Готовый перевод Who Cares About Their Ex After Breaking Up / Расстались — забудь: Как не сгореть в пламени бывших: Глава 4

Чэн Юй ничего не объяснил и направился прямо к выходу из отдельной комнаты.

Оставшиеся трое переглянулись, вероятно, совершенно не понимая, что это значит.

Чэн Юй догнал шатающегося и явно что-то ищущего Сун Цинъяня.

Путь Сун Цинъяню преградили, и его тело невольно качнулось назад.

— Извините, я чуть в вас не врезался.

Чэн Юй сразу перешел к делу:

— Что ты здесь делаешь?

Сун Цинъянь поднял взгляд. Его глаза затуманило опьянение, во взгляде читалась легкая растерянность. Узнав гостя, он тут же просветлился лицом и подался вперед:

— Третий молодой господин Чэн?

— Мм, это я.

— Какая неожиданность, почему ты тоже здесь?

— Это я первый спросил тебя.

Сун Цинъянь огляделся по сторонам:

— Старший брат велел мне помочь третьему брату обсудить контракт. Тот совсем не умеет пить, а я выпил пару чашек, немного захмелел и думал выйти подышать свежим воздухом, да только дорогу назад найти не могу.

— Разве ты не стажер? И тебя заставили вести переговоры?

— Я умею пить. — Сун Цинъянь улыбался, глядя на него, и этот невинный вид казался таким, будто умереть здесь сегодня от алкоголя было совершенно само собой разумеющимся.

Брови Чэн Юя нахмурились. Он действительно учувствовал сильный запах алкоголя, а глядя на те покрасневшие щеки, можно было не сомневаться, что тот выпил немало.

— Мне нужно скорее вернуться. Третий брат и вправду не умеет пить, он только вышел в свет и ничего не понимает. — Сун Цинъянь обошел его и продолжил идти вперед.

Чэн Юй не любил совать нос в чужие дела, а потому, конечно же, не собирался вмешиваться в чужую работу. Он так и остался стоять на месте, провожая взглядом удаляющуюся фигуру.

Сун Цинъянь наконец отыскал нужную комнату, и едва его правая рука приоткрыла узкую щель, как чья-то грубая сила резко дернула его назад, заставив отступить.

Он всем телом врезался в чужие объятия.

Через приоткрытую щель Чэн Юй отчетливо увидел сияющего от радости Сун Чэньэня. Тот прекрасно проводил время и изо всех сил пытался напоить другого мужчину.

Разве был похож этот уверенный и ловкий вид на неопытного младшего господина, не знающего жизни?

Не понимая обстановки, Сун Цинъянь посмотрел на Чэн Юя:

— Третий молодой господин, что такое?

— Ты пьян. — Чэн Юй затворил дверь.

Сун Цинъянь улыбнулся:

— Чуть-чуть. Я только что принял средство от похмелья, всё в порядке.

— Раз твой младший брат уже начал знакомиться с делами компании, ему, естественно, нужно дать возможность потренироваться. Раз не умеет пить сегодня, завтра его все равно заставят научиться.

— Он еще мал, только что после института, и папа жалеет его...

— А ты? Разве ты не только что выпустился?

Сун Цинъянь, казалось, задели за больное: улыбка в его глазах вдруг стала тусклой. Он изо всех сил старался удержать изгиб губ, хотя улыбка вышла чуть горьковатой.

Он покачал головой и неуклюже сменил тему:

— Третий молодой господин так долго пробыл снаружи, твои друзья, наверное, все еще ждут тебя.

— Я сначала отвезу тебя обратно.

— Мне ехать обратно одному неудобно, — отказался Сун Цинъянь.

Чэн Юй немного подумал:

— Я отвезу тебя отдохнуть в отель по соседству.

Сун Цинъянь больше не отказывался и послушно последовал за мужчиной.

— Подожди меня немного, я пойду возьму пальто.

Сун Цинъянь снова послушно остался стоять на месте, и впрямь невероятно напоминая человека, который после выпивки растерял всю соображалку и самоконтроль.

Дверь в отдельную комнату снова отворилась, и все трое с любопытством уставились на Чэн Юя.

Чэн Юй не стал вдаваться в лишние объяснения, взял со стойки для одежды куртку и снова повернулся, чтобы уйти.

