Готовый перевод Lord Fox's Legacy / Господин Лис: Пробуждение древнего духа: Глава 1

Ветер завывал всё сильнее и сильнее, поднимая с земли мелкий песок и пыль так, что у людей слезились глаза и невозможно было раскрыть веки.

Вскоре солнце скрылось за грозовыми тучами, синева неба постепенно сменилась серо-чёрным мраком — верный предвестник надвигающегося ливня.

Лянь Хэн поднял голову к небу. Хотя день был выбран идеально, по неизвестной причине погода внезапно испортилась, да так основательно.

Стоявшие рядом с ним рабочие в полной экипировке, еще не успевшие спуститься в шахту, переглянулись. Хотя из-за присутствия начальника они молчали, в их глазах и на лицах читалось самое откровенное колебание, граничащее с нежеланием продолжать.

Прогноз погоды чётко обещал ясный день, но стоило им только подойти к руднику, как небо заволокло тучами.

В уезде Наньхуань солнце палило уже целую неделю, но стоило им собраться на спуск в шахту, как небо разом потемнело.

Судя по всему, собирался дождь!

Это не сулило ничего хорошего.

Не только шахтеры, но и сам Лянь Хэн думал точно так же.

И вовсе не из-за какой-то мистики или суеверий, а потому что… ладно, если уж говорить честно, с этим самым оно было напрямую и связано.

Хотя сам он не верил в подобное и ни капли не боялся, пока местные жители были подвержены суевериям, разработку рудника приходилось откладывать.

Видя, как густые, мрачные тучи надвигаются на них, Лянь Хэн подавил нарастающее внутри раздражение и бросил: — Давайте-ка все пока расходитесь. Погода нынче скверная, переждём эту...

Изначально он хотел сказать, мол, возобновим работу, когда пройдет этот дождь, но, взглянув на часы и увидев, что уже два часа дня, он просто передумал: — Время возобновления работ обсудим позже, а пока ступайте по домам и отдохните пару дней.

Выражения лиц рабочих мгновенно разгладились.

— Спасибо, директор Лянь. — В голосах мужчин сквозило облегчение, словно им удалось избежать какой-то напасти.

Когда они один за другим ушли, помощник Тань Ли подошел ближе и доложил: — Директор Лянь, только что звонил директор Се. Сказал, что уже в пути.

Лянь Хэн тут же нахмурился: — Се Хуайлинь или Се Хуайфэн?

Тань Ли на мгновение замер, прежде чем ответить: — Второй молодой господин семьи Се.

Се Хуайфэн? Вот уж поистине ходячая головная боль.

И с чего это вдруг его принесло?

Мысленно Лянь Хэн отметил: если бы не долг перед его старшим братом Се Хуайлинем, он бы ни за что на свете не согласился на сотрудничество с Се Хуайфэном в этом горнодобывающем проекте.

— Тань Ли, поезжай лично и встреть молодого господина Се у отеля «Наньхуань».

— Слушаюсь. — Тань Ли ничуть не удивился решению начальника.

Отель «Наньхуань» находился в самом центре уезда Наньхуань: это была лучшая гостиница в округе и одновременно место с самыми оживленными пробками. Сам Лянь Хэн, впрочем, там не останавливался — он арендовал жилье у местных жителей неподалеку от рудника.

Дойти можно было за каких-то двадцать минут быстрым шагом.

Когда Лянь Хэн подошел к калитке арендованного дома, дождь еще не начался, но ветер разгулялся пуще прежнего, а тучи над головой стали еще чернее.

— Уу-ух… —

Ветер гнал тучи к самому подножию горы, прямо над деревушкой. Время от времени в свинцовой пелене проскакивали зловещие фиолетово-черные молнии, однако раскатов грома не было слышно.

Лянь Хэн толкнул ворота, и с сухим треском — «тресь!» — на землю во дворе упала ветка грушевого дерева.

Прямо перед ним.

Ветка рухнула на землю и разломилась на три части, причем одну из них порывом ветра поднесло к самым его ногам.

Лянь Хэн резко остановился, уставившись на обломок ветки, и рука его замерла на дверной ручке.

— Вернулся? Чего это ты сегодня один? — Хозяйка двора, бабуля Лянь, с бамбуковым ситом в руках с улыбкой вышла ему навстречу.

Этот дом стоял на самом отшибе и обладал лучшей уединенностью во всей деревне. Помимо Лянь Хэна и помощника Тань Ли, здесь же проживали два проектных менеджера, присланных корпорациями Лянь и Се. По дороге с горы Лянь Хэн как раз отправил их улаживать дела с чиновниками из Министерства земельных и ресурсных ресурсов, ведающими этим нефритовым рудником, поэтому сейчас он вернулся в полном одиночестве.

— Бабуля, они еще заняты по работе, вернутся позже, — ответил Лянь Хэн ровным голосом, а затем, ответив на приветствие старушки, поинтересовался: — У вас тут часто так? Чтобы погода портилась в одно мгновение?

— Редкость какая! Дивная погода, редкость страшная! От такого неба у людей прямо на душе скрести начинает! — Бабуля Лянь поставила сито на подставку у дверей главного дома и, заметив, что он так и стоит столбом, засуетилась: — Заходи же скорее в дом! В грозу на улице останешься — Горный бог разгневается!

— Горный бог? — Лянь Хэн на мгновение растерялся. — Почему вы раньше об этом не упоминали?

