Готовый перевод Where the East Meets the Sunset / Там, где солнце возвращается на Восток: Глава 16

Обедая вместе с человеком, сидевшим рядом, Дунфан Бубай на этот раз ел куда больше обычного.

После трапезы служанки убрали со стола посуду, и оба еще немного посидели за столом.

Дунфан Бубай вспомнил, что тот, кто находился подле него, в последние дни, казалось, все время проводил во дворе, и невольно предложил:

— Во второй половине дня выдалось свободное время, не хочешь ли вместе прогуляться по утесу?

— Почему бы и нет. Интересно, каков здешний пейзаж, — Оуян Минжи слегка кивнул ему, чуть заметно улыбнувшись.

— Разумеется, хорош, — легко усмехнувшись, Дунфан Бубай поднялся. — Идем прямо сейчас?

— Угу, — Оуян Минжи тоже встал следом.

Выйдя из двора плечом к плечу, Оуян Минжи оглядывался по сторонам, любуясь окрестностями, и между делом спросил:

— Почему ты, будучи главой столь грозной культы, живешь в таком уединенном месте?

— Разве здесь плохо? — повернув голову, спросил Дунфан Бубай.

Улыбнувшись и покачав головой, Оуян Минжи продолжил путь вместе с ним.

Дунфан Бубай вдруг остановился и вперил в него взгляд. Лишь мгновение спустя он тихо произнес:

— Я поселился в этом дворе с тех самых пор, как поднялся на Утес Черного Дерева. За столько лет его лишь единожды ремонтировали и расширяли.

Поймав на себе его сложный взгляд, Оуян Минжи почувствовал, как в сердце зарождается странное чувство. Сделав шаг вперед, чтобы уйти из поля зрения этого взгляда, он спросил:

— Почему?

Его вопрос прозвучал легко и непринужденно — очевидно, ответ его не слишком волновал.

Однако Дунфан Бубай ответил очень серьезно:

— Я жду весточки от одного человека.

Весточки от человека?

Услышав его строгий тон, Оуян Минжи искоса взглянул на него:

— И дождался?

Уголки губ Дунфан Бубая изогнулись в улыбке, но вместо ответа он произнес:

— Если пройти дальше, попадешь в Зал Чэндэ; налево — места, где различные залы решают повседневные дела, а также тренировочная площадка; направо, помимо разрозненных двориков, лежит задняя гора. Куда направимся?

Немного подумав, Оуян Минжи указал направо:

— Тогда давай заглянем на заднюю гору!

— Не приказать ли подать вина? — сменив направление шага, поинтересовался Дунфан Бубай.

Оуян Минжи как раз любовался пейзажем по обеим сторонам дороги, но, услышав это, отвел взгляд и посмотрел на него с полуулыбкой.

— Что такое? — не понял Дунфан Бубай, заметив его выражение лица. Увидев, что тот лишь молча смотрит на него, он нахмурился: — Чему ты улыбаешься?

— Больше я не смею пить с тобой вино, — отвечая на его расспросы, с улыбкой бросил Оуян Минжи.

Хотя слова эти прозвучали невпопад, Дунфан Бубай сразу понял, что тот имеет в виду тот день, когда они пили на крыше.

Вспомнив, как он прислонился к нему и проспал почти до полудня, Дунфан Бубай почувствовал, как кончики его ушей слегка покраснели.

Стоило ему поднять голову, как перед глазами вновь предстала изящная, словно из нефрита, рука собеседника. Вспомнив тепло того рукопожатия, Дунфан Бубай легко прикусил губу, и его взгляд стал еще глубже и непостижимее.

Пройдя десяток шагов и заметив, что спутник не следует за ним, Оуян Минжи решил, что тот рассердился на его шутки, и обернулся со словами:

— Я всего лишь пошутил с Главой Цзяо Дунфаном. Если ты захочешь выпить, я с удовольствием составлю тебе компанию.

— Неужели я настолько мелочен? — увидев, что удалявшийся человек внезапно повернулся и ждет его с мягкой улыбкой на лице, Дунфан Бубай моргнул, пряча глубокий блеск в глазах, и с улыбкой направился навстречу.

Скользнув взглядом по его рукам, Дунфан Бубай шевельнул кончиками пальцев, затем легко сжал их в кулак и снова в шутку поддразнил его:

— После такого напоминания разве осмелюсь я теперь пить вино?

