Готовый перевод Eternal Embrace / Вечная связь: Тень и Господин: Глава 13

Гу Юэтан подряд несколько раз вздохнул и легко усмехнулся: Если бы ты был девушкой, я бы женился на тебе и сделал своей госпожой.

Эти слова, застряв в воздухе, словно искра, брызнувшая в масло, окрасили нежное личико Цзинь Сэ в ярко-красный цвет. Гу Юэтан пристально глядел на это пылающее так сильно, что казалось, готовое убить лицо. Внезапно в его сердце мягко пополз лунный свет: под луной, у ручья, юноша, оседлав мужчину, совершает движения вверх и вниз, запрокинув голову так, будто ее собирается переломить; его кожа бела и гладковата, точно жирная яшма, а длинные волосы рассыпались до самого пояса, колыхаясь при каждом движении, словно водяные водоросли. Звонкий плеск воды, сладостные стоны, то упоительное, доводящее до исступления распутство и разврат... Гу Юэтан крепко сжал руку Цзинь Сэ, а его взгляд непрерывно менялся: то точно сокол, то словно леопард.

Спустя мгновенье он беззагриво рассмеялся, щелкнул Цзинь Сэ по носу и ушел.

Цзинь Сэ стоял возле зеркала, провожая взглядом уходящего молодого господина, глядя, как силуэт молодого господина исчезает, и наблюдая, как весеннее буйство красок пестрит в щели приоткрытой двери: пионы алы, как румянец на губах; можжевельник бел, как первый снег на карнизе; банановые листья зелены, как темный нефрит... Молодой господин ушел, и этот уход затянется на несколько месяцев... В его мятежные мысли бесцеремонно ворвалась пара глаз — пронзительных, соколиных, готовых сожрать живьем. У Цзинь Сэ подкосились ноги, он, опираясь на стол, соскользнул вниз, опустился на колени и уткнулся лицом в табурет, украшенный узором из бабочек и цветов, сулящих счастье и богатство. Молодой господин только что сидел здесь, и на сиденье еще сохранилось тепло. Он хотел отправиться в Цзинши, хотел дежурить рядом с молодым господином, хотел следовать за ним повсюду, но не смел об этом говорить. Он был обязан запрятать эту темную, исступленную страсть глубоко на дно сердца, запереть ее на множество замков — это был секрет, о котором никто не смел узнать, единственная принадлежащая ему вещь в этом мире.

Четвертый месяц года, и благоуханные цветы вот-вот увянут.

Минует пятый месяц, отцветут гортензии, и весенняя пора завершится.

А к шестому месяцу, когда закончатся столичные весенние экзамены, молодой господин вернется на юг.

Седьмой месяц приносит осеннюю прохладу, погода сменяется с жаркой на прохладную, и Цзинь Сэ принимается просушивать постельные принадлежности и осеннюю одежду молодого господина.

В восьмом месяце наступает осень, с каждым днем становится всё холоднее. Цзинь Сэ стоит на высокой платформе для провожающих за городской стеной, глядит на север в ожидании вестей от гонца на белом коне.

Девятый, десятый, одиннадцатый... Цзинь Сэ считает дни по пальцам, но никак не может дождаться срока возвращения молодого господина: опадают листья, возвращаются дикие гусыни, свирепствует ледяной ветер, кружится снег.

Приближается конец года, когда Жун-гэ в одиночестве, уставший с дороги, возвращается домой. Он наскоро видится со старым господином во внутренних покоях и снова куда-то уезжает. Цзинь Сэ — всего лишь слуга, приставленный к библиотеке во дворе молодого господина, никто не говорит ему, зачем возвращался Жун-гэ и где сейчас молодой господин, почему он так долго не возвращается домой.

Постепенно начинают ползти слухи: мол, Гу Юэтан блестяще сдал столичный экзамен и занял второе место в списке. В ту же ночь в Наньгуане разыгралось пиршество бурного разврата, а на стене с надписями красовалась строчка: Богатство и знатность для меня словно облака плывущие, лишь смеясь смотрю я, как рождаются и гаснут волны и тучи. Кто-то из праздных любопытцев донес об этом Вану Дуань. Нынешний император еще совсем мал, а Ван Дуань исполняет обязанности принца-регента. Выслушав донос, он слегка поджал тонкие губы, холодно усмехнулся и начертал кистью с киноварью высочайшую резолюцию: Раз словно облака плывущие, ступай и смотри, как рождаются и гаснут волны и тучи. Одним росчерком золотых уст Гу Юэтан был вычеркнут из списка сдавших экзамен.

