Бай Лин не пускал никого в свои покои, а Юнь Вэй к тому же снова был ранен. Последние дни Бай Лин даже не показывался на глаза, и когда Юнь Лан пришел к его дворцу, Хо Юнь заявил, что тот нездоров и нуждается в покое. Но это явно означало, что стряслось что-то серьезное.
Войдя в покои, Юнь Лан первым же делом спросил:
— С Бай Лином что-то… случилось?
— Замолчи.
С кровати, где была отодвинута лишь одна из пологов, донесся низкий, предупреждающий голос. Юнь Вэй, с ввалившимися глазницами и мертвенно-бледным лицом, с трудом откинул занавесь. Его глаза, пронизанные красными капиллярами, опасно сузились:
— Мне что, нужно учить тебя, о чем стоит говорить, а о чем нет?
У стен есть уши, а он несет такие речи!
Юнь Лан тотчас прикусил язык. Его недавний вопрос потребовал от него огромной смелости, и теперь повторить попытку он не решался, однако уходить не спешил — так и стоял, упрямо вцепившись в пол.
Юнь Вэй устало прикрыл глаза. В последнее время в Королевском Дворе творилось неладное. Ему нужно было как можно скорее поправиться, ведь если Бай Лин не найдется, некоторые особы наверняка перестанут сдерживаться. Вон тот, что заходил недавно, — разве не приходил прощупать почву?
— Сиди тихо у себя, не лезь не в свое дело. Через несколько дней возвращается господин Цзы Кунь, проблем не будет, — таким был ответ Юнь Вэя для Юнь Лана. После чего он добавил: — И впредь держись подальше от госпожи Инюй.
Последняя фраза была адресована Юнь Лану как особое предупреждение. Тот даже опешил, прежде чем кивнуть. Вернувшись в свои покои, он долго сидел в одиночестве, о чем-то размышляя, а затем достал из своих запасов пилюли и лечебные эликсиры. Он позвал своего доверенного слугу Энкэ и наказал ему тайно передать эти вещи в покои Бай Лина. Обязательно тайно — так, чтобы никто не заметил.
Уголок рта Энкэ дернулся. Внешне он сохранил невозмутимость, но про себя подумал: даже если он доставит это, до рук Бай Лина вещи всё равно не дойдут. Ныне Бай Лин прячется в Доме рабов, где они с Инем живут, и ни в чем не нуждается.
Выращивать Цзяожэня оказалось делом непростым. Энкэ понятия не имел, сколько еды требуется такой особи. Раса акул-людей обитала в Глубоком море, будучи существами крайне таинственными, и ему, представителю человеческой расы, это было неведомо. Но аппетит того существа, что сидело сейчас в их комнате, был поистине пугающим — несколько раз Энкэ едва не лишался дара речи, наблюдая за процессом кормления.
Передав снадобья целителю Хо Юню, Энкэ завершил свой караул. По сравнению с той беззаботной личностью, что он видел в первую встречу, Хо Юнь теперь выглядел изможденным, осунувшимся и полным тревоги.
Энкэ только вздохнул про себя. Впрочем, самому ему было не легче: будь его воля, он бы вернул маленького Цзяожэня обратно, чтобы разрешить все проблемы, но, увы, кое-кто был с этим не согласен.
Вернувшись в Дом рабов, Энкэ застал Иня за кормлением Маленького Цзяожэня.
Теперь Инь ловил рыбу целыми корзинами. Он приносил полную корзину, и рыбины, бешено колотя плавниками, пытались вырваться, но Инь безжалостно брал их рукой и отправлял прямо в пасть Маленькому Цзяожэню.
Тот оправдывал свое происхождение из легендарных свирепых зверей: раздавался хруст чешуи и треск костей, от чего у любого волосы встали бы дыбом.
Впрочем, его надутые щечки, сияющие, как маленькие красные фонарики, глаза и округлившееся от еды личико, на котором застыли две крошечные жемчужины, выглядели… довольно мило.
