Готовый перевод Betrayal and Greenery Completed / Неблагодарный: История одной одержимости: Глава 13

Уже и не вспомнить, сколько времени жизнь Лу Цяо была заперта на маршруте между офисом и съемной квартирой. Для него между ними почти не было разницы: и там, и там с ним никто не разговаривал, и никто его не замечал. Единственное, что ему оставалось — это сворачиваться калачиком здесь или там.

Бег продолжался, и Лу Цяо казалось, что каждая клетка его тела хочет устроить забастовку. Он то и дело налетал на случайных прохожих, постоянно извиняясь, а затем заставлял тормозить автомобили, мчащиеся на скорости пятьдесят миль в час, чтобы торопливо выкрикнуть «Простите!» в адрес разъяренных водителей, высовывающихся из кабин.

В этом закатном мареве возникало множество неприятностей и опасностей, но Лу Цяо внезапно ощутил небывалую легкость.

Эта легкость была столь желанной, что он едва не прослезился.

***

Долгое время спустя шум ругани охранников наконец стих.

Фу И и Лу Цяо остановились за автобусной остановкой. Оба выбились из сил.

Фу И тяжело дышал, пот почти насквозь пропитал его волосы, и это липкое ощущение вызывало у него крайнее раздражение.

Чтобы снять этот документальный фильм, Фу И потратил огромные деньги, наняв лучшую в индустрии кинокомпанию, и не счесть, сколько мероприятий он отменил, чтобы лично во всем участвовать. Целых полгода он почти ничем другим не занимался, лишь бы эффектно стоять перед гигантским плакатом с надписью «Фу И».

С самого первого дня, как он ступил на эту землю, неприятности посыпались одна за другой.

Бессонница, акклиматизация, нападение на сцене, административные штрафы, принудительная смена ассистентов и ответственных лиц — каждый промо-тур превращался в череду препятствий. А совсем недавно новый куратор и вовсе бесстыдно заявил ему, что завтрашнее мероприятие отменяется!

И вот теперь… Если бы он с самого начала не согласился выйти, то не стал бы лезть на рожон, соревнуясь в альпинизме на стенах, не столкнулся бы с охраной отеля и не бегал бы сейчас, в этот душный вечер, по улицам, преследуемый, словно кролик!

Внезапно Лу Цяо робко спросил:

— Ты в порядке?

Услышав это, Фу И яростно сверкнул глазами:

— Конечно, в порядке! Я прекрасно себя чувствую!

Лу Цяо вздрогнул от его резкости.

Фу И, пребывая в раздражении, хотел было идти обратно, но тут у него развязался шнурок на белой кеде.

Он присел, сердито дергая за шнурок, и пробормотал сквозь зубы:

— Похоже, ты в родстве с теми охранниками.

На концах шнурка красовалось с полдюжины намертво затянутых узлов, превратившихся в неразбериху. Пальцы Фу И покраснели от боли, и в этот миг ему ужасно хотелось бросить эту обувь вместе с ногой в поток мчащихся мимо машин, чтобы их там стерло в порошок.

Вдруг перед ним присел Лу Цяо и осторожно отодвинул его руки в сторону.

Фу И замер, подняв голову, и как раз встретился с ним взглядом.

У Лу Цяо были очень длинные ресницы, в лучах заходящего солнца они казались посыпанными золотой пыльцой. Он опустил глаза, его пальцы ловко перебирали шнурки, разминая ногтями тугие узлы.

— Узлы, которые нельзя развязать сразу, можно распутать потихоньку. Если не торопиться, все получится.

Поверхность кеда шевелилась под пальцами, и эта дрожь передавалась на подъем стопы Фу И.

Фу И внезапно притих в лучах заката.

Солнце садилось за высотками позади них, и посреди шумного и суетливого города он вдруг услышал, как бьется его собственное сердце: тук-тук, тук-тук.

Глава 12: Лу Цяо, я тебя…!

В полуразрушенном переулке было шумно, уличные лотки теснились по обеим сторонам, словно зубы, а повсюду пестрели ослепительные неоновые вывески.

Фу И сидел за маслянистым квадратным столом и, подняв глаза, спросил:

— Что это?

Лу Цяо напротив не понял и переспросил:

— Что что?

Пока они говорили, за соседним столиком разразился пронзительный хохот, заставив Фу И подскочить. Они обернулись: несколько парней с голыми торсами уже напились докрасна и теперь разбрасывали по столу игральные карты.

Фу И отвернулся и постучал костяшками пальцев по столу:

— Я спрашиваю, что это за место.

— Пункт назначения, — ответил Лу Цяо.

— Пункт назначения… — повторил Фу И, и его гнев сменился горькой усмешкой. — Ты хоть сам слышишь, что говоришь? Я из-за тебя маскировался, убегал от охраны, чуть не попал под машину, столько натерпелся, а ты привел меня в эту помойку жевать объедки?

— Твои острые закуски тоже не особо полезны.

Фу И поднялся и холодно хмыкнул:

— Не надо. Сегодня вечером передай этому золотистому мальку, что завтра можешь не приходить.

В этот момент раздался громкий выкрик, и к ним подошла пожилая женщина в фартуке с седыми волосами. Она ловко расставила на столе жареную рыбу и закуски.

Горячее масло на рыбе продолжало шкварчать, и аромат красного перца заставил Фу И прикрыться рукой и закашляться.

Старушка посмотрела на него с удивлением, что-то воскликнула, но Фу И не понял ни слова из её быстрой речи. Уловив лишь знакомое ругательство «сиба», он насторожился, но, обернувшись, увидел, что Лу Цяо уже вовсю болтает с ней.

