Готовый перевод 3S Male Insect's Contract Marriage / Контрактный союз с 3S-самцом: Цена выживания: Глава 4

Многие пункты и даже социальная предвзятость, принятая по умолчанию, казались Лю Юйту абсурдными, смехотворными и просто немыслимыми, сколько бы лет — уже больше десятка — он ни прожил среди Зергов.

Он понимал, что всё это было решено высшими кругами Цивилизации Зергов, и что даже сами Самки, согласившиеся на подобные правила, оказались связаны ими по рукам и ногам — без малейших привилегий, напротив, они еще и должны подавать всем пример.

Например, после заключения брака половина личного имущества записывалась как совместная собственность супругов, а в случае развода, даже если виноват Самец, ему полагалось выплатить огромные алименты, и так далее, и тому подобное.

Абсурд, глупость — каждый раз, сталкиваясь с подобными законами и пунктами, Лю Юйту испытывал одновременно и смех, и недоумение.

Но даже его старший брат Юланд считал, что имперская защита Зергов была правильной, хотя сам он не слишком любил ограничения и предпочитал вести жизнь вольного межгалактического пираты.

Тем не менее за столь долгие годы он постоянно уговаривал Лю Юйту вернуться в лоно Цивилизации Зергов: в конце концов, будучи Самцом, тот находился в выигрышном положении, не так ли?

Разумеется, Лю Юйту неизменно и решительно отвечал отказом.

Ему не нравилась эта болезненная атмосфера: она постепенно приручает Самцов, а излишняя опека делает их совершенно беспомощными — отбросами, чье элементарное право на выживание целиком зависит от Самок.

От одной мыслей об этом становилось тошно...

И это — те, кто в выигрыше?

Нет, это извращенная дрессировка: приручая Самок, они одновременно калечат и самих Самцов.

Невозможно понять, почему история позволила этому обществу скатиться до такого состояния; возможно, оказавшись на их месте, удастся хоть что-то осознать?

Мэтью неотступно следовал на полшага позади молодого маленького самца. Подойдя к парадным дверям, он слегка склонил голову и тихо произнес: — Прошу прощения. — С этими словами он шагнул вперед, распахнул створки, стремительно ворвался в холл и приказал: — Прекратите!

Двери отворились, являя царивший во внутренних покоях беспорядок.

Лю Юйту поднял голову, в его глазах мелькнуло удивление, яркие губы слегка изогнулись, а бледные кончики пальцев чуть подрагивали от волнения.

Шесть Самок едва совместными усилиями удерживали того человека, при этом у всех со лба градом катился холодный пот — они явно выбились из сил.

— Господин Ландиска, пожалуйста, перестаньте сопротивляться, это наказание за причинение вреда самцу.

Руки прижатого к полу Самца были заведены за спину, заломлены назад; за его спиной трепетали разрушенные, но всё еще прекрасные крылья Бабочки, а ледяно-голубая пыльца осыпалась в воздух от каждого движения крыльев.

Лю Юйту поднял руку, словно пытаясь поймать ее, то ли задев пальцами пустоту, то ли нет...

У прижатого к холодному полу и поверженного Самца был глубокий взгляд сапфирово-синих глаз, и даже под жестоким давлением не получалось погасить его упрямство и несгибаемость.

Даже сейчас он не уронил своей гордости: эта маленькая бабочка гордо держала изящную шею, а на хрупком горле чернел ошейник-подавитель.

— О боже... — Лю Юйту тихо ахнул. Разве могли эти Самки не справляться с ним, даже когда на нем надет подавитель?

Какая прекрасная и сильная маленькая бабочка, подумал Лю Юйту, и его пальцы задрожали еще быстрее; он даже невольно сжал руки в кулаки.

Он был буквально зачарован этой маленькой бабочкой с разорванными крыльями, с болезненным восторгом глядя на гордость и печаль в этих ледяно-голубых глазах.

Эта переплетающаяся красота просто захватывала дух...

— Ты еще кто такой?! — Донесшийся неподалеку окрик Мэтью застал самца из семьи Герт врасплох.

Он был высоким и худым, выглядел интеллигентно, но под глазами залегли темные круги от недосыпа.

Лю Юйту слишком хорошо это знал: на Планете-свалке он повидал немало таких самцов, прожигающих жизнь в беспутных оргиях ради мимолетного утех, с вечным выражением изнеженности и полной деградации на лицах.

И то верно, какая еще польза от этих самцов на столичной планете, кроме как для продолжения рода?

Он с презрением снова перевел взгляд на ту маленькую бабочку. С формой сорвали всю одежду, но свойственное Расе бабочек изящное, хотя и полное скрытой силы тело было напряжено до предела, а на белоснежной рубашке алели следы от ударов хлыста.

Руки за спиной стягивали черные наручники, сам он стоял на коленях, прижатый спиной к полу несколькими Самками.

Но даже так он не сдавался, лишь хрупкие крылья чуть подрагивали от страха в те моменты, когда их слишком сильно прижимали.

Алый язык Лю Юйту невольно скользнул по губам: — Как занятно.

— Кто я? — Мэтью, убедившись, что крылья Ландиски не были вырваны, тут же с облегчением выдохнул. — На столичной планете еще остались те, кто меня не знает?!

После того как спутник Герта тихонько шепнул тому пару слов, лицо самого Герта поочередно сменило несколько бледных и темных оттенков, и он озлобленно бросил: — О, так это командующий Третьим легионом! — Он презрительно хмыкнул. — И что с того? Разве я не имею права разобраться с преступником, который посмел поднять руку на самца?

— Я переговорю с вашей семьей, — помрачнел Мэтью. — Генерал-майор Ландиска только что прибыл с передовой. Если у вас есть какие-то условия... завтра я обсужу их с членами вашей семьи!

— Это... — стоило упомянуть семью, как даже Герт, будучи любимым самцом из прямой ветви рода, слегка засомневался.

— Ты что, струсил, Герт? — Сидящий на диване во внутренних покоях самец закинул ногу на ногу и с тем же изнеженным до тошноты выражением лица противным голосом протянул: — Ха-ха-ха, расслабься, даже если ты его отпустишь, мы не станем над тобой смеяться. — Он язвительно выгнул бровь, легко и непринужденно подливая масла в огонь.

Остальные самцы вокруг тоже разразились хохотом: — Точно, ты же испугался какой-то самки, ха-ха-ха-ха-ха!

— Он ведь при всех отверг твои требования, ха-ха-ха-ха-ха!

Как они могли упустить зрелище и не посмотреть на то, как высокомерного, мнящего себя центром вселенной Ландиску избивают плетью и лишают крыльев, превращая в никчемную рухлядь?

Какое им дело до проблем семьи Герт? Они пришли сюда только ради хорошего шоу!

— Он публично пошел против тебя, раз за разом отвергал твои предложения руки и сердца, твои знаки внимания, заставляя тебя терять лицо! Герт, мы со смеху помрем из-за тебя, неужели ты такой никчемный?

— Да-да, разве ты не хвастался, что всемогущ? Разве все самки в твоем доме не подчиняются тебе?

— Заткнитесь! — Яростный окрик Мэтью прозвучал слишком поздно.

Герт, и без того колеблющийся, услышав подначки своей компашки приятелей, мгновенно посинел от злобы: — Да, он посмел при мне распустить руки и взбунтоваться! Я намерен его наказать!

http://bllate.org/book/29851/3634127