Готовый перевод When the Villain Becomes the Protagonist / Злодей на пенсии: Когда сценарий пошел не по плану: Глава 11

Чу Сычэн моргнул, его красные губы слегка изогнулись в чистой и сияющей улыбке — точно такой же, как в тот день, когда он, еще будучи маленьким самцом, выбрался из кучи мусора и протянул руку навстречу солнечному свету.

— Разве я не прав, генерал Фридрих?

В золоченом дворце, на огромном виртуальном экране, самец с белоснежными волосами тихо рассмеялся после очередного молчания Фридриха. Затем он подался ближе к камере и, потянув за воротник, обнажил рану, края которой до сих пор выглядели кровавым месивом.

Его лицо было бледным, как полотно, а в обычно светящихся голубовато-серых глазах стояла влага. Его хрупкая фигура слегка дрожала, а голос звучал до крайности надломленно:

— Вы действительно меня не узнаете? Генерал Фридрих, посмотрите внимательнее: разве это не та самая рана, которую я получил, когда вы швырнули в меня миску с супом, приготовленным мною для вас?

— Ох…

По дворцу пронесся дружный вздох — все самки уставились на шрам на ключице Чу Сычэна.

Все, кроме Айликса.

Пока Жучиный Император и высшие сановники бросали на Фридриха гневные взгляды из-за раны на ключице Чу Сычэна, только он один украдкой перевел сложный взгляд на самца рядом с собой. На того самого, который секунду назад дерзко щелкал языком, дразня его, а в следующую — был готов разрыдаться перед виртуальным экраном.

Ведь… этот шрам на ключице оставил именно он, когда прикусил его.

И вот теперь, после жалобных всхлипов Чу Сычэна, эта метка превратилась в неопровержимое доказательство вины Фридриха. На самом деле, стоило Айликсу лишь открыть рот, и ложь Чу Сычэна легко была бы разоблачена — в конце концов, на его собственных губах до сих пор оставались следы крови того самца.

Но…

Айликс перевел взгляд на экран, наблюдая за генералом, который привык добиваться всего, просто сохраняя холодное молчание. Сейчас же, под градом обвинений Чу Сычэна и допросами Императора, на лице Фридриха наконец проступила растерянность. Айликс опустил ресницы и незаметно провел кончиком языка по губам, после чего плотно сжал рот, предпочитая оставаться тихим фоном рядом с Чу Сычэном.

В конце концов, разве не бывает моментов, когда даже ему не хочется ничего говорить?

Кулаки Айликса, сжатые с самого начала сеанса связи, наконец расслабились. А вот у Фридриха, напротив, руки непроизвольно сжались в кулаки. Теперь всё внимание Императора и министров, всё давление, которое раньше направлялось на Айликса, переключилось на него.

Это касалось господина-самца, к тому же такого, чьи феромоны способны успокоить самку уровня СС. Хотя после повторной проверки уровень культивации Чу Сычэна всё еще оставался на отметке F, факт оставался фактом: он мог усмирять самку уровня СС. К тому же история знала случаи, когда самцы уровня F проходили вторичную эволюцию до уровня S, так что в глазах Империи его ценность была почти равна ценности самца уровня А.

Более того, в обществе инсектоидов статус самца всегда был выше статуса самки.

— Фридрих, всё, что сказал господин Райан, — правда?! — спросил Император, глядя на него со строгой суровостью, в которой не осталось и следа от недавнего одобрения.

— Я этого не делал… — спустя долгое молчание Фридрих наконец нашел в себе силы ответить.

— Неужели? — самец на экране горько усмехнулся. — Значит, ты хочешь сказать, что я лгу и клевещу на тебя, Фридрих? Ты забыл, кто вытащил тебя из кучи мусора?

Почти все граждане Империи знали, что их непобедимый генерал Фридрих после короткого исчезновения вернулся на поле боя и вновь привел их к победе над мерзкими чудовищами. Но никто не знал, где генерал пропадал в то время, кого встречал и что теперь ему стало известно.

Чу Сычэн медленно поправил воротник и отступил на шаг назад, опустив голову так, что видны были лишь его бледное лицо и дрожащие губы.

