Готовый перевод Omega Goes Rock / Омега зажигает: рок, ритм и опасный альфа: Глава 15

Ван Фэй: Получено [Весело.jpg]

Эр Го: Получено

Большой Ли: Получено

У Цюэ: ? @Большой Ли тебе не обязательно было присылать

У Цюэ: А Ян Шиань где?

Двое ниже тут же последовали за ними.

Ван Фэй: @Ян Шиань где человек

Эр Го: @Ян Шиань где человек

У Цюэ немного подождал, и лишь спустя время Ян Шиань ответил.

Ян Шиань: Получено

Во второй половине дня Чэнь Хун подала голос в чате.

Чэнь Хун: Наконец-то репетиция? Я пойду на конкурс!

— Пришёл?

У Цюэ возился с гитарой, услышав звук, поднял голову и тряхнул волосами, отчего те слегка заслонили обзор, и поприветствовал гостя.

Сидящий напротив У Цюэ Ван Фэй выглядел невероятно: закинув гитару за спину и устроившись на табурете, он не пожелал сдаваться:

— Не верю. Ну-ка, сбацаю ещё кусочек, неужто опять сможешь подыграть?

В том, что касалось музыки, У Цюэ казался абсолютно бесстрашным. Окинув спинку стула откинувшейся спиной, он закинул ногу на ногу, обнял гитару и легко улыбнулся:

— Давай.

Ян Шиань снял верхнюю одежду, а Тан Цзысинь сидела у стены, сторожа свой бас, и протянула ему стакан фруктового чая:

— Иди сюда, посмотри представление.

Сегодня Тан Цзысинь была облачена в длинное чёрное платье, а несколько вырезов и объёмные розы делали её образ по-прежнему невероятно характерным.

Ян Шиань бегло окинул взглядом обстановку: музыкальных инструментов стало больше, а рядом с Тан Цзысинь стояло несколько набитых бумажных пакетов.

— О чём они спорят? — Ян Шиань принял фруктовый чай и присел.

Табурет показался ему немного низким, и он вытянул ноги.

— Они тут пари заключили. Ван Фэй раньше просто знал, что У Цюэ силён в импровизациях, а теперь они разошлись не на шутку и начали соревноваться: кто собьётся, тот идёт ко мне, я сама его накрашу, а готовый образ оставлю для выступления на конкурсе.

Тан Цзысинь похлопала по стоявшим у ног пакетам:

— Все эти три огромных пакета выбирала я.

— А фруктовый чай предоставил Ван Фэй.

Тан Цзысинь сегодня была слегка накрашена, и было заметно, что черты её лица утончённые и выразительные.

— Ты не против надеть одежду в моём стиле? — внезапно повернувшись, спросила Тан Цзысинь.

— Не против.

Тан Цзысинь с удовлетворением кивнула:

— Тогда для тебя тоже найдётся наряд, сиди и смотри шоу.

Ван Фэй висел наперевес с электрогитарой. Погода сегодня потеплела, и он облачился в комплект в хип-хоп стиле с красно-черной палитрой, а У Цюэ сменил свою белую футболку из акции «купи пять, получи две в подарок» на просторную состаренную чёрную футболку, заправленную в пояс брюк, причём на рваных слегка расклешённых джинсах болталось несколько цепочек.

Приняв удобную позу, У Цюэ приготовил инструмент, ожидая, пока Ван Фэй выдаст козырь.

Ван Фэй поднастроился и сменил электрогитару.

До этого они играли на пределе возможностей, а У Цюэ, обхватив акустическую гитару, выдавал такие переборы, что пальцы едва ли не дымились.

Заметив, что Ван Фэй сменил гитару, У Цюэ принялся быстро анализировать ситуацию.

Звучание этой гитары и процессора эффектов было более воздушным, тихим, и привычная для Ван Фэя последовательность аккордов могла измениться.

Обычно Ван Фэй не сочинял ничего чересчур мягкого, но если он собирался сыграть что-то нежное, справиться с этим тоже было несложно.

И действительно, как и предполагал У Цюэ, Ван Фэй уперся ногой в табурет, и зазвучало нечто такое, от чего казалось, будто лучи солнца ласкают лицо, а сам ты лежишь на мягкой прогретой траве, и всё вокруг так же романтично и нежно, как в сказке.

Сыграв отрывок, Ван Фэй тут же резко замолк:

— На раздумья всего пять секунд!

