Готовый перевод Face-Reading System Binds Another Fool / Система красоты: Очередной неудачник в сетях: Глава 12

Система, посчитавшая, что раскусила мысли своего хозяина, не дождалась ответа от Хэ Сяня. Как раз когда она решила, что ее проигнорировали, и собралась уйти в режим ожидания, голос Хэ Сяня, холодный и отстраненный, прозвучал в ее сознании:

— Если тебе так нечем заняться, лучше проверь, присутствует ли на месте Сесилия и появились ли представители семьи Анджело. Сплетничая обо мне, ты не продвинешься в выполнении задания.

— Поняла! — Система 01, до смерти боявшаяся, когда хозяин был в таком настроении, тут же приняла подобострастный вид и поспешила ретироваться.

Чем ближе они подходили к кладбищу, тем сильнее становилась гнетущая, пронизанная скорбью атмосфера, от которой, казалось, застывала сама кровь в жилах. Хотя людей здесь собралось немало, и они плотным кольцом обступили могилу, царила пугающая тишина — слышно было лишь, как капли дождя глухо барабанят по зонтам.

Пришедшие на похороны выстроились в очередь, чтобы по очереди возложить цветы к надгробию Хилиса. Лица многих не выражали особой печали, но они прилежно соблюдали все положенные ритуалы. Ожидая своей очереди, Хэ Сянь заметил несколько знакомых лиц.

Система 01, вернувшаяся после сбора информации, вовремя пришла ему на помощь:

— Средних лет мужчина, стоящий слева от Сесилии, — это наставник Хилиса, ныне генерал Звезды Насекомых. В прошлом... именно он отдал приказ изгнать тебя из Столицы зергов. Ходят слухи, что и в том взрыве звездолета, который ты пережил, не обошлось без его участия. Именно поэтому Хилис до сих пор не поддерживает с ним никаких отношений.

А вот молодой человек справа — думаю, ты его помнишь. Его зовут Огаст, он старший принц Звезды Насекомых и известный поклонник Хилиса.

Закончив, Система 01 вспомнила о поручении хозяина и добавила:

— Я только что проверила: от семьи Анджело прибыли лишь младшие члены, ни отец-омега, ни второй отец Хилиса не появились. Конечно, это может быть связано с тем, что их отношения с Хилисом были заморожены. Его отец-омега, к слову, является Великим герцогом Столицы зергов, и он всегда яростно выступал против участия Хилиса в программе генетической модификации людей.

Хэ Сянь не согласился с этим выводом:

— Как бы ни были холодны их отношения, Хилис всегда оставался тем отпрыском, на которого они возлагали больше всего надежд. Если бы он действительно скончался, они не были бы столь равнодушны.

Он помолчал, а затем произнёс:

— Ты заметила действия Сесилии? Хотя внешне она изо всех сил изображает скорбь, кто станет отвлекаться, чтобы рассматривать пришедших на похороны, если действительно убит горем?

Система 01 подхватила мысль Хэ Сяня:

— Значит, хозяин считает, что сами похороны — это лишь инсценировка, а цель состоит в том, чтобы вычислить истинного виновника происшествия?

Если еще несколько дней назад Хэ Сянь лишь строил догадки, то теперь он утвердился в этом мнении.

Пока он беседовал с Системой 01, Иден, стоявший рядом, легонько потянул его за край одежды:

— Наша очередь.

Из-за масок, которые они носили, чтобы сойти за людей, окружающие с нескрытым любопытством разглядывали эту парочку. Иден чувствовал себя неуютно под этими пристальными взглядами, поэтому, прижавшись к Хэ Сяню, он нашел в нем опору и немного расслабился.

Хэ Сянь вышел вперед, сделал несколько шагов и положил букет на край постамента, усыпанного цветами. Смесь синих цветов в куче лилий выглядела на удивление вызывающе.

Взгляд Огаста, до того момента слегка утомленный, застыл при виде этого синего пятна, а через секунду он резко перевел глаза на Хэ Сяня.

— Мы представляем Голубую Звезду, выражаем свои соболезнования, — Хэ Сянь вместе с Иденом подошел к Сесилии и остальным, отвесив вежливый, но сдержанный поклон.

Ощущая на себе чересчур тяжелый взгляд, Хэ Сянь поднял глаза и посмотрел на Огаста, казалось, совершенно не боясь быть узнанным старым знакомым.

В отличие от его невозмутимости, Огаст явно не смог сдержаться. Даже если за четыреста лет в памяти не сохранилось точного облика человека, человеческий облик Ланно был слишком памятен. Стоило увидеть его вновь, как скрытые временем воспоминания хлынули потоком.

Хэ Сянь заметил перемену в Огасте, но отвел взгляд и, не задерживаясь, отошел, сказав еще пару дежурных фраз. Когда Огаст пришел в себя, он успел лишь увидеть удаляющуюся спину незнакомца.

— Этот человек показался мне знакомым, — пробормотал наставник Хилиса, Кен, с долей сомнения в голосе.

Дождь лил, ветер затих, но тени деревьев вдруг заколыхались. Силуэт, скрывавшийся в глубине, решительно последовал за уходящим Хэ Сянем.

На выходе с кладбища Иден внезапно скривился от боли, огляделся по сторонам и сказал:

— Хэ Сянь, у меня живот прихватило, я схожу в уборную, подожди меня здесь, ладно?

Он схватился за живот и уже собрался бежать, но Хэ Сянь удержал его за руку и протянул свой зонт:

— Возьми, не простудись.

Иден в нерешительности принял его:

— А ты?

— По пути сюда мы проходили маленькую беседку, я подожду тебя там, — Хэ Сянь больше ничего не сказал и махнул рукой: — Иди быстрее.

Время шло, небо почернело, как залитое тушью. Крупные капли дождя, проносясь в воздухе, падали на Хэ Сяня, оставляя на одежде темные пятна. Он прибавил шагу — к счастью, беседка оказалась совсем рядом.

В полумраке беседки в нос ударил запах сырой земли. Хэ Сянь снял с лица намокшую маску и откинул со лба прилипшие пряди волос. Не успел он толком рассмотреть, что происходит внутри, как сквозь шум дождя до него донесся дрожащий, едва различимый шепот:

— Ано.

Хэ Сянь инстинктивно обернулся и в то же мгновение был сбит с ног крепкими объятиями. Повеяло холодом, чья-то влажная холодная кожа прижалась к его щеке, а упавшие на глаза золотистые пряди волос закрыли обзор.

В тишине ночного дождя Хэ Сянь отчетливо услышал, как бешено колотилось сердце в груди этого человека.

— Я знал, что они мне лгали... они лгали! Ты ведь жив, ты жив!

Голос человека был прекрасным — чистым, мягким и успокаивающим, но слова звучали путано. Хэ Сянь быстро пришел в себя, оттолкнул его и холодно произнес:

— Господин, вы ошиблись человеком.

Снова оказавшись лицом к лицу с Хилисом, Хэ Сянь почувствовал легкое замешательство. Словно время проскочило вперед: черты лица, в которых раньше угадывалась детская непосредственность, повзрослели, став еще более изящными и привлекательными.

http://bllate.org/book/30027/3658248