Готовый перевод Little Cat Liu Yi's Human Raising Handbook / Кошачьи записки: Как приручить своего человека: Глава 2

Всё это принесла ему в зубах эта кошка.

Незадолго до этого он случайно спас больную и раненую табби.

С тех пор каждый вечер, возвращаясь с работы домой, он находил у порога какие-то странные вещи.

Сначала он думал, что это чьи-то злые шутки из соседских детей, но оказалось, что их притаскивала эта кошка. Позже, когда похолодало, из беспокойства за животное он временно забрал её домой.

Лю И склонил голову, провожая взглядом человека, который направлялся в гостиную, а затем перевёл взгляд на выдвижной ящик тумбы для обуви.

У Лю И было очень тонкое чутье: он чувствовал, что внутри хранится то, что он притащил домой, чтобы человек обменял это на еду.

Почему же человек не идет менять это на еду?

Неужели этого мало?

Исполненный сомнений, Лю И последовал за Шэнь Чжиюем в гостиную, а оттуда они вместе протиснулись в то тесное помещение.

Шэнь Чжиюй снял одежду и отрегулировал воду до комфортной температуры.

Теплые струи зашумели по его телу, и брызги неминуемо попали на Лю И.

Лю И тут же недовольно мяукнул, энергично тряхнул головой и всем телом, а затем уставился на Шэнь Чжиюя с предельно серьезным видом, словно бдительно охраняя его безопасность.

Шэнь Чжиюй стер с лица воду и скосил глаза на круглые глазища Лю И.

А затем с досадой вздохнул.

Прошла уже ровно неделя с тех пор, как он подобрал котенка. Всю эту неделю, стоило ему пойти в душ, котенок неизменно следовал за ним, уставившись во все глаза, и время от времени издавал вот такие громкие звуки.

Хотя слух у него был слабым и для нормальной жизни требовался слуховой аппарат,

он все же отлично слышал кошачье мяуканье в такие моменты.

Легко представить, насколько громким оно было.

Опасаясь потревожить соседей, он приложил палец к губам, призывая Лю И к тишине, и поспешил закончить мытье.

Переодевшись, он заодно протер шерстку Лю И, влажную от горячего пара.

Но у него не хватало профессиональных навыков, и он взъерошил шерстку, которую Лю И с таким трудом приводил в порядок.

Человек и кот общались всего неделю, и котенок редко вел себя настолько послушно.

Увидев растрепанного кота, Шэнь Чжиюй неожиданно улыбнулся, и усталость в глубине его глаз немного рассеялась.

Закончив умываться, Шэнь Чжиюй подошел, открыл лежавший на журнальном столике чехол для ноутбука, достал оттуда графический планшет вместе с компьютером и продолжил прерванную работу.

Верхний свет в гостиной не включался, комнату освещала лишь одна тепло-желтая настольная лампа; мягкое сияние окутывало чертежи на столе и сосредоточенную фигуру Шэнь Чжиюя за работой.

За окном шелестели тени деревьев, ветер тихонько раскачивал листву, и этот звук сливался с шероховатым шорохом карандаша Шэнь Чжиюя, скользящего по бумаге.

А чем же занимался Лю И?

Сегодня он выбился из сил. Вскоре после того, как Шэнь Чжиюй ушел утром из дома, он тоже отправился на кошачье собрание, потом учил котят ловить мышей, улаживал конфликты между младшими кошачьими собратьями, нанес визиты уважения кошачьим старейшинам, в обед даже не успел вздремнуть, а во второй половине дня взял халтурку на стороне. Только что Шэнь Чжиюй растрепал ему шерстку, и он вылизывал её так усердно, что у него язык сводило от судорог.

После всех этих хлопот Лю И чуть было не превратился от усталости в безвольную кошачью лужицу, которая так и утечет в водосточную трубу.

Поэтому сейчас он свернулся калачиком в самом углу дивана и крепко спал.

Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем залетевший в окно порыв ветра растрепал тщательно уложенную шерстку Лю И и напрочь выморозил его.