— Не требуется.

У Цюэ покачал головой и сразу заиграл.

В его голове уже сформировался целостный анализ структуры мелодии: связав её с тем настроением, которого, по его догадкам, добивался Ван Фэй, он перебирал струны без лишнего пафоса. Его партия плавно вплелась в самый последний аккорд Ван Фэя, а смена гармоний на ходу внезапно заставила слух улавливать нечто совершенно свежее — словно в кино с невероятной визуальной глубиной, где помимо всей этой красоты ощущались и крутые повороты сюжета.

Ван Фэй опустился на табурет, крепко обнял гитару и скорчил вымученную гримасу:

— Больше не играю, я тебя недооценил.

Затем он добавил:

— Как ты это подхватил, научи меня.

— Я же услышал движение аккордов. Твоя композиция не отличается особой сложностью, поэтому, прослушав аккорды и определив базовые ноты, на которые ты будешь опираться дальше, я просто прикинул темп и технику — вот и всё, готово, — У Цюэ опустил гитару, держась непринужденно и спокойно. — Главное — побольше практиковаться, играть и слушать. То, что ты не так крут, как я, — это совершенно нормально.

Тан Цзысинь перевела для Ян Шианя:

— Хотя Ван Фэй старше У Цюэ на семь лет, сам У Цюэ занимается музыкой с трёхлетнего возраста и по сей день. Если судить по музыкальному стажу и опыту, он гораздо старше Ван Фэя.

Ян Шиань кивнул:

— Впечатляет.

У Цюэ уперся руками в бока — он был горд собой. Заметив, что Ван Фэй присел на корточки перед тремя огромными пакетами с одеждой, он последовал за ним.

Не трогая фруктовый чай, он взял свой термос и сделал глоток теплой воды, чтобы смочить горло.

— Так, Ван Фэй, иди помогай, проиграл — умей признать поражение.

Большой стол в классе сыграл ключевую роль: Тан Цзысинь руководила Ван Фэем и Ян Шианем, и втроем, разобрав по мешку на брата, они вытащили и разложили всю одежду.

Тан Цзысинь невесть откуда извлекла кейс с косметикой, подключила лампу к розетке и, перебирая вещи в куче одежды, не забывала подкалывать Ван Фэя:

— Жаль, но на тебе эти рубашки будут смотреться нелепо, словно ты продавец страховок в рюшах.

Ван Фэй едва не взъерошился:

— Это что ещё значит?

Тан Цзысинь даже бровью не повела, подбирая куртку и с привычным хладнокровием успокаивая его:

— Я говорю, что тебе больше по душе этот безумный панк-стиль.

Ван Фэй развернул куртку: замысловатый и немного наивный подростковый дизайн привлёк его внимание, однако по одному лишь виду вещи было ясно, что она стоит недешво. Озадаченный, он спросил:

— С виду шмотки не из дешёвых, где ты столько набрала?

— Бюджет предоставил мой У, — на лишённом улыбки лице Тан Цзысинь проступила искренняя радость. Она протянула обе руки в сторону У Цюэ и с благоговением произнесла: — Выражаем благодарность нашему У за столь щедрый спонсорский вклад в нашу Группу «Восьмой день недели».

— Познакомься, та куртка у тебя в руках стоит почти две тысячи.

У Цюэ: «...»

Он уже успел забыть, после какой именно репетиции и последовавшей за ней пьянки он, щедро взмахнув рукой, разбросал красные конверты и в итоге выдал Тан Цзысинь круглую сумму на закупку костюмов и реквизита для группы.

Тан Цзысинь добавила:

— У меня ещё целый ящик украшений припасен, хочешь добавить адреналина?

— Мамочки... — Ван Фэй прекрасно знал, что У Цюэ, с детства занимавшийся музыкой, бедным быть не мог, и принялся наглаживать ткань. — Моя ценность в глазах общественности только что возросла благодаря этой куртке...

— Не переживай, то, что у тебя в руках — самая дорогая вещь из всей этой кучи, — Тан Цзысинь поролась в вещах и быстро подобрала ему комплект. — Шагом марш налево, дуй в пустую классную сторону переодеваться, я не собираюсь любоваться твоим голым торсом.

Ван Фэй: «...Словно я горилла напоказ».

— Твои домашние не против того, чем ты занимаешься? — спросил У Цюэ, заметив, что Ян Шиань, которого Тан Цзысинь тоже привлекла к делу, прислонился к стене.

