Готовый перевод How to Survive Inside a Math Book / Запертый в учебнике математики: Как сдать экзамен на любовь?: Глава 4

Молодой учитель на кафедре начал напоминать: Осталось пятнадцать секунд…

Ту Хуа, стиснув зубы, наобум написал несколько символов, соединив пять цифр, хотя результат и не равнялся 24. Он не привык оставлять задания пустыми: даже зная, что ответ неверен, всё равно нужно было что-то написать. В конце концов, в его опыте сдачи экзаменов существовало лишь два исхода: либо ты получаешь баллы, либо нет. Напишешь неверно — баллов не будет, оставишь пустым — тоже. А если написать хоть что-то, глядишь, и накинут балл за старание.

Время вышло мгновенно. Все четверо одновременно положили ручки. Ту Хуа украдкой взглянул на троих соседей: первый, парень в очках, казалось, был полон уверенности, а второй, с короткой стрижкой, выглядел подавленным — вероятно, как и Ту Хуа, не справился с задачей. Он перевел взгляд на Сунь Вэя, сидевшего рядом… что ж, этот высокомерный отличник по-прежнему сохранял полное бесстрастие.

Давайте проверим ваши ответы! — Едва учитель закончил фразу, как на белых листах проступили красные пометки. Рядом с решением Ту Хуа красовался огромный красный крест, а под ним проступили два слова: Ошибка.

Следом ответы и результаты проверки каждого участника поднялись в воздух прямо с листов, словно проекции, повиснув перед каждым из них. Теперь все могли видеть работы друг друга, а исписанная бумага на столах снова стала чистой.

Первым делом Ту Хуа увидел ответ Сунь Вэя. Не зря он считался отличником: почерк был на редкость аккуратным, ни единой помарки, а рядом стояла красная галочка и крупная надпись: Правильно.

5*(5-1÷5)

И правда, в сумме 24! Один разделить на пять — это одна пятая. Большинство людей привыкли выполнять арифметические действия над целыми числами, поэтому умение использовать дроби уже говорило о высоком уровне мастерства. Ту Хуа невольно проникся восхищением.

Взглянув на парня с короткой стрижкой рядом с Сунь Вэем, он заметил, что его лист пуст: там не было ни ответа, ни пометок, что выглядело весьма странно.

Ответ первого парня, в очках, был таким же, как у Сунь Вэя, и тоже отмечен красной галочкой.

— Мне очень жаль, студент Ли Говэй, — учитель покачал головой, обращаясь к парню с короткой стрижкой. — Вы выбываете.

Ли Говэй вздрогнул, широко открыл глаза и воскликнул:

— Разве нельзя выбрать наказание? Я выбираю наказание!

Если бы он прошел через наказание, то смог бы благополучно перейти в следующий раунд.

Учитель вызвал системные правила и пояснил:

— В правилах сказано: Претендент, давший неверный ответ, может выбрать наказание. Вы же не дали неверный ответ, вы вообще не ответили. Это равносильно отказу от участия.

Ли Говэй хотел было что-то возразить, но в следующее мгновение его тело начало медленно бледнеть, распадаясь на пиксели, и вскоре исчезло совсем.

Ту Хуа с облегчением выдохнул: к счастью, он всё-таки нацарапал хоть какой-то ответ.

— Ну а теперь ваша очередь, студент Ту Хуа, — учитель с улыбкой посмотрел на него, хотя Ту Хуа почудилось, что эта улыбка не предвещает ничего хорошего. — Что вы выберете? Наказание или исключение?

Ту Хуа глубоко вздохнул, тщательно припоминая правила, озвученные системой. Судя по тому, как обошлись с Ли Говэем, игровая система была крайне строга, но чем строже и буквальнее правила, тем легче найти в них лазейки, которые противоречат здравому смыслу — этакие «кривые» возможности.

Претендент, выбравший наказание, после его прохождения переходит в следующий раунд игры.

Третий раунд проходят те, кто ответил верно.

Эти два, казалось бы, обычных правила давали Ту Хуа совершенно иную информацию. Во-первых, если он хочет пройти игру до конца, у него есть только один путь: правильно ответить в третьем раунде. В третьем раунде нет опции с наказанием, то есть верный ответ — пропуск дальше, ошибка или отсутствие ответа — прямое исключение.

Во-вторых, фраза после его прохождения переходит в следующий раунд игры. Он не знал, что это за наказание, но был уверен: это испытание, которое претендент в состоянии завершить. Согласно логике игр, даже вычет очков или особые штрафные предметы всё равно выгоднее, чем вылет.

Поэтому Ту Хуа решительно произнес:

— Я выбираю наказание.