Мысли Цзинь Сэ просты: сдал молодой господин экзамены или нет, состоит на службе или нет — всё это не имеет никакого значения, ведь молодой господин в любом случае ни капли этим не дорожит. Молодой господин — это вольное облако, вольный ветер, ему положено жить на свободе.

И все же, когда же вернется молодой господин?

В дни ожидания Цзинь Сэ каждую ночь протирает лук молодого господина, чтобы тот мог воспользоваться им по возвращении с охоты, ставит новое вино Лихуабай, зарывая его под яблоней, чтобы угостить вернувшегося молодого господина, и стряпает бесчисленные цветочные сладости, пропаривая их решето за решетом и остужая. Еда — не человек, у нее нет терпения ждать, стоит затянуть, и она заплесневеет, покроется зеленой мохнатой плесенью. Поэтому все цветочные сладости в итоге достались слугам клана Гу.

В шестом месяце, когда распускаются лотосы, Гу Юэтан возвращается.

Сияющий от радости Цзинь Сэ вылетает навстречу и видит рядом с Гу Юэтаном юношу в белых одеждах. Черты его лица прекрасны, словно на картине, стан соблазнителен, а белая как нефть рука покоится на плече Гу Юэтана, пока сам он со смехом нашептывает что-то прямо на ухо Гу Юэтану. Не видевшись больше года, Гу Юэтан еще сильнее вырос, его фигура стала стройнее, брови — как мечи, глаза — как звезды, в уголках губ застыла легкая улыбка, а в каждом движении бровей и кивке головы сквозит та беззаботная, легкая, словно у бессмертного, грация. Глядя, как Гу Юэтан с балующей нежностью улыбается этому юноше, Цзинь Сэ чувствует, как горячая кровь приливает к горлу, и с трудом сглатывает ее обратно.

Ему доводилось слышать от людей о Наньгуане — это заведение, где содержат мальчиков-фаворитов, полные хрупких прекрасных юношей, предназначенных специально для того, чтобы ублажать мужчин и прислуживать им. Согласно слухам, Гу Юэтан лишился ученой степени из-за надписи, оставленной в Наньгуане. Когда Цзинь Сэ услышал об этом впервые, у него упало сердце, и он не смел думать дальше, однако сейчас эти двое стоят плечом к плечу, точно сошедшие с картинки персонажи, невольно заставляя его думать, гадать и подозревать.

Молодой господин наконец вернулся! — Управляющий Го с улыбкой согнулся в поклоне. — Цзинь Сэ каждый день ждал возвращения молодого господина, сколько цветочных сладостей настряпал, да все сорванцам скормил — что они понимают в еде, только мастерство Цзинь Сэ перевели!

Цзинь Сэ выталкивают вперед: Сяо Цзинь, скорей погляди, не исхудал ли молодой господин, теперь-то натешишься вдоволь! Этот ребенок целыми днями только и ждал возвращения молодого господина, все глаза проглядел!

В голове у Цзинь Сэ стоит сплошной гул. Его подталкивают к самому Гу Юэтану. Сам не зная почему, он опускается на колени. У пояса Гу Юэтана висит пластина из зеленого нефрита, к которой привязан желтый цветочный узел; эта яшма не принадлежит клану Гу, и этот узел завязан не руками Цзинь Сэ. У стоящего рядом юноши на поясе покачивается кусок превосходной жирной яшмы, снизу украшенный темно-красным узлом. Это та самая яшма, которую молодой господин носил обычно, а узел он плел собственными руками, долго подбирая цвета — изысканный и утонченный, он очень нравился молодому господину... Цзинь Сэ вдруг чувствует, будто ему в грудь засунули огромный влажный ком ваты, сдавивший и забивший все дыхание так, что он больше не может вздохнуть.

http://bllate.org/book/30142/3672509