Готовый перевод My Childhood Friend's Secret Crush / Раскрытая тайна: Мой друг детства оказался одержим: Глава 14

— Катись уже, — Шэнь Цзэань оттолкнул его руку. — Я ещё с тебя за свадьбу не спрашивал.

.

Съездив в больницу, Шэнь Цзэань заехал и в студию: с одной из сцен для свадебной фотосессии на открытом воздухе возникла проблема, и её требовалось срочно пересогласовать, чтобы не выбиваться из графика.

В перерыве между работой он вспомнил слова Шао Чжи и, хоть умом и не блистал, всё же решил сообщить родителям. Разумеется, без ругани не обошлось: причина была примерно той же, что и у Шао Чжи, — оба сочли его поступок верхом безрассудства.

Но, видя, что подготовка уже зашла так далеко, они не стали говорить лишнего. Чжао Вань даже попросила у него WeChat Линь Чжи и заодно напомнила, чтобы он привёл девушку познакомиться.

Стоило Чжао Вань завести привычное ворчание, как Шэнь Цзэань тут же не выдержал, сослался на занятость, бросил трубку и с головой ушёл в разработку концепции.

Утвердив план, Шэнь Цзэань принял звонок от Сун Чэн. Полагая, что та интересуется ходом дел, он тут же отчитался:

— Концепция для новой локации уже согласована, я как раз собирался тебе её скинуть.

— Это неважно, — равнодушным тоном произнесла женщина в трубку. — Я звоню лишь затем, чтобы сказать: те фотографии переснимать не нужно.

Шэнь Цзэань только хотел заметить, что жених ещё даже не присылал своих снимков, как услышал нечто совершенно невероятное:

— Жених поменялся.

Он заподозрил, что у него проблемы со слухом, иначе как объяснить столь абсурдные слова?

— Мисс Сун, что вы сказали?

— Жених поменялся. На вашего генерального директора Ли.

Ли Хуайси?!

Это ещё что за новости?

Не прошло и нескольких дней, как он умудрился стать её женихом?

В трубке послышался глухой шорох, похожий на трение ткани. Она сквозь зубы, словно вымещая на ком-то злость, бросила:

— Ваш... генеральный директор увёл мужика из семьи...

Не успела она договорить, как связь оборвалась — кто-то на том конце силой сбросил вызов.

Наблюдавший за сложной гаммой чувств на лице Шэнь Цзэаня Ван Дун с любопытством спросил:

— Что случилось?

Тот заторможенно покачал головой:

— Ничего.

Затем, будто вспомнив о чём-то, осведомился:

— Эта собака Ли Хуайси сегодня на месте?

Ван Дун всё ещё не привык к тому, как Шэнь Цзэань называет директора собакой, поэтому лишь дёргнул уголком рта и покачал головой.

Получив утвердительный ответ, Шэнь Цзэань окончательно убедился, кто именно прервал тот звонок, и мысленно выругался, подтвердив про себя, что тот ещё пёс.

Любопытство так и подмывало немедленно набрать Ли Хуайси, но, помня, что ему ещё ехать в больницу к старшим, он с зубовным скрежетом подавил это желание.

Утром Шэнь Цзэань сообщил Линь Чжи хорошие новости о примирении и заодно поинтересовался, когда ей будет удобно вместе навестить её маму.

Линь Чжи работала свободным художником-мангакой. Так удачно совпало, что вчера она как раз сдала главу, а сегодня отдыхала, поэтому предложила поехать во второй половине дня.

Шэнь Цзэань возражать не стал. Освободившись, он сразу направился в фруктовую лавку, выбрал корзину с фруктами и встретился с Линь Чжи у больницы.

Цзян Хуай тоже была там. Благодаря своему высокому росту она неизменно привлекала к себе внимание в любой толпе.

Она сопровождала Линь Чжи, но остановилась перед дверью палаты.

— Заходите, — произнесла она.

Шэнь Цзэань нёс корзину с фруктами, а ладони у него слегка потели. Он смотрел, как Линь Чжи взялась за дверную ручку и нажала на неё. Всё вокруг словно замедлило ход, растянувшись так надолго, что его сердце забилось вчастую.

Как-никак предстояло впервые встретиться с будущей тёщей, так что волнение было вполне естественным.

— Мам, я пришла, и со мной Цзэань, — с улыбкой произнесла Линь Чжи, за руку втаскивая Шэнь Цзэаня внутрь.

Столь внезапный телесный контакт застал его врасплох: по телу пробежала приятная щекотка, но сам он невольно зажался.

