Готовый перевод The Bone-Bound Calamity / Узы, проросшие в кости: Сладкая западня: Глава 13

Фу Цзяань послушно кивнул.

— Что это тут у нас? — поинтересовался Лу Цзэ. — Учитель Дай, зачем я вам понадобился?

Дай Синь вздохнул и подвинул к Лу Цзэ лежавший перед ним лист.

— Один ученик забыл подписать бланк с ответами по китайскому языку, и мы просто поставили ему ноль.

Стоявший рядом Фу Цзяань указал на себя и доброжелательно подсказал Лу Цзэ:

— Мой.

— ...

То есть получается, Фу Цзяань сдал работу по китайскому языку, вообще не получив за неё баллов, и при этом занял девятнадцатое место в параллели? У Лу Цзэ едва не поехала крыша. Этот розыгрыш предназначался вовсе не Фу Цзяань, а мне, мне самому!!!

Лу Цзэ перевёл взгляд на Фу Цзяаня. Тот смотрел на него чистым, наивным взглядом, излучая беззаботную непорочность. Но, вспомнив, на что способен этот скрытный с виду малец, Лу Цзэ теперь видел скрытый умысел в любом его движении и выражении лица. Он ведь специально пытается вывести меня из себя, да?

Дай Синь пояснил:

— Фу Цзяань написал не так много экзаменов, он привыкает сначала отвечать на все вопросы, а имя подписывает в самом конце. На тесте по китайскому языку он не успел дописать сочинение, поэтому в итоге и забыл указать своё имя.

???

Так вот как работает мозг гения? Лу Цзэ был глубоко потрясён.

— Лу Цзэ, ты сидишь рядом с Фу Цзяанем. Не мог бы ты в будущем почаще напоминать ему об этом?

Я ему кто, нянька? — пронеслось в голове у Лу Цзэ.

Но он тут же сообразил, что это бумеранг за его собственное решение сесть с Фу Цзяанем за одну парту. К тому же Дай Синь приходился ему дядей, и это звучало скорее как личная просьба, чем как официальное указание классного руководителя.

Лу Цзэ оставалось только кивнуть.

— Кстати, до меня тут доходили кое-какие слухи, — Дай Синь, судя по всему, хотел обсудить с Лу Цзэ что-то другое. — Кажется, Цзяань не слишком хорошо влился в коллектив класса? Его случайно никто... не обижает?

Не успел Лу Цзэ и рта открыть, как Фу Цзяань опередил его:

— Все ко мне очень хорошо относятся, особенно Лу Цзэ-гэ. То, что мы сидим за разными партами, вовсе не значит, что он меня недолюбливает. Учителю Даю действительно не о чем беспокоиться.

Черт побери, ну и мастер же ты плести слова.

— Вот как? — Дай Синь посмотрел на Лу Цзэ и, отлично зная племянника, воздержался от резких слов. — Скоро выпускной класс, а отношения с людьми тоже влияют на настроение. Не усложняйте всё понапрасну. Провести это последнее время в мире и согласии полезно и для учёбы, и для душевного спокойствия. Вы ведь согласны со мной?

Лу Цзэ сквозь зубы процедил:

— Да.

По дороге обратно Фу Цзяань то и дело поглядывал на лицо Лу Цзэ. Тот шёл с мрачной тучей на лице и хранил молчание. Вокруг золотились опавшие листья, задувал прохладный осенний ветер, и Фу Цзяань чувствовал себя зябко — казалось, весь этот холод исходил от шагавшего рядом человека.

— Ты злишься?

Лу Цзэ молчал.

— Я правда не специально забыл подписать работу.

Лу Цзэ остановился и смерил Фу Цзяаня долгим взглядом:

— Какое мне дело до того, подписываешь ты свои работы или нет? Мы что, так близки?

Фу Цзяань ответил:

— Я не хочу, чтобы ты думал, будто я легкомысленно отношусь к экзаменам.