— Ничего страшного, Фридрих, всё в порядке. Раз ты говоришь, что этого не было, значит, не было. В конце концов, я же обещал, что никогда не причиню тебе вреда…

«Да что ты такое творишь?!» — Фридрих был готов взорваться от ярости, глядя на этот жалкий, беспомощный вид Чу Сычэна. Что значит «раз ты говоришь, что этого не было, значит, не было»? Такие слова самца лишь заставят Императора и министров подозревать его еще сильнее!

Пальцы, сжатые в кулаки, побелели. Глядя на это лицо, которое с самой первой встречи казалось таким несчастным, будто весь мир ополчился на него, Фридрих почувствовал, как ярость ударила в голову. Слова вырвались непроизвольно:

— Я сказал, что не делал этого! Тот суп просто оставил пару ожогов, откуда взяться таким серьезным ранам, какие ты сейчас показываешь?!

«Всего лишь… ожоги…»

Чу Сычэн приподнял уголки губ, снова поднял голову и впился взглядом в Фридриха:

— Значит, ты признаешь, что швырнул в меня чашку с горячим супом?

— Я… — Фридрих резко распахнул глаза, голос его оборвался. Те самые глаза, которые в прошлом всегда оставались холодными и равнодушными, сколько бы Райан ни пытался оставить в них хоть какой-то след, теперь наконец-то по-настоящему отразили образ самца с экрана.

Правда, только от ярости.

Он понял. Фридрих всё понял! Цель самца с самого начала заключалась не в том, чтобы обвинить его в нанесении этих тяжелых ран, а в том, чтобы заставить его признать сам факт насилия! И вот теперь он говорит, что не будет мстить? А что он делает прямо сейчас?

Верно, злодей он и есть злодей, такой же, как Айликс — скрытая угроза, которую Империя не должна терпеть.

Вспомнив истории, которые рассказывал ему Фейло, Фридрих холодно усмехнулся. Он посмотрел на Чу Сычэна с притворно-виноватым видом, но с насмешкой в глазах:

— Да, я признаю. Тогда у меня случился срыв духовной энергии, и я случайно ранил господина Райана. Я искренне прошу прощения за это. Но господин Райан тогда сам сказал, что всё в порядке и он не винит меня, разве вы не помните? К тому же я не раз умолял вас не приближаться ко мне, потому что боялся, что не смогу сдержаться, но то, что случилось потом… — Фридрих вздохнул. — Я действительно не мог себя контролировать.

Парой фраз ответственность снова переложили на плечи Чу Сычэна. Кто же не умеет играть? В этой Империи, где к самкам относятся враждебно, будучи военным жуком, сражающимся в одиночку, Фридрих давно бы сгнил в тюрьме за «непочтительность к самцам», если бы не умел притворяться.

Видеоконференция, которая изначально должна была стать инструментом давления на Айликса, чтобы тот отказался от контроля над Могласом, превратилась в театральную сцену для двоих. Зрители наблюдали с разными выражениями лиц: кто-то был серьезен, кто-то погружен в раздумья, а кто-то усердно прятал ухмылку.

Чу Сычэн пару раз моргнул и, встретив беспомощный взгляд Фридриха, тихо произнес:

— Раз ты так волнуешься обо мне, значит, тогда ты знал, что на самом деле я…

— Ваше Величество! — не дожидаясь, пока Чу Сычэн закончит, Фридрих, почувствовав неладное, прервал его и опустился на колени перед Императором:

— На самом деле, после слов господина Райана я осознал, что поступил тогда неправильно. Даже если господин Райан простил меня, я не могу простить самого себя за то, что причинил ему вред. Как он и сказал, я проявил неблагодарность, и всё это время не смел показаться ему на глаза, потому что не мог простить себя. В таком состоянии я действительно не могу исполнять обязанности надзирателя Могласа. Надеюсь, Ваше Величество позволит мне использовать мои нынешние заслуги, чтобы искупить вину, и передать эту награду господину Райану, чтобы я мог хоть как-то выразить свое раскаяние.

Фридрих говорил искренне, его голос звучал убедительно, а ведь самка в состоянии срыва духовной энергии действительно не может себя контролировать…

Император вздохнул и посмотрел на Чу Сычэна:

— Господин Райан, что вы думаете об этом?

— Я согласен, — ко всеобщему удивлению, Чу Сычэн принял предложение Фридриха.

Айликс с недоумением посмотрел на Чу Сычэна, не понимая, почему тот не проигнорировал слова Фридриха и не договорил свою мысль до конца.

http://bllate.org/book/30397/3705783