— Не против, — Ян Шиань посмотрел на него со скрытой в глазах мягкой улыбкой. — Даже если бы были против, всё равно не против.

— Как раз успеем к конкурсу, не придётся ломать голову над притиркой друг к другу, — заметила Тан Цзысинь.

— Чем ближе к финалу этого конкурса, тем больше будет бюджет. В конце концов нас ждёт коллаборация с другим шоу: три группы, и каждая помогает другой.

— Мы совершенно точно сможем забрать приз, — Тан Цзысинь снова окинула взглядом фигуру Ян Шианя и вытащила для него несколько вещей, протянув их парню. — А уж на шоу мы тогда точно попадём.

— Хочешь поучаствовать в телешоу? — поинтересовался У Цюэ.

— Никогда не участвовала, хочется попробовать.

У всей этой компании не было каких-то грандиозных амбиций — им просто хотелось повеселиться.

У Цюэ задумался на несколько секунд, но тут тишину нарушил Ян Шиань.

Глядя на выданные ему вещи, он спросил:

— Почему эта базовая водолазка наполовину прозрачная?

У Цюэ поднял голову.

Слово «наполовину» было ещё мягко сказано.

Та нижняя сорочка состояла из нескольких слоёв тюля в сочетании с кружевом. Если он не ошибался, под ней смутно угадавались бы очертания мускулов, а прямо под грудью шло шитьё из бусин, имитирующих ребра, переходящее у шеи в кружевное плетение, напоминавшее сросшиеся рёбра и позвоночник.

— Тебе же к ней ещё куртку дали, — Тан Цзысинь указала на пиджак у него на сгибе локтя.

Она подняла большой палец с абсолютно невозмутимым видом:

— С такой фигурой грех не похвастаться.

Ян Шиань: «...Пойду переоденусь».

— Не переживай, Малыш У Цюэ составит тебе компанию в этом прозрачном приключении, — Тан Цзысинь похлопала его по плечу в знак утешения.

У Цюэ: «?»

Лишь когда за Ян Шианем закрылась дверь, У Цюэ ошеломленно ткнул в себя пальцем:

— Я?

Тан Цзысинь заранее отложила наряд для У Цюэ и сунула ему стопку одежды со взглядом, полным ободрения:

— Она не слишком прозрачная.

— Да у меня и фигуры-то такой нет, чем мне хвастаться?

— А кто говорил пронаготу? Чуть приоткрытое тело — вот что самое сексуальное, — Тан Цзысинь уперла руки в боки. — Можешь не сомневаться, я сумею придать даже вашему обнажённому виду все цвета радуги.

— Ого, братуха, а ты прокачался.

Ян Шиань везде держал под контролем свои феромоны, но Ван Фэй принимал этот лёгкий шлейф за эксклюзивный парфюм на заказ и подступился ближе, стоило Ян Шианю скинуть рубашку.

— Ох ты ж, это что за шмотка?! — в поле зрения Ван Фэя появилась та самая вещица, просвечивающая насквозь.

Ян Шиань с голым торсом пытался натянуть одежду, утверждённую Тан Цзысинем.

У Цюэ прижал к груди вещи и направился в другую аудиторию переодеваться.

Когда он вошёл, Тан Цзысинь уже поджидала у порога. Стоило ему переступить порог, как она резко раскинула руки и торжественно объявила:

— Кружевное декольте до пупка, винтажный пояс и потрясающее сочетание.

— Разве это декольте? Оно же до самых бёдер! — Ван Фэй ткнул пальцем в сторону У Цюэ.

— Стоп, а почему я так укутан? — Ван Фэй окинул взглядом наряды остальных, у которых суммарное количество ткани едва ли равнялось его одеянию, и подозрительно указал на себя.

Тан Цзысинь открыла кейс с косметикой:

— У тебя — бунтарский крутой панк-стиль, а эти двое выглядят дорого-богато.

— Ладно, пусть я дешевле всех, зато моя одежда — самая дорогая. — Ван Фэй плотно запахнулся в свою одежду и утешил себя.

— Кстати, в этом поясе удобно петь? Если он будет сковывать движения, просто сними его.

У Цюэ поддержал себя за пояс, пару раз глубоко вздохнул и показал знак ок:

— Без проблем.

http://bllate.org/book/29815/3628084