Женщина на больничной койке выглядела бледной, а красная вязаная шапочка добавляла её лицу краски. Увидев, как они идут за руки, она тепло улыбнулась.

— Наконец-то доехала, а я уж думала, что Чжичжи меня обманывает, — пошутила она, и от этого Шэнь Цзэань сразу немного расслабился.

— Здравствуйте, тётя, меня зовут Шэнь Цзэань.

Мать Линь кивнула, а затем перевела взгляд на дочь:

— Такой симпатичный, часом не актёра ли ты наняла?

— Мам! — смущённо запротестовала Линь Чжи.

Шэнь Цзэань поспешил заверить её в самых искренних намерениях:

— Тётя, я не актёр, я фотограф. Мы с Линь... — он запнулся, сообразив, что называть её по фамилии слишком официально, и последовал примеру матери, назвав её домашним прозвищем: — Мы с Чжичжи настроены пожениться по-настоящему.

Заметив его неуклюжие попытки, мать Линь расхохоталась и закивала. Стоявшая рядом Линь Чжи, видя, как мать веселится, вдруг пожалела, что не привезла Шэнь Цзэаня раньше.

— Значит, Сяо Шэнь — фотограф? Тоже работаете на себя?

Шэнь Цзэань подумал, что его вполне можно считать полувладельцем студии: строгого графика у него не было, а компанией обычно заправлял Ли Хуайси, так что он кивнул:

— Можно и так сказать.

— Свободная профессия — это прекрасно, всегда есть время на семью.

Мать Линь осталась чрезвычайно довольна. Она усадила Шэнь Цзэаня рядом и принялась расспрашивать о детстве Линь Чжи. От этих историй у Линь Чжи раскраснелись щёки, но, желая порадовать маму, она лишь для вида пару раз попросила её перестать, не пытаясь по-настоящему остановить.

Тут Линь Чжи взглянула на телефон и, обнаружив сообщение от кое-кого из знакомых, поспешно сказала матери:

— Мам, к нам сейчас ещё одна моя подруга заглянет.

— Подруга Чжичжи? Та самая, что одеждой торгует?

Линь Чжи возразила:

— Не торгует, она модельер!

— Я спущусь встретить её.

Мать Линь кивнула в знак согласия и продолжила болтать с Шэнь Цзэанем. Тот охотно поддерживал разговор, хотя в душе недоумевал: почему Цзян Хуай, которая минуту назад стояла прямо у дверей, теперь вынуждена притворяться, будто только что пришла?

— Сяо Шэнь знаком с этой подругой Чжичжи?

Шэнь Цзэань кивнул:

— Пару раз виделись.

— Они, должно быть, очень близки.

Шэнь Цзэань не понял подтекста: прозвучало это утверждение как констатация факта или как вопрос, поэтому он на всякий случай просто кивнул в знак согласия.

Вскоре Линь Чжи вернулась, ведя за собой Цзян Хуай.

— Цзян Хуай собиралась купить корзину с фруктами, но я сказала, что Цзэань уже всё взял, так что незачем тратиться.

— Ничего страшного, я всё равно почти ничего не ем, — добродушно и без тени смущения улыбнулась мать Линь.

— Какая красивая девушка.

Хотя дочь и рассказывала ей об этой подруге, вживую мать Линь видела её впервые.

Собираясь на встречу со старшими, Цзян Хуай не стала надевать броских украшений, но её яркая от природы внешность сама по себе привлекала внимание: черты лица были чёткими и выразительными, а образ получился одновременно простым и изысканным, выдавая в ней человека уверенного и благородного.

Она слегка поклонилась, приветствуя хозяйку:

— Здравствуйте, тётя, я Цзян Хуай, подруга А-Чжи.

— Я как раз по делам в этих краях, вот и заглянула проведать вас, — добавила она, бросив взгляд на Шэнь Цзэаня. — Надеюсь, я не помешала?

Мать Линь улыбнулась:

— Что вы, какое помешало, в компании веселее.

Шэнь Цзэань так и не понял, зачем Цзян Хуай понадобилось выдумывать предлог для визита, но подыграл матери Линь, делая вид, будто ничего не знает.

Навестив больную, Линь Чжи и Цзян Хуай ушли первыми. Шэнь Цзэань покинул гематологию и направился в кардиохирургию. Прежде чем отыскать Шао Чжи, он столкнулся с медсёстрами из его отделения.

— Ой, мистер Шэнь, какими судьбами?

— Давно не виделись! Почему вы в последнее время совсем перестали заезжать за доктором Шао?