Лю И подошел и устроился рядом с Шэнь Чжиюем. Сперва он слизал с лап пыль, как следует привел в порядок растрепанный во сне мех, затем втянул обратно в рот едва не сведенный судорогой язык и, склонив голову набок, уставился на Шэнь Чжиюя.

До чего же странные эти люди.

От них явственно исходит запах изнеможения и дремоты, почему же они продолжают насильно удерживать веки открытыми и заставлять мозг работать?

Мяу, — Лю И подошел и легонько тронул Шэнь Чжиюя за рукав передней лапой.

Человек, иди спать, ты устал!

Кончик его хвоста указывал на спальню, и намерения были более чем очевидны.

Шэнь Чжиюй не смотрел на него, а приближение кота истолковал как проявление ласки, поэтому протянул руку, чтобы почесать его по голове, и продолжил заниматься своей работой.

Лю И разозлился: вот за это он и не любил заводить людей — они вечно не в состоянии сразу понять то, что пытаются выразить котята.

Что бы их кошачьи лапки ни делали, в глазах людей это всё равно считается лишь лаской.

Лю И уж было хотел бросить его на произвол судьбы, но витавший в воздухе густой запах усталости становился всё концентрированнее.

Если так пойдет и дальше, первый в его кошачьей жизни прирученный человек вполне может и загнуться.

Это его первый подопечный человек, к тому же не отличающийся крепким здоровьем, и Лю И дал себе слово непременно вырастить и сберечь этого двуногого.

Эти двуногие создания и впрямь совершенно не умеют о себе заботиться, волей-неволей приходится брать всё в лапы великого Лю И.

Тогда Лю И оттолкнулся задними лапами, запрыгнул на журнальный столик, а затем с независимым видом прошествовал прямо к компьютеру, загородив Шэнь Чжиюю обзор собственным телом.

Хвост Лю И снова качнулся в сторону спальни.

Человек, отправляйся спать!

Вновь скомандовал Лю И.

До этого он почти каждый вечер именно таким способом гнал Шэнь Чжиюя спать.

После подобных манипуляций Шэнь Чжиюй неизменно понимал, чего от него хотят.

И впрямь на редкость смышленый котенок, восхищенно подумал он и протянул руку, чтобы погладить Лю И.

Лю И тут же, подчиняясь движению руки Шэнь Чжиюя, прогнул спину, выгнувшись дугой наподобие иероглифа вогнутости, и ловко ускользнул от его прикосновения.Шэнь Чжиюй давно это заметил.

Подобранный им котенок обладал на редкость сильным чувством собственного достоинства, а его распорядок дня был настолько четким, будто в голове был встроен будильник.

По утрам он вставал вместе с ним, а когда Шэнь Чжиюй уходил на работу, кот отправлялся на прогулку, после чего каждый день без исключения приносил ему в зубах какие-нибудь мелкие вещицы.

Когда Шэнь Чжиюй оставался дома отдыхать, кот тоже не сидел сложа руки: он патрулировал квартиру, словно полноправный хозяин своей территории, прогонял надоедливых птиц, распевающих серенады на подоконнике, и ловил мышей, пытавшихся пробраться внутрь через водосточные трубы.

А еще он строго следил за тем, чтобы Шэнь Чжиюй вел здоровый образ жизни. Это включало в себя, но не ограничивалось насильственным топтанием по хозяину, чтобы поднять того вовремя на завтрак, а по вечерам кот находил свои способы укладывать его спать.

К тому же этот кот и правда… отличался крайне независимым нравом.

Отказывать ему в ласках подобным образом случалось вовсе не впервые.

Шэнь Чжиюй медленно убрал руку.

Все вокруг говорят, что обычные кошки существа гордые, и не нравиться им — совершенно нормальное дело.

Ему даже заслужить чью-то симпатию давалось с трудом, так с какой стати требовать чего-то от маленького котенка?

Подумав об этом, Шэнь Чжиюй поднялся на ноги и поправил сползшие на нос очки в черной оправе. Он опустил веки, и его длинные ресцы отбросили на кожу крошечные тени.