— О? — Оуян Минжи поиграл кончиками пальцев золотой нитью. — Неужели испугался прошлогоднего опьянения?

Бросив на него взгляд, Дунфан Бубай приподнял брови и принял нарочито серьезный вид:

— Разумеется. Что, если, опьянев, ты бросишь меня одного на задней горе? Что тогда делать? Если в тот момент адепты культы не смогут отыскать главу культы, дело обернется бедой.

— Выходит, в глазах Главы Цзяо Дунфана я именно такой человек? — с напускной серьезностью отозвался Оуян Минжи.

Они переглянулись и разом рассмеялись.

Поразмыслив немного, Дунфан Бубай предложил:

— Как насчет того, чтобы велеть кому-нибудь снова накрыть стол? Пользуясь тем, что погода сегодня отличная, давай отправимся пить чай на утес задней горы и заодно сыграем пару партий в настольную игру?

— Звучит неплохо, — одобрил Оуян Минжи.

Чем ближе они подходили к задней горе, тем гуще становилась кругом растительность.

Молча пройдя еще какое-то расстояние, Оуян Минжи, вертя в пальцах золотую нить, неожиданно произнес:

— И все же, с твоим положением тебе действительно не подобает легко пьянеть на глазах у посторонних.

— Ты беспокоишься обо мне? — услышав это, рассмеялся Дунфан Бубай. — Люди в Цзянху называют меня не иначе как демоном и жаждут поскорее избавиться от меня. На мой взгляд, когда я напился в прошлый раз, тебе следовало воспользоваться случаем и убить меня — так ты бы избавил Цзянху от зла и прославился на весь мир.

Хотя он говорил непринужденно, а улыбка на его лице становилась все шире, закончив фразу, он невольно протянул руку и коснулся нецритового украшения на поясе.

— Какое мне дело до остального? Оуян Минжи заводит знакомства с теми, кто приходится ему по нраву.

Услышав эти слегка надменные слова, Дунфан Бубай приподнял брови и с улыбкой в глазах спросил:

— Значит, в сердце Минжи считает меня другом?

Из-за столь неожиданной перемены в обращении Оуян Минжи слегка скосил взгляд, но возражать не стал и лишь отозвался:

— Разумеется.

— Раз так, то впредь пусть Минжи обращается ко мне без этих слов — глава культы. Иначе мне будет неуютно, — воспользовался моментом Дунфан Бубай.

— Хорошо, — согласился Оуян Минжи.

— Подчиненный приветствует главу культы!

Пока они беседовали и смеялись, направляясь к задней горе, к ним стремительно приблизился какой-то мужчина средних лет.

— Глава Зала Цзя, в чем дело? — улыбка мгновенно исчезла с лица Дунфан Бубая, сменившись едва уловимой суровостью, и он посмотрел на стоявшего на коленях человека.

Раз Дунфан Бубай не велел вставать, Цзя Бу, разумеется, не смел подняться и ответил с колен:

— Докладываю главе культы: общая отчетность со всех мест за этот год собрана, и теперь глава культы может в любой момент ознакомиться с ней.

Бросив на него косой взгляд, Дунфан Бубай украдкой посмотрел на выражение лица спутника.

— Если ты занят, можешь не сопровождать меня, — бросил Оуян Минжи, глядя на стоявшего рядом человека.

— Обсудим это через пару дней, а пока ступай назад, — с оттенком предупреждения в голосе покосился на него Дунфан Бубай.

Разве раньше они не проверяли все в день Праздника Драконьих Лодок, а на следующий день не отсылали обратно с главами каждого филиала?

Лихорадочно пытаясь вспомнить, Цзя Бу даже не заметил брошенного на него ледяного взгляда и лишь тихо напомнил:

— Глава культы, подчиненный говорит о тех отчетах, которые главы филиалов должны забрать с собой завтра.

— Дерзко! С каких пор мне требуются твои напоминания? — Дунфан Бубай внезапно разозлился.

— Подчиненный не смеет, — уловив недовольный тон главы культы, Цзя Бу мысленно отругал себя за болтливость и поспешил выразить покаяние.

Бросив боковой взгляд на спутника, Дунфан Бубай так и не опустил уже занесенную руку, а лишь махнул стоявшему на коленях человеку:

— Ступай пока вниз, я скоро буду.

Хотя в душе Цзя Будо недоумевал, почему глава культы вдруг снова решил заняться этим прямо сейчас, он не смел больше безрассудно открывать рот и, несколько раз подтвердив приказ, быстро удалился.