— Да потому что… — Бабуля Лянь погрузилась в воспоминания, на ее лице постепенно проступила улыбка, и лишь спустя долгое время она тихо пояснила: — Наш Горный бог появляется только в дождливые дни.

— С чего бы это? — не понял Лянь Хэн.

Неужели дождь меняет какие-то параметры окружающей среды, вызывая определенные оптические иллюзии? Вроде миража?

Однако бабуля Лянь явно не собиралась вдаваться в подробности. Она лишь махнула рукой и повторила: — Культурная мне старухе знать такие тонкости? Просто запомни: у нас на Горе Цзюхуань все дожди отданы во владение господину Горному богу.

Отданы?

Почему она употребила слово «отданы»?

Но, видя, что бабуля Лянь вновь взялась за свое сито, Лянь Хэн проявил тактичность и не стал допытываться дальше.

Не прошло и пятнадцати минут, как над деревней действительно закапал дождь.

Лянь Хэн стоял у окна комнаты на втором этаже с восточной стороны. Окно было встроено весьма удачно: повторяя изгиб полукруглой стены, оно открывало великолепный обзор. Отсюда просматривался не только весь двор, но и далеко за его пределами.

Дождь шел мелкий, монотонный, капли падали ровно, словно бисер, но тяжелые тучи над головой сбивались в плотные, многослойные громады, предвещая настоящий затяжной ливень.

На сердце у Лянь Хэна скребли кошки.

С самого того момента, как он толкнул ворота, а ветка сорвалась с дерева и разбилась оземь, у него возникло дурное предчувствие. Возможно, сказывалось самовнушение, но у него даже правый глаз задергался.

Как странно.

И жутковато.

Листья зашуршали, и Лянь Хэн перевел взгляд на звук: справа от окна, в бамбуковой роще, мелькнуло ослепительно-белое пятно.

Белое?!

Он уставился туда пару секунд, изрядно удивившись: — Лисица?

На этой горе водятся лисы?

Зверек обхватил тонокую бамбуковую ветвь передними лапами, тело его обвивало изумрудно-зеленый ствол, а пушистый мягкий белый хвост лениво свисал вниз, то и дело взмахивая и рассекая воздух.

Дождевые капли стекали с листьев прямо на него, отчего шерстка лисицы сбилась сосульками и потеряла прежнюю гладкость.

Лянь Хэн перевел взгляд выше и встретился глазами с ее необычными, прекрасными серебристыми глазами.

Взгляд этот был чист и ясен, совершенно безэмоциональный, но стоило животному посмотреть на него, как Лянь Хэн ощутил невиданное доселе умиротворение, даже… пожалуй, тишину? Никакой покой не посещал его душу с тех пор, как он ступил на землю уезда Наньхуань.

В это мгновение вся накопившаяся на сердце тяжесть, все негативные эмоции вмиг испарились, словно их никогда и не было, будто ничего на свете больше не существовало.

Лисица изучающе разглядывала его еще какое-то время, а затем повернулась, изо всех сил оттолкнулась передними лапами от соседнего стебля, грациозно взмыла вверх, приземлилась, снова прыгнула… Пару мгновений — и она полностью скрылась из виду Лянь Хэна, растворившись в глубине бамбуковой чащи.

— Дождь кончился! — раздался со двора голос бабули Лянь.

Сердце Лянь Хэна пропустило удар, в груди поднялось странное, ничем не обоснованное предчувствие. Он поднял глаза к небу — и впрямь, дождь прекратился.

Стоило осадкам стихнуть, как поднялся легкий ветерок, разгоняя тучи. Небо постепенно светлело, и вскоре день засиял заново.

Когда тучи рассеялись окончательно и небо залило ярким светом, на краю бамбуковой рощи вновь показался белый хвост. Увидев его сейчас, Лянь Хэн без труда узнал бы ту самую лисицу, что только что сидела на ветке. В этот момент она, подобно призраку, бесшумно обратилась в клубящуюся серебристо-белую дымку и в мгновение ока растворилась среди зелени.

В то же самое время на вершине Горы Цзюхуань, в Храме Цзюхуань, каменная статуя гигантской лисы на самом алтаре внезапно открыла глаза!

***

Внизу под горой бабуля Лянь вышла из двора и, запрокинув голову, посмотрела на проясняющееся небо. В ее взгляде мелькнуло легкое изумление, сменившееся абсолютной уверенностью: — Верно, Горный бог явился.

Вышедший следом за ней Лянь Хэн услышал эти слова, и в его голове тотчас всплыл образ белоснежной лисицы из бамбуковой рощи.

Белоснежная, без единого темного пятнышка лиса — зрелище, врезающееся в память надолго, забыть которое было невозможно.

— Бабуля, вы видели Горного божества? — Лянь Хэн пристально вглядывался в ее глаза, не упуская ни единого движения ее бровей.

Бабуля Лянь чуть кивнула, с ностальгией в голосе промолвив: — Я видела его всего дважды, и он дважды спас мне жизнь.

Лянь Хэн нахмурился еще сильнее: — Кто такой этот он, о ком вы говорите?

На самом деле ему хотелось спросить: неужели у этого божества есть вполне реальное воплощение?

Бабуля Лянь медленно подняла голову к вершине горы. Лянь Хэн проследил за ее взглядом, и спустя долгую минуту услышал тихий ответ: — Его истинный облик — лисица.

Лисица?!

— Это лисий бог, — с непоколебимой твердостью произнесла бабуля Лянь. — Он — лисий бог!

http://bllate.org/book/30044/3660061