Вот оно что. Оказывается, он разозлился именно поэтому. Не из-за баллов Фу Цзяаня, а из-за того, что позволил так легко задеть своё самолюбие, так просто поддавшись на провокацию шестнадцатилетнего пацана и восприняв его всерьёз.

А тот в ответ даже пальцем о палец не ударил, чтобы защититься.

— Давай-ка я взгляну, насколько серьёзно ты подошёл к делу и сколько баллов в итоге заработал, — с усмешкой бросил Лу Цзэ, выхватил из рук Фу Цзяаня неподписанный бланк и пробежал его глазами от начала до конца.

Развёрнутый белый лист закрыл половину лица Лу Цзэ, а Фу Цзяань тем временем открыто и не таясь скользил взглядом по его красивым бровям и глазам. Это были глаза баловня судьбы — дерзко взметнувшиеся вверх и идеально гармонировавшие с крутым изломом надбровных дуг, отчего всё его лицо казалось невероятно выразительным, мужественным и одухотворённым.

Человек с такой внешностью не должен быть настолько мягким. Фу Цзяань вспомнил слова Тан Нинсюэ о том, что Лу Цзэ ко всем относится одинаково хорошо, и его снедало упорное нежелание становиться частью этой толпы «всех».

— Какое же это «не успел дописать сочинение»? Ты здесь вообще ни единого иероглифа не вывел. — Лу Цзэ нахмурился, глядя на Фу Цзяаня, и внезапно почувствовал некоторую беспомощность.

— ...Не знал, что писать.

Они стояли в коридоре точь-в-точь как провинившиеся школьники, которых вызвали к директору из-за плохих оценок.

Правда, на деле первый ученик параллели отчитывал второго, который после добавления баллов по китайскому языку мог бы подняться ещё на десяток строчек в рейтинге.

Вернувшись в класс, они застали всё еще не утихавшие оживлённые споры. Лу Цзэ распахнул дверь, и в помещении мгновенно воцарилась тишина. Позади главного отличника шел невозмутимый Фу Цзяань — вернулись оба эпицентра недавних сплетен. Ученики тут же затянули рты и молча уставились в свои парты.

Что происходит? Неужели они подрались?

Никто не смел произнести ни звука, но глазами все дружно провожали двух главных авторитетов школы, направлявшихся к последнему ряду.

Лу Цзэ с размаху хлопнул ладонью по своей парте, издав звук «пхам», от которого у всех внутри всё сжалось от испуга. Затем он упёрся второй рукой в край стола и с усилием толкнул его.

Стоявшие парты сдвинулись, намертво состыковавшись со столом Фу Цзяаня.

Фу Цзяань почувствовал, будто внутри его собственного сердца защёлкнулась какая-то шестерёнка. Запах человека, который ему нравился, вдруг стал невыносимо близким, окутав со всех сторон. На душе стало так радостно — эта радость не имела под собой никаких причин, казалось, будто грудная клетка наполнилась распустившимися цветами. И пусть он, при всей своей сообразительности, понятия не имел, где у этих цветов корни и когда были посеяны семена,

это ощущение невесомости, впервые испытанное им за всю жизнь, не покидало его. Казалось, можно ничего не делать, а на сердце всё равно тепло и светло.

Такое настроение продержалось до самого полудня.

В выпускном классе по воле небес выдался урок физкультуры. По словам Пэн Юаня, преподаватели всех предметов единогласно решили не забирать это время себе, поскольку весь класс в целом неплохо справился с экзаменами, и позволить ученикам выйти из классов глотнуть свежего воздуха.

Но стоило им выйти из здания и ступить на спортивную площадку, как первый класс столкнулся нос к носу с шестым. Это выглядело странно: шестой класс неизменно плелся в самом хвосте успеваемости, вечные аутсайдеры, с какой стати награду заслужили не только они?

Когда ребята закончили разминочный бег и толпа перемешалась, обрывки сплетен донеслись и до ушей Лу Цзэ.

— Говорят, в соседней третьей школе старшеклассник из-за сильного учебного стресса сиганул вниз.