— Третий уходит вот так? — пошутил Цзинь Цзяцзюнь.

Рука Чэн Юя замерла на ручке двери, и он лаконично бросил:

— Друг перебрал, я отвезу его домой.

— Ты только вернулся на родину, а у тебя уже появился знакомый, которого мы не знаем? — с улыбкой допытывался Ли Ижань.

— Просто виделись пару раз, можно сказать, что знакомы.

— Мм, тебе стоит радоваться, что он такой же парень, как мы. Будь он девушкой, мы бы все заподозрили, не положил ли ты на него глаз. С каких это пор вечно отрешенный от мира третий молодой господин Чэн стал таким услужливым?

Трое разразились громким смехом.

Чэн Юй толкнул дверь и вышел.

Сун Цинъянь покорно ждал, опустив голову. На нем все еще была та же рабочая рубашка, что и днем, а фигура казалась такой хрупкой, будто ее могло сдуть порывом ветра.

Чэн Юй глубоко вздохнул. Пожалуй, они были правы: к счастью, это парень, иначе он и впрямь заподозрил бы у себя к нему какую-то симпатию.

Услышав шаги, Сун Цинъянь затуманенными глазами поднял голову. Яркий свет залил его глаза, и он увидел расплывчатую, мерцающую фигуру. По чистом инстинкту уголки его губ поползли вверх, являя улыбку, словно сдобренную медом.

Шаги Чэн Юя застопорились, и он в упор, не мигая, уставился на Сун Цинъяня. Тот улыбался легко и едва заметно, но до чего же сладко выглядел.

Словно молодое вино нового урожая из Мисы: сперва чуть горьковатое на вкус, но оставляющее послевкусие сладкое, с ароматом не крепким, но до безумия пьянящим.

— Пойдем, — Чэн Юй набросил на его плечи собственное пальто.

Сун Цинъянь опешил:

— Мне не холодно.

— Мм, после выпивки легко простудиться, надевай.

— Спасибо.

Они покинули клуб друг за другом.

В отдельной комнате Сун Цинъянь прождал целую вечность, но Сун Цинъянь так и не появился. Мальчик начал понемногу раздражаться, то и дело тревожно заглядывая на входную дверь.

— Второй господин, вы проиграли, — победно продемонстрировал свои козыри генеральный директор Сюэ.

Сун Цинъянь продолжал упорствовать в своем:

— Я не проиграл, вы не так посмотрели.

Директор Сюэ собрал все карты и с легкой улыбкой произнес:

— Второй господин, я развлекал вас весь вечер, вы ведь должны были понять мои намерения?

Услышав это, Сун Цинъянь инстинктивно попытался сбежать.

Директор Сюэ бросился вперед и прижал его к дивану.

Сун Цинъянь отчаянно забился:

— Отпусти меня, что ты делаешь?

— Второй господин, вы ведь сами со мной заигрывали. — Директор Сюэ ущипнул его за подбородок, явно намереваясь поцеловать.

У Сун Цинъяня вспыхнуло в голове, он задрал правую ногу и изо всех сил ударил снизу.

— Ах! — директор Сюэ взвыл от боли и неуклюже завалился набок.

Шатаясь, Сун Цинъянь попытался выбежать из отдельной комнаты.

Как мог директор Сюэ стерпеть такое унижение? Превозмогая боль, он снова утащил парня обратно на диван.

Сун Цинъянь беспомощно замахал руками и ногами, отчаянно отбиваясь и лягаясь:

— Старый хрыч, что ты творишь, вали отсюда, держись от меня подальше!

Директор Сюэ окончательно разъярился, взмахнул рукой и отвесил ему звонкую пощечину.

Раздался громкий шлепок. Сун Цинъянь прикрыл пылающую и саднившую щеку и завопил, словно помешанный:

— Ты ударил меня? Ты, мать твою, посмел меня ударить!

Глава 6. Я не собирался подглядывать

Чэн Юй довез его до отеля, но не стал подниматься наверх, а остался стоять у клумбы, молча закурив сигарету.

Он курил редко, и только чувствуя легкое напряжение, рука сама собой тянулась зажечь табак.

Горьковатый вкус никотина заполнил рот, и он выпустил длинную струю дыма. Выкурив сигарету наполовину, он рассеянно собрался уходить.