Судя по тому, как они общались, они были знакомы.

Под конец старушка чуть ли не силком сунула Лу Цяо в руки банку и удалилась.

Фу И проводил её взглядом и нахмурился:

— Что она сказала?

— Она сказала, что ты никогда такого не видел и что ты очень красивый.

— Тогда почему я услышал ругательство?

— Она сказала, что ты чертовски красив.

Фу И внезапно разгладил нахмуренные брови, уголки его губ дернулись:

— Как будто я сам не знаю.

Он хотел уйти, но вдруг развернулся и с громким стуком снова опустился на стул.

Лу Цяо посмотрел на него:

— Разве ты не собирался уйти?

Фу И принялся вытирать палочки салфеткой, всем своим видом выражая брезгливость:

— Я хочу попробовать, что это за мусор такой.

— Мусор, а хочешь попробовать?

Фу И поднял глаза и уставился на него:

— Ты не понимаешь, что я заступаюсь за тебя?

— …Хорошо.

Лу Цяо сел рядом, и тут Фу И заметил сосуд, который старушка только что отдала Лу Цяо:

— А в этом дырявом горшке что?

— Сливовое вино.

Фу И заинтересовался:

— Дай попробовать.

Лу Цяо налил ему маленькую чашечку на два пальца. Фу И остался недоволен:

— Такая жадность?

— Дело не в жадности. Это вино бабушка делает сама, оно очень крепкое, а у тебя еще дела вечером, нельзя много пить. — С этими словами Лу Цяо пододвинул чашку к Фу И.

Фу И насмешливо поднял её:

— Всего лишь сливовое вино.

— Оно не обычное… Эй, ты…

Предупреждение не было закончено — Фу И уже осушил чашку одним глотком. Неописуемая жгучая острота вихрем пронеслась по его языку, и через секунду вино превратилось в настоящий огонь, обжигая пищевод и желудок.

Лу Цяо, увидев выражение его лица, молча пододвинул ему ячменный чай и с сочувствием посмотрел на него:

— Ну как?

Фу И лишь поморщился.

Приятный аромат ячменя наполнил рот, с трудом заглушая жгучую остроту. Фу И взглянул на Лу Цяо — тот уже закрыл крышкой горшок со сливовым вином.

— Сколько стоит такой горшок? — спросил Фу И.

— Нисколько. Бабушка подарила.

— Подарила?

Лу Цяо кивнул:

— Да. Раньше, когда я подрабатывал, я жил неподалеку. Возвращался поздно, и бабушка всегда оставляла мне порцию еды. Мы разговорились, я стал часто помогать ей присматривать за лавкой до часу или двух ночи.

Фу И хмыкнул и невзначай спросил:

— А сколько она тебе платила?

Лу Цяо не понял вопроса:

— За что платила?

Фу И тоже растерялся:

— Ну, за работу до двух ночи? Я слышал, здесь ночная почасовая оплата очень высокая.

Лу Цяо наконец осознал:

— Я просто помогал.

— Что значит «просто»?

Лу Цяо прямо посмотрел ему в глаза и повторил:

— Просто помогал.

Они смотрели друг на друга секунд десять, пока до Фу И не дошло:

— Работал бесплатно?

— …Не называй это так грубо, — ответил Лу Цяо.

Фу И опустил голову, вытирая ложку салфеткой:

— Тогда тебе стоит попросить у неё еще несколько горшков. Хотя это не компенсация, но хоть какое-то утешение.

— Так нельзя считать, господин Фу, — Лу Цяо взял кусок рыбы, тщательно выбрал кости и пододвинул тарелку к Фу И. — У бабушки был единственный сын, он погиб на службе. Она готовит это сливовое вино каждый год — на самом деле, для него. У неё маленький бизнес, она одна, я помогаю ей, а она благодарит меня этими подарками.

Фу И посмотрел на него как на дурака:

— Поразительно, как вы все устроены.

Лу Цяо прочитал высокомерие в его глазах, замолчал и сосредоточился на том, чтобы очищать рыбу от костей.

***

Прошло много времени. На столе появились бутылки пива, Фу И вытирал губы и разговаривал по телефону.

От скумбрии на противне остались одни кости. Несмотря на остроту, ужин явно пришелся ему по душе.

Лу Цяо поправил очки и поднял голову. Зеленая рубашка очень шла Фу И, он выделялся даже посреди этой шумной толпы. Фу И уже некоторое время жевал рыбу и вытирал губы, отчего они слегка опухли от масла и перца, а капельки пива придавали им влажный блеск. Они казались очень красивыми.

Фу И закончил разговор и посмотрел на Лу Цяо:

— На что ты смотришь?

Лу Цяо поспешно опустил голову и снова поправил очки.

— Что там по телефону? — перевел он тему.

Фу И нахмурился:

— Тот человек по фамилии Цзинь…

— Цзинь Иго, — подсказал Лу Цяо.

— Именно. Не может разобраться с площадкой, поэтому звонит и ищет поддержки? Я уже неоднократно заявлял: площадка была заранее согласована с вашей компанией SEL. Дальнейшее — это ваши проблемы, ко мне они не имеют никакого отношения. — Он помолчал, а потом добавил: — Передай вашему ответственному в SEL, что я не буду подписывать соглашение.

— Это я передать не смогу, — ответил Лу Цяо.

Фу И уставился на него:

— Почему?

Лу Цяо смутился:

— Потому что сейчас ответственный за это — кажется, я.

http://bllate.org/book/30073/3664179