В его тусклых, погруженных в уныние светлых глазах темные круги под ними стали чуть бледнее, чем тогда, когда Лю И встретил его впервые, но выглядел он все равно не слишком здоровым.

Словно уловив какой-то запах, Лю И вдруг зашевелил носом и повернулся к Шэнь Чжиюю.

Да что это за запах такой! И с чего вдруг изображать такую вселенскую скорбь? Если об этом узнают окружающие, еще подумают, будто это великий котище Лю И обижает человека!

Ни одной кошке не понравится, когда шерстку, над которой она так долго трудилась, кто-то снова взъерошит!

Впрочем, Лю И всегда отличался мягким сердцем, особенно по отношению к этому хрупкому двуногому, которого он приручил.

Поэтому он запрыгнул на спинку дивана, пару раз потоптался передними лапками по обивке, оставив на ткани отпечатки мягких подушечек, а затем присел и коротко мяукнул пару раз.

Ладно уж, ладно, разрешаю погладить, но только два раза!

Подумать только, ты ведь человек, которого вырастил сам великий я.Шэнь Чжиюй как раз приводил в порядок документы на журнальном столике и не услышал призыва Лю И, а также не заметил редкого дружелюбного жеста с его стороны.

Убрав ноутбук, Шэнь Чжиюй повернулся и ушёл в спальню.

Красивые каре-зелёные глаза Лю И широко раскрылись, заполнившись неверием в то, что Шэнь Чжиюй только что проигнорировал его.

Этот человек посмел отвергнуть проявление доброй воли со стороны котика?!

Шокированное выражение застыло на морде Лю И по меньшей мере на полминуты, поскольку он никак не мог взять это в толк.

Впрочем, неважно.

Лю И обладал широкой душой и вовсе не собирался сводить с ним счёты. К тому же, выступая в роли опекуна этого двуногого, он, разумеется, должен был научиться мириться с самыми разными человеческими капризами.

Лю И поточил передние лапы о диван, а затем свернулся калачиком в углу, готовясь продолжить сон.

В спальне Шэнь Чжиюй тоже вскоре погасил свет.

Эта небольшая съёмная квартира мгновенно погрузилась в тишину. Лунный свет просочился сквозь щель в занавесках и упал прямо на Лю И, безошибочно осветив его шёрстку.

Устроившись на диване, он лениво покачивал хвостом из стороны в сторону, словно о чём-то размышляя.

Две минуты спустя.

Лю И поднял голову.

Он спрыгнул с дивана и, прекрасно зная дорогу, направился к двери спальни, подтолкнув лбом деревянную створку, которая вечно закрывалась не до конца.

Спальня была небольшой: односпальная кровать, крошечная прикроватная тумбочка и платяной шкаф заполняли всё пространство.

Лунный свет струился сквозь окно, ложась на изножье кровати словно слой тончайшей серебристой марли.

Лю И легко запрыгнул на тумбочку, а оттуда без труда перемахнул на изголовье односпальной кровати, свысока глядя на человека.

Шэнь Чжиюй спал очень тихо. Он лежал на спине, а одеяло было натянуто чуть ниже груди.

Он ещё не уснул и уже почувствовал появление Лю И.

Иногда Лю И приходил спать к нему на кровать. Поскольку его купали и обрабатывали от паразитов, Шэнь Чжиюй никогда за это не ругал кота — в конце концов, в Пекине сейчас сильно похолодало, и люди-то мёрзнут, что уж говорить о животных.

Поэтому и на этот раз он просто сделал вид, что ничего не заметил.

Лю И не ведал о тех сложных мыслях, что роились в чужой голове.

Он облизал пасть, крепко сжал зубы, согнул задние лапы, вытянул передние, а затем изо всех сил оттолкнулся, прямо-таки приземлившись всеми четырьмя лапами Шэнь Чжиюю на грудь.

Уф... — донёсся из постели сдавленный стон боли, после чего человек прижал руку к груди и пару раз кашлянул: — Кхе-кхе-кхе...

http://bllate.org/book/30094/3666589