Готовый перевод Transmigrated into the Popular Guy's Brother, Forced to Act Alpha / Брат всеобщего любимца: как выжить, притворяясь альфой: Глава 8

Чу Мо услышал звук и перевел взгляд на Чи Чэна.

В тот момент, когда их глаза встретились, в глубине глаз Чу Мо промелькнуло удивление.

В оригинальном сюжете Чу Мо часто встречал Чи Чэна в подобных увеселительных заведениях, утопающих в огнях. Разница была лишь в том, что Чу Мо приходил сюда по делам, а Чи Чэн — ради развлечений.

Чу Мо презирал подобный образ жизни Чи Чэна. При каждой встрече он прямо или косвенно высмеивал его и заявлял, что ни за что не позволит своему младшему брату связаться с таким повесой.

Под гнетом унижений со стороны Чу Мо Чи Чэн, злясь, в то же время принимал решение исправиться и разрывал связи со всеми окружавшими его омегами.

С того дня Чи Чэн, осознав свои ошибки, начинал новую жизнь, с головой уходя в бизнес и превращаясь из мелкого «молодого директора Чи» в известного во всем городе H генерального директора Чи.

Вскоре окружающие замечали, что Чи Чэн остепенился и стремится быть только с Чу Юнем, и многие начинали хвалить его как редкий пример глубоко любящего альфы.

Чу Мо как раз вышел подышать воздухом и не ожидал, что так быстро столкнется с Чи Чэном, пришедшим сюда развлекаться.

Они стояли у дверей разных VIP-залов, и освещение, падавшее на них, было совершенно разным.

Зал, в котором находился Чу Мо, был самым престижным в заведении, и гости, посещавшие его, могли напрямую влиять на доходы клуба. Владелец заведения никогда не позволял кому попало обслуживать этот номер, даже освещение там было приятным и ярким, создавая атмосферу сдержанной роскоши.

А вот свет, падавший на Чи Чэна, был фиолетовым, мерцающим и донельзя двусмысленным.

Их разделяли несколько метров, и весь коридор вдруг затих.

Чи Чэн бросил взгляд на стоявших рядом людей и холодно бросил:

— Убирайтесь.

Хотя нескольким омегам и хотелось познакомиться с Чу Мо, под пугающе холодным взглядом Чи Чэна им пришлось с неохотой отступить.

Сигарета в руке Чи Чэна уже дымилась, алый огонек прыгал в двусмысленном полумраке, окутанный клубами дыма. Он посмотрел на Чу Мо, желая сказать многое, но слова застряли в горле.

Вспомнив, что Чу Мо забыл о нем, Чи Чэн невольно сжал кулаки.

Ни за что он не станет разговаривать с таким человеком.

Чи Чэн уже собрался развернуться и уйти, как вдруг за спиной послышался знакомый, но в то же время ставший чужим насмешливый голос:

— Чи Чэнцзюнь, ты только вернулся в страну и сразу в такое место?

Чи Чэн замер, его ноги словно приросли к полу.

Унижение Чи Чэна в элитном клубе было частью оригинального сюжета. Чу Мо больше не избегал подозрений: он подошел прямо к Чи Чэну, назвав его по имени, которое тот носил раньше.

Имя «Чи Чэнцзюнь» было для Чи Чэна запретной темой, к которой никто не смел прикасаться. В лучшем случае это грозило бранью, в худшем — дракой. Даже родители Чи Чэна, называя его «Сяо Цзюнь», нарывались на отпор.

Чи Чэн с недоверием посмотрел на Чу Мо:

— Как ты меня назвал?

До отъезда за границу его довольно долгое время звали Чи Чэнцзюнь. Чу Мо привык к этому имени.

— Кхм, — Чу Мо кашлянул, скрывая неловкость. — Что, не смеешь прямо ответить на мой вопрос?

Чи Чэн остолбенело смотрел на него. Спустя мгновение он пришел в себя, опустил голову и поправил кепку, скрывая тенью козырька приподнявшиеся уголки губ.