При этом он был еще и привередлив: откусывал лишь самые жирные кусочки, а остальное — то, что было невкусным или недостаточно сочным, — даже не трогал.
Инь же лишь потакал ему с поразительным терпением, скармливая рыбу одну за другой. Когда корзина опустела и Инь протянул ему еще одну рыбку, Маленький Цзяожэнь почмокал губами, обтер рот перепончатыми лапками, издал звук «ао», а его красные глаза, подернутые влажным блеском, отрицательно качнулись.
— Наелся? — Инь положил рыбу обратно в корзину. Маленький Цзяожэнь, виляя в воде алым хвостом, подплыл к краю чана и, опершись перепончатыми лапками о бортик, опустил взгляд, присматриваясь к остаткам улова.
— Завтра я поймаю новую, свежую, столько же, сколько сегодня, — Инь сразу понял его мысли — тот оценивал, хватит ли ему еды на завтра.
Глаза Маленького Цзяожэня, похожие на два стеклянных шарика, ярко блеснули, и он снова издал «ао». Наверное, это было похвалой смекалке Иня.
В комнате стало тепло и уютно, словно ее укрыли шкурой дикого зверя. Сердце смягчилось, хотя вокруг всё было твердо и сурово.
Пальцы Иня нервно дернулись, словно он пытался стряхнуть жар, подступивший к кончикам пальцев. Не добившись успеха, он вдруг схватил Маленького Цзяожэня за прохладные перепончатые лапки, которыми тот цеплялся за край.
От этого контраста температур зрачки существа сузились, а чешуя встала дыбом, готовая показать свирепый оскал.
Но Инь просто зачерпнул воды, тщательно отмыл его лапки, вытер рот и, поправив его красные, слегка вьющиеся волосы, спросил:
— Умеешь говорить?
Разумеется, тот не умел. Пилюли Ху и специально разработанная Формация, на создание которых у него ушла половина жизни, не только явили миру истинный облик Цзяожэня, но и заставили его тело и разум деградировать до состояния десятилетнего детеныша. Впрочем, это было излечимо.
Достаточно было использовать мощную Духовную силу, чтобы мягко очистить меридианы и день за днем подпитывать организм.
Вот только Инь об этом даже не думал.
Глава 19
Именно потому, что он об этом не думал, он и не вернул маленького принца в Город Юньшуй. По сути, это было ничем не лучше воровства — он украл самое ценное сокровище Города Юньшуй.
— Ничего, если не умеешь. Я научу тебя говорить, не торопись, — сказал Инь, пропуская сквозь пальцы влажные красные волосы существа. Они были мягкими и приятными на ощупь, а между пальцами оставался легкий аромат.
Говорить? Маленький Цзяожэнь посмотрел на Иня с недоумением. Он умел говорить и понимал человеческую речь. Желая доказать это, он зашевелил губами и, открыв рот, издал невнятный, ломаный звук:
— Я… могу, ао.
На последнем слоге он попытался замолчать, даже покраснел от натуги, но все равно вытянул долгий, дрожащий звук.
В комнате раздалось «пфф».
Энкэ не смог сдержаться. Звук был негромким, но в тишине комнаты прозвучал отчетливо. Увидев, что и человек, и Цзяожэнь уставились на него, он принял невозмутимый вид, как будто никакого смешка и вовсе не было.
Уши Маленького Цзяожэня, похожие на прозрачные крылья, дрогнули. Он поджал губы, опустил свои красивые красные глаза, вильнул кончиком хвоста и, не издав ни звука, нырнул на дно.
Красные пряди скользнули сквозь пальцы Иня и скрылись в воде, оставив на поверхности круги. Инь с мрачным недовольством посмотрел на Энкэ:
— Чему ты смеешься, Энкэ? Ты здесь явно лишний.
Энкэ: «…» Лишний?