— Да ладно?!

— Руководство города отдало распоряжение снизить нагрузку на выпускников и обратить внимание на их психологическое состояние. Вот они и спохватились вовремя, устроив нам физкультуру.

— То-то я смотрю, в этот раз я так плохо написал тест, а учители даже родителей вызывать не стали...

— Но я слышал, что он прыгнул вовсе не из-за учёбы, а из-за травли.

— Травли? Из-за чего?

— Вроде бы он слишком сильно подтянул оценки и стал у всех бельмом на глазу... К тем ребятам, которые всегда шли в отличниках, все привыкли и молчат, но когда кто-то резко вырывается вперед в выпускном классе... понимаешь, возникает ощущение, будто у тебя отнимают твоё место? Вот кто-то и взбесился. В такой период у каждого нервы на пределе, все жутко чувствительные.

Лу Цзэ не стал ввязываться в разговор и по свистку физрука встал в строй своего класса.

В любое время найдутся ученики, которые терпеть не могут физкультуру, и заставлять их бегать и прыгать весь урок напролёт — сомнительный способ расслабиться. Поэтому учитель выдвинул лишь одно условие: каждый должен забросить мяч в кольцо хотя бы один раз. Кто справился — свободен до конца урока, занимайся чем хочешь, главное — не сиди в классе.

Несколько высоких парней, неплохо игравших в баскетбол, первыми вышли вперёд, демонстрируя мастерство и забрасывая мячи самыми изощренными способами. Среди девчонок тоже нашлись любительницы спорта — например, Е Минъянь. Будучи старостой класса по спортивной части, она славилась на всю школу меткостью в женских баскетбольных матчах. При этом, обладая миловидной внешностью, на поле она держалась невероятно круто и дерзко.

Забросить мяч для неё было пара пустяков: оттолкнувшись от земли и взмахнув кистью, она отправила мяч по идеальной дуге в воздух, точно поразив цель и сорвав аплодисменты всей площадки.

Не успели оглянуться, как большая часть учеников уже справилась с задачей, но никто не расходился — все обступили баскетбольную площадку плотным кольцом.

Потому что впереди самое интересное.

Ни Фу Цзяань, ни Лу Цзэ к кольцу ещё не подходили.

Следующим был Лу Цзэ. Получив мяч, он встал на линию трёхочковых бросков и, даже не подпрыгивая, лишь слегка приподнявшись на носках и задействовав силу запястья и мышц рук, легко и непринужденно забросил трёхочковый.

Цзян Янь захлопал в ладоши:

— Хорош, мастерски выпендрился!

Лу Цзэ повернул голову, автоматически отыскивая взглядом другую фигуру.

Прекрасно, просто великолепно. Фу Цзяань даже не посмотрел в эту сторону. Под всеобщими взглядами, устремлёнными на площадку, он стоял рядом с Е Минъянь и они о чём-то оживленно спорили, оживленно жестикулируя. Е Минъянь объясняла очень увлечённо, а заметив, что рука Фу Цзяаня лежит под неправильным углом, даже сама поправила её, слегка подтолкнув.

Словно чей-то чужой приказ завладел его разумом, Лу Цзэ шагнул прямо между ними и, наклонив голову, бросил:

— Пропустите.

Глава 12. Бросок в кольцо

Стоило словам сорваться с языка, как Лу Цзэ тут же пожалел о них. Какого чёрта его так волнует взгляд Фу Цзяаня? Чего он надеялся увидеть — как Фу Цзяань, поражённый его невероятным мастерством, рухнет на колени и завопит папа?

Понятно же было, что Фу Цзяань с его тонкими руками и ногами слаб физически и, возможно, сроду мяча в руках не держал. Разве это преступление — заставить Фу Цзяаня немного позавидовать в той сфере, где он сам безоговорочно побеждает? Но в итоге...

Лу Цзэ со злостью протиснулся между Фу Цзяанем и Е Минъянь, чуть не прожжевав обоих взглядом в спину. И в этот момент кто-