Он понизил голос, с деланным раздражением произнеся:

— Не смей называть меня этим именем.

Но в его тоне не было настоящей злости. В этот момент Чи Чэн, словно внезапно что-то вспомнив, нахмурился и парировал:

— Ты сам-то? Смеешь меня спрашивать? Почему ты здесь находишься?

Он оглянулся на зал за спиной Чу Мо, проверяя, нет ли там каких-то сомнительных личностей.

Чу Мо с невозмутимым видом посмотрел на него, и на его благородном, отстраненном лице промелькнуло презрение:

— Я пришел сюда, разумеется, ради дела, а не для того, чтобы искать развлечений, как ты.

В этот миг Чи Чэн вспомнил детство, когда Чу Мо всегда смотрел на него свысока. Сейчас, даже несмотря на то что Чи Чэн вырос и стал выше Чу Мо, его не покидало ощущение, что на него продолжают смотреть с пренебрежением.

Когда-то у Чи Чэна была мысль: если Чу Мо действительно проявится как альфа, то он наверняка будет смотреть свысока на всех остальных альф в мире. Включая самого Чи Чэна. До момента проявления вторичного пола Чу Мо и так был достаточно выдающимся. Родители Чи Чэна часто повторяли ему: Посмотри на старшего господина Чу из соседнего дома.

Теперь опасения Чи Чэна стали явью.

— Искать развлечений? Я, Чи Чэн, еще не докатился до такого, чтобы искать их в подобных местах, — Чи Чэн поднял взгляд, его голос прозвучал серьезно. — По-моему, это ты пришел сюда развлекаться — так нарядился, а говоришь, что по делам…

Гордость заставила Чи Чэна выпалить первое, что пришло в голову, противореча Чу Мо. Поняв, что невольно сделал комплимент, он тут же осекся, и на его лице появилось выражение досады.

Чу Мо опешил. Чи Чэн только что назвал его привлекательным?

Чи Чэн пришел в ярость от собственной оплошности, его уши покраснели:

— В любом случае, я здесь только потому, что у меня плохое настроение, а не для того, чтобы искать омег!

Чу Мо не стал вдалеке вникать в смысл его слов. Подыгрывая образу братолюбивого альфы, он холодно произнес:

— Брось притворяться, Чи Чэн. Кто из достойных альф пропитан дымом так же, как ты? Неважно, зачем ты вернулся в страну, не смей даже мечтать о моем брате.

Чи Чэн посмотрел на дымящийся окурок в руке. Секундой позже он бросил сигарету на пол и растоптал её дорогими кроссовками из лимитированной коллекции. Остатки дыма вились в двусмысленном свете ламп.

Чи Чэн вскинул подбородок, обнажив четкие, мужественные черты лица. Он вскинул брови и с вызовом посмотрел на Чу Мо:

— Доказательства есть?

Чу Мо был застигнут врасплох таким поведением. Он не ожидал, что Чи Чэн так поспешит доказывать свою «невинность».

Чи Чэн глубоко вдохнул, пытаясь воспользоваться случаем, чтобы извиниться за детские поступки и наладить отношения с Чу Мо — это была одна из главных целей его возвращения.

Он опустил глаза, закусил губу и уже собрался заговорить:

— Что касается прошлого…

В этот момент дверь VIP-зала открылась, и несколько бизнесменов, с которыми Чу Мо только что вел переговоры, вышли наружу, расспрашивая генерального директора Чу, почему он еще не вернулся.

Это прервало Чи Чэна, заставив его замереть.

Услышав их голоса, Чу Мо внезапно кое-что понял. Он поспешно натянул улыбку и ответил:

— Встретил знакомого.

Затем, со значительным видом, он представил его:

— Это молодой господин из семьи Чи, в кругах известный как молодой директор Чи.

Чи Чэн остолбенел — он не ожидал, что Чу Мо вдруг представит его этой группе людей.

