, и сам того не замечая, тянулся к нему.

Не зная, что ещё сказать, он неуклюже повторил:

— Не забудь про лекарства.

— Угу.

Перед тем как зайти в лифт, Линь Се поднял руку и взъерошил Фэн Сюю волосы:

— Позаботьтесь о бабушке.

— Обязательно, — кивнул Фэн Сюй.

Лифт поехал вниз. Линь Се бросил взгляд на Фэн Сюя, который преданно провожал его глазами, и в самый момент закрытия дверей неожиданно для самого себя пообещал:

— Завтра я снова загляну.

На душе у Фэн Сюя тотчас стало тепло и спокойно, и он с сияющей улыбкой ответил:

— Хорошо!

Лифт опустился на первый этаж. Линь Се вышел из больницы, посмотрел на падающий снег, глубоко вздохнул и ступил в пелену метели.

http://bllate.org/book/30481/3715913