Даже без слов Иня Энкэ прекрасно осознавал свое положение. Он давно понял, что здесь он лишний. В комнате, где жили двое, теперь поселилось это существо, напоминающее роковую красавицу, и он, старый Сецжэ, действительно стал помехой. Ему следовало уйти и освободить место для Иня.
Инь трижды постучал пальцами по краю чана, но Маленький Цзяожэнь не показался. Последние круги на воде исчезли без следа.
Инь, который обычно никогда не выказывал эмоций, вдруг ощутил прилив ярости. Бледный лунный свет падал на его лицо, подчеркивая глубокие и четкие черты. Его голос звучал раздраженно:
— Если он больше не захочет говорить, Энкэ, тебе конец.
— …Поверь, я смеялся вовсе не над ним, — оправдывался Энкэ. Он засмеялся только потому, что не смог сдержаться, и ничего плохого не имел в виду. К тому же он не верил, что психика Цзяожэня настолько хрупка.
Это же морской хищник, обладающий грозной силой, а не котенок или щенок в клетке. Энкэ перевел взгляд на чан и после недолгого молчания произнес:
— Знаю, что не смогу изменить твои убеждения, но все же позволь предупредить по-доброму: это свирепый зверь, он ест людей.
Чужаки опасны, а Цзяожэни любят человечину. Энкэ был настороже, но Инь, который находился к существу ближе всех, похоже, совершенно потерял бдительность, открыто выражая свою привязанность.
Убить его было нельзя, а возвращать Инь не хотел. Энкэ мог лишь сказать:
— Инь, будь с ним осторожен.
Инь, который как раз собирал остатки рыбы в корзине, бросил:
— Ты слишком много болтаешь.
Энкэ: «…»
Похоже, попытка вразумить его снова провалилась. Энкэ почувствовал, как дергается веко. Его терпение иссякло:
— Ты совсем голову потерял? В записях, полученных от Ху, черным по белому описана свирепость и опасность Цзяожэней. Не верю, что ты этого не видел. Эти монстры из Глубокого моря считают человеческую расу своими заклятыми врагами.
Он ослеп от собственной привязанности.
Это существо — настоящее бедствие!
А тем временем маленький «источник бедствия», затаившийся на дне, прижал свои крыловидные уши к стенке чана, а его красные глаза ярко вспыхнули.
Они поссорились! Поссорились!
Ему удалось поссорить этих двух людей!
Маленький Цзяожэнь обнял свой тонкий, словно вуаль, хвост и с торжествующим видом выпустил большой пузырь, в котором отразились его изогнутые в улыбке глазки.
Он покружил по чану. Он помнил, как спал в Глубоком море, а проснулся уже в чужой реке, откуда его вытащили люди. Соплеменники были правы: люди — настоящие монстры, жадные до мозга костей, готовые сойти с ума при виде Цзяожэня.
Он хотел домой, в море.
Маленький Цзяожэнь поплавал по чану несколько кругов, но тот был слишком тесен, и вскоре он остановился. В комнате воцарилось напряжение, однако Энкэ не стал, как в прошлый раз, пытаться навредить существу: он понимал, что пока Инь его защищает, все попытки бесполезны.
С этим существом в чане нужно было разбираться постепенно, не спеша. Нужен был верный план.
Но события развивались совсем не так, как хотелось бы Энкэ.
Однажды глубокой ночью, когда Энкэ был на службе у Юнь Лана и отсутствовал, в комнате не раздалось ни звука. Сквозь спокойную гладь воды показался Маленький Цзяожэнь. Оглядевшись своими красными глазами, он ухватился лапками за край и слегка подался вперед.
Прямо возле чана стояла каменная кровать. Инь передвинул ее поближе, чтобы быть рядом. Он лежал с обнаженным торсом, прикрытый лишь шкурой на бедрах; линии его мышц на животе плавно вздымались, скрывая в себе мощную, взрывную силу. Тонкий лунный свет, проникая внутрь, словно покрывал его кожу сиянием.
http://bllate.org/book/30303/3694727
Сказали спасибо 0 читателей