Чу Мо сделал это, потому что вспомнил: такая сцена была в оригинальном сюжете. В книге Чу Мо встретил Чи Чэна в клубе в компании бизнесменов, и они сообща принялись его унижать.

— Семья Чи? — один из бизнесменов среднего возраста задумался и выдал понимающую усмешку. — О, это та самая семья, что прогорела на несколько миллиардов в зарубежном финансовом секторе, верно?

Лицо Чи Чэна почернело:

— Какое тебе дело, старик?

Бизнесмен застыл:

— Ты… ты…

— Какой дерзкий юнец, — нахмурился лысый мужчина рядом. — Маленькая семейка Чи, которая в городе H ничего из себя не представляет, еще смеет хамить нам в лицо?

Чи Чэн усмехнулся:

— Что, боишься увидеть свое отражение на своей лысине?

Лысый бизнесмен был в ярости:

— Ты что себе позволяешь?!

В оригинале у Чи Чэна был скверный характер, и он часто терпел неудачи в бизнесе. Чу Мо знал об этом и позволял этим людям провоцировать Чи Чэна, чтобы при случае унизить его и заставить прислуживать остальным.

— С таким характером ты хочешь чего-то добиться в деловых кругах города H? — Чу Мо холодно смотрел на Чи Чэна, без обиняков заявляя: — По-моему, семье Чи уже ничего не поможет.

Чи Чэн замер, а затем нахмурился, скрежеща зубами:

— Чу Мо, ты еще и защищаешь этих идиотов?!

Лысый бизнесмен, которого только что назвали идиотом, прошипел:

— Генеральный директор Чу, зачем вы пытаетесь вразумить этого человека? Какая вам разница, жив он или мертв?

Чи Чэн огрызнулся:

— А тебе какая разница, если тебе даже пересадка волос не помогла спасти твою лысину?

— Да как ты смеешь?! Ты… — лицо лысого бизнесмена стало багровым от гнева.

— Чи Чэн, как бы ты ни был невоспитан, ты должен понимать, что в городе H правила устанавливают именно эти люди, — Чу Мо встал в центре, пресекая попытки Чи Чэна раздуть скандал. — С таким поведением ты рассчитываешь переступить порог нашего дома Чу?

На поверхности Чу Мо выступал на стороне бизнесменов, но на самом деле он напоминал Чи Чэну, что в деловом мире нужно учиться сдерживать свой гнев.

Чи Чэн явно не желал слушать и в сердцах выкрикнул:

— Чу Мо, я и представить не мог, что ты каждый день трешься среди таких отбросов! Ты раньше был не таким…

Он не ожидал, что Чу Мо станет для него настолько чужим.

Чу Мо с ледяным выражением лица одернул его:

— А с чего ты взял, что я не был таким раньше?

Чи Чэн замер, и в его глазах отразилось полное неверие.

В то время как Чи Чэн пребывал в оцепенении, Чу Мо подозвал официанта, чтобы тот принес вино и бокалы, и холодно бросил Чи Чэну:

— Пока эти господа не вышли из себя, советую быть благоразумным и налить им вина.

В оригинальной истории группа Чу Мо презирала Чи Чэна, чья семья пришла в упадок, и заставляла его прислуживать всем присутствующим. Чи Чэн, разумеется, отказался и разбил бокал прямо у них на глазах. Вскоре бизнес-империя семьи Чи подверглась давлению и нападкам со стороны этих бизнесменов, и семья оказалась на грани банкротства. Только тогда Чи Чэн понял, что на его плечах лежит судьба всей семьи, и он не может больше действовать на эмоциях.

В глубине души он поклялся, что однажды станет еще более успешным бизнесменом, чем Чу Мо и его окружение. Научившись сдерживать гнев, Чи Чэн добился невероятных успехов в бизнесе и, благодаря своей внешности и изворотливости, легко расправился с теми, кто когда-то его унижал.

В итоге, когда Чу Мо сам оказался на грани финансового краха, именно Чи Чэн протянул ему руку помощи.

http://bllate.org/book/30036/3659091