Дунфан Бубай посмотрел на стоявшего рядом человека, прикусил губу и уже собирался заговорить, как услышал:

— У тебя дела — иди. Я сам немного прогуляюсь и вернусь.

— Хорошо, тогда в следующий раз составлю тебе компанию на прогулке.

Перед ним лицо Дунфан Бубая не выглядело столь ледяным, и, подумав немного, он добавил:

— Вечером в культе будет банкет, не хочешь прийти?

— Не нужно, — отказался Оуян Минжи.

— Тогда я пойду. Иди прямо по этой дороге, и выйдешь к задней горе, а если понадобятся какие-то услуги, просто распорядись — здешние слуги все исполнят.

С этими словами Дунфан Бубай достал из рукава черный деревянный жетон и протянул ему.

Взяв его на ходу и повертев в руке, Оуян Минжи поднял взгляд:

— Что это?

— Жетон Черного Дерева. С этим жетоном можешь свободно ходить по всему утесу куда пожелаешь, — пояснил Дунфан Бубай и тут же повернулся, чтобы уйти.

— Жетон Черного Дерева? — видя, что тот не оставляет ему шанса на отказ, Оуян Минжи оставалось лишь спрятать деревянный жетон.

Дорога к задней горе хоть и была уединенной, но время от времени здесь кто-то проходил.

Заметив мужчину в золотых одеждах, неспешно шагающего среди пятнистых теней от деревьев, похожего на сошедшего с небес бессмертного отшельника, прохожие невольно задерживали на нем взгляды, но никто не осмеливался подойти и потревожить его.

Поскольку в роще росло немало редких целебных трав, Оуян Минжи задержался там на некоторое время.

Когда он наконец вышел из леса, солнце уже клонилось к западу.

Сделав пару шагов вперед, Оуян Минжи ощутил дуновение горного ветра и слегка прищурился.

Побродив еще немного, Оуян Минжи подошел к большому камню, смахнул рукавом пыль и присел.

А в это время погруженный в ледяную ауру Дунфан Бубай уже прибыл в зал совещаний вспомогательного дворца Зала Чэндэ.

— Подчиненные приветствуют главу культы!

Десятка полтора ожидавших внутри глав филиалов, завидев ледяное и суровое выражение лица главы культы, невольно перевели взгляды на Главу Зала Цзя, который ходил за ним.

Цзя Бу на мгновение блеснул глазами и опустил голову.

— Какая спешка — так нетерпеливо звать меня сюда. Что ж, тогда я воочию взгляну, насколько же хороши доходы от ваших мест за этот год, — взмахнув рукавом, Дунфан Бубай опустился на главное сиденье.

Какая несправедливость! Разве они торопились? Они вполне могли подождать!

Услышав этот насмешливый и недовольный голос, главы филиалов вздрогнули, опустили головы и принялись исподлобья метать свирепые взгляды на Цзя Бу.

— Чего застыли столбами? Разве я пришел сюда только для того, чтобы смотреть, как вы хлопаете глазами? — поглаживая подлокотник кресла, произнес Дунфан Бубай.

— Подчиненные не смеют!

Все поспешно поднялись на ноги и, обменявшись взглядами, один из них шагнул вперед, взял со длинного стола посреди зала свою учетную книгу и почтительно преподнес ее наверх.

Хотя лицо Дунфан Бубая по-прежнему оставалось мрачным, если поданные отчеты не вызывали нареканий, он не стал бы чинить препятствия.

Равным образом тех глав филиалов, чьи отчеты пестрили ошибками и злоупотреблениями, Дунфан Бубай карал куда строже обычного — он без лишних слов приказывал бросить их в Зал Наказаний.

К тому моменту, когда Дунфан Бубай просмотрел счета всех филиалов и выслушал их доклады о главных событиях года в каждом регионе, солнце уже закатилось за горизонт.

— Ладно, больше дел нет, можете быть свободны. Завтра всем предстоит путь домой, так что пусть сегодняшний вечерний пир пройдет весело и шумно.

— Есть! Благодарим главу культы за милосердие. Подчиненные удаляются!

Дождавшись разрешения Дунфан Бубая, главы филиалов поспешно поднялись, расслабили лица и вышли наружу.

Подняв руку и массируя переносицу, Дунфан Бубай встал и направился к выходу.

http://bllate.org/book/30425/3709586