Он обошёл стороной вопрос о своём долгом отсутствии и выдал заготовленный ответ:

— Только что навещал тёщу, заодно решил заехать за вашим доктором Шао.

Выражение лиц медсестёр слегка изменилось, но, к счастью, медицинские маски скрыли удивление, а прежние шутливые интонации сменились на осторожные:

— Мистер Шэнь собирается жениться?

Шэнь Цзэань приподнял бровь, с гордым видом протянув:

— Ага! Раньше вашего доктора Шао, не ожидали ведь?

— Точнее, вполне ожидали, с мерзким характером доктора Шао вряд ли найдётся девушка, которой он понравится.

— Опять меня полощешь? — раздался за спиной знакомый голос.

Шэнь Цзэань тут же мысленно отругал собственный язык: стоило ему только похвастаться перед кем-то, как его вечно кто-нибудь заставал врасплох.

Он обернулся и, сделав вид, будто ничего не слышал, с ухмылкой утянул Шао Чжи подальше от девушек:

— Ты закончил смену? Слушай, я тебе такое потрясающее зрелище расскажу!

Медсёстры проводили их взглядами и печально вздохнули:

— Кажется, пейр окончательно разрушен.

— А я-то думал, они и правда вместе.

— И я думала. Такая чистая бромантика!

— Вся радость от работы пропала.

Младшая медсестра, проработавшая в клинике всего три месяца, робко подняла руку:

— Значит ли это, что теперь мы можем приударить за доктором Шао?

Коллеги уставились на неё взглядами, в которых чётко читалось: ты что, ищешь смерти?

Вспомнив ледяное выражение лица доктора Шао, девушка тут же растеряла всю уверенность и малодушно сдалась:

— Пожалуй, ну его.

Тем временем Шао Чжи снял белый халат и слушал сумбурные догадки Шэнь Цзэаня насчёт Сун Чэн и Ли Хуайси, недоумевая, как тот вообще мог додуматься до такого.

— Ты думаешь, мисс Сун — его бывшая? — Шэнь Цзэань находил эту версию весьма разумной. Она прекрасно объясняла все странности в поведении Ли Хуайси: почему он не хотел делать свадебные фотографии и почему так упрямо, пусть даже в роли дублёра, забрал в итоге негативы.

Судя по прошлой съёмке, страстью там и не пахло, так с чего вдруг всего за несколько дней он умудрился пойти на повышение?

— Было бы у тебя столько свободного времени, лучше бы напрямую у него спросил, — съязвил Шао Чжи, опасаясь, что от подобных теорий репутация Ли Хуайси падёт окончательно.

Впрочем, её у того и так почти не было.

Шэнь Цзэань озарило:

— И то верно!

Глава 12. По крайней мере, останемся друзьями

Шэнь Цзэань как раз собирался позвонить Ли Хуайси и вытащить его куда-нибудь, но тут зазвонил телефон — вызов от Гао Цзинцзэ.

— Новое заведение открываю, приедешь?

Шэнь Цзэань покосился на Шао Чжи:

— Старик Гао открывает новое место, пойдём?

Шао Чжи бросил на него короткий взгляд:

— Пошли, а то потом туда-сюда мотаться лень.

Шэнь Цзэань спорить не стал:

— Ладно, тогда поедем на твоей машине.

Всё было как обычно: стоило Шэнь Цзэаню приехать на своей машине, как одна из их машин неизменно оставалась на больничной парковке, чтобы на следующий день Шао Чжи мог доехать на ней до работы. Это уже вошло в привычку.

Едва переступив порог бара, Шэнь Цзэань сразу почувствовал неладное. Почему вокруг одни мужчины и ни единой женщины? На сцене поёт мужчина, танцует тоже мужчина, да и наряды у них странные — с какой стати парни нацепили кошачьи ушки?

В голове Шэнь Цзэаня пронеслись сотни знаков вопроса.

— Это ещё что за хрень?

Четверо друзей расположились в кабинке на втором этаже, откуда сквозь стену из одностороннего стекла отлично просматривалось всё происходящее внизу.

Ли Хуайси, заметив его ошеломлённое и растерянное лицо, с усмешкой покосился на Шао Чжи:

— Очевидно же, это гей-бар.

— Чего?! — Шэнь Цзэань резко обернулся, его голос едва не перекрывал гремящую снаружи музыку.

Он уставился на Гао Цзинцзэ:

— Ты что, гей?

Гао Цзинцзэ тут же подскочил и, поистине мужественным жестом закачав рукав, продемонстрировал с трудом накачанные бицепсы:

— Конечно нет! Я стопроцентный натурал!

http://bllate.org/book/30276/3691330