Учитель приподнял бровь:

— Хорошо. Сейчас вы подвергнетесь десятиминутному наказанию. Если в процессе почувствуете, что не справляетесь, можете в любой момент сказать стоп. И тогда, как и Ли Говэй, благополучно отправитесь домой.

Ту Хуа ответил:

— Я не скажу стоп.

В следующее мгновение тихий класс внезапно превратился в мрачный и влажный первобытный лес. Бескрайний, без конца и края, а другие двое претендентов и учитель-NPC исчезли, оставив Ту Хуа в одиночестве.

Воздух был пропитан сыростью, под ногами — трава по колено, некоторые стебли пробирались под штанины, щекоча лодыжки. Деревья росли настолько густо, что почти полностью закрывали небо. Ту Хуа протянул руку и коснулся ствола — на ладони тут же выступила влажная роса.

Сцена была до жути реалистичной. Ту Хуа еще никогда не сталкивался с настолько правдоподобными голографическими играми. Ранние проекты требовали ношения специальных костюмов с датчиками, позже появились удобные нейрочипы, но как же Математическое приключение? Каким способом оно погружает претендентов в виртуальный мир? Неужели в тот момент, когда он писал свое имя, тот синий свет передал данные через зрительный нерв прямо в центральную нервную систему?

Он не мог не восхититься способностями Су Гэчи: без всякого снаряжения, с помощью одной лишь книги заставить человека пережить настолько поразительную реальность. Этот человек, несомненно, был выдающимся талантом в мире игр.

Вскоре шорох в чаще вырвал Ту Хуа из раздумий. Когда он увидел источник звука, то наконец понял, что именно учитель-NPC имел в виду под фразой благополучно отправиться домой.

Это был тигр.

С желто-черными полосами по всему телу, с белесой шерстью, переходящей от щек к брюху, он медленно опустил голову и с осторожностью двинулся в сторону Ту Хуа.

Ту Хуа невольно отступил на шаг.

Заметив его страх, тигр заметно ускорил шаг. Он приближался, сокращая дистанцию до десяти метров. Его тело, мощное и гибкое, разительно отличалось от тех, кого держали в зоопарках: глаза хищника светились алчностью и дикостью, и Ту Хуа даже почувствовал исходящий от него звериный запах.

Чем сильнее нервничаешь, тем важнее сохранять спокойствие. Ту Хуа, не сводя глаз с тигра, лихорадочно соображал. Сначала он думал, что это просто игра и любое наказание не нанесет реального вреда его телу.

Но теперь он не был в этом уверен. Ощущения были слишком настоящими: если он может чувствовать влагу на коре дерева, то если тигр набросится и укусит его, пусть даже это не будет смертельно, он испытает вполне реальную боль.

Он не смел рисковать и даже подумывал о том, чтобы сказать стоп.

Тигр подошел вплотную. Ту Хуа прижался спиной к дереву, решив, что если зверь проявит агрессию, он немедленно попросит остановить испытание.

Однако тигр не стал скалиться. Он лишь любопытно повел носом, то и дело поглядывая на парня.

В этом он был невероятно похож на толстого рыжего кота Ту Хуа.

У Ту Хуа уже пять лет жил рыжий кот, с которым они были очень близки: он целыми днями терся об него. Всякий раз, когда Ту Хуа возвращался из парка, покормив бездомных кошек, его кот точно так же обнюхивал его слева и справа, словно спрашивая: Опять ты ходил к другим котам за моей спиной? В таких случаях Ту Хуа обычно чесал его за подбородком, и глупый зверь тут же обмякал, извиваясь своим пухлым телом, чтобы забраться к нему на руки.

Кот и тигр… оба из семейства кошачьих, разница не должна быть такой уж большой, верно? И Ту Хуа принял смелое решение: он медленно протянул руку и положил её на подбородок хищника.

Тигр замер, в упор глядя на Ту Хуа.

Сердце парня бешено колотилось, он боялся, что тигр в один миг откусит ему кисть. Но, видя, что зверь не проявляет агрессии, он решился почесать пальцами густую шерсть на подбородке.

Вертикальные зрачки, только что грозно сверкавшие, мгновенно смягчились. Тигр прищурился, и в его горле зазвучало довольное урчание.

Ту Хуа был просто ошарашен: он! На самом деле! Гладил! Тигра?!

Хотя в голове у него проносился табун мыслей, рука продолжала двигаться уверенно. Тигру так понравилось, что он даже подошел ближе и потерся головой о руку Ту Хуа.

Ту Хуа, который минуту назад думал, что вот-вот станет обедом для тигра, теперь с упоением чесал зверя обеими руками.

http://bllate.org/book/29837/3632615