— Как здорово, ты еще не ушел! — Сун Цинъянь в спешке выбежал наружу, прижимая к груди пальто.

Чэн Юй затушил окурок и посмотрел на приближающуюся фигуру. Из-за быстрой ходьбы щеки Сун Цинъяня покрылись легким румянцем, и в свете уличного фонаря он был похож на только что отполированный драгоценный камень — чистый, прозрачный и невероятно красивый.

Запыхавшись, Сун Цинъянь проговорил:

— Твое пальто... Наверное, оно пропиталось запахом алкоголя.

Чэн Юй протянул руку и взял вещь:

— Ничего страшного, просто постираю.

— Слушай... это, пожалуй, нескромно, но могу я взять твои контакты? Мне нужно перевести тебе деньги за отель.

Чэн Юй сначала хотел сказать, что возвращать ничего не нужно, но, стоило ему взглянуть на необычайно раскрасневшиеся после выпивки губы парня и его широко распахнутые, полные ожидания глаза, как помрачнев рассудком, он достал телефон.

Сун Цинъянь торопливо открыл страницу добавления в друзья:

— Скажи, сколько я должен?

— Тысяча триста.

Сун Цинъянь тут же перевел деньги и, убедившись, что платеж принят, с облегчением выдохнул:

— Спасибо тебе.

— Иди отдыхай. Старайся не принимать ванну после алкоголя, от этого легко может закружиться голова из-за нехватки кислорода.

— Угу, счастливого пути.

Чэн Юй снова сел в машину и, глядя в зеркало заднего вида на сияющего от радости Сун Цинъяня, никак не мог взять в толк: почему при каждом их общении между ними выстраивалась вежливая дистанция, но в сердце все сильнее разгоралось какое-то странное чувство?

Он не понимал, с чем это связано. Прожитые двадцать пять лет он был сдержан и холоден ко всем, ко всем, кроме нескольких старых друзей детства, относился с одинаковым безразличием. Но в последние дни он проявлял такую чуткость, что самому казалось чужой!

Заметив, что машина все еще не тронулась с места, Сун Цинъянь в недоумении вытянул шею.

В свете фар ожерелье на его шее ярко блестело, подчеркивая изящный изгиб белоснежной шеи и делая ее еще более соблазнительной.

Чэн Юй резко нажал на газ и, отъехав от отеля, неспешно припарковался у обочины.

Стекло опустилось, наружу выплыла струйка белого дыма.

Чэн Юй снова закурил, а в голове невольно всплыла та маленькая черная родинка на ключице Сун Цинъяня...

На следующий день Сун Цинъянь намеренно дождался полудня, прежде чем сдать номер и уйти.

В доме семьи Сун царил полный хаос. Если бы не Мать Сун, вставшая на защиту младшего сына, Сун Цзяньяо, пожалуй, раскроил бы Сун Чэньэню череп.

Такая прекрасная сделка, оставалось лишь поставить последние подписи, но этот подонок повел людей на деловой ужин и умудрился загреметь с менеджером компании-партнера в больницу!

Сун Чэньэнь испуганно прятался за спиной матери, не смея даже громко дышать.

Сун Цзяньяо с самого утра суетился, как только узнал новости, но позиция второй стороны была непреклонной: они не только отказывались от дальнейшего сотрудничества, но и собирались подавать в суд.

Раздался глухой стук — Сун Цзяньяо со злости швырнул пепельницу.

От испуга Сун Цинъянь втянул голову в плечи.

— Ты понимаешь, какую кашу заварил? Сколько усилий твой старший брат приложил, чтобы получить право входа в торговый центр Ицзя, а ты всё разрушил за один вечер! — у Сун Цзяньяо подскочило давление, в голове шумело и кружилось.

— Папа, я здесь ни при чем, это все Сун Цинъянь! Он обещал вернуться, а сам сбежал на середине, — сжавшись в комок, залепетал Сун Цинъянь.

— При чем здесь снова Сун Цинъянь?

— Старший послал его помочь мне с переговорами, а он попил и сбежал.

— Я не сбегал, я просто напился и уснул в туалете. — Едва переступив порог дома, Сун Цинъянь увидел царивший кругом разгром. Судя по следам этой битвы, можно было легко догадаться, насколько сильно разгневался Сун Цзяньяо.

http://bllate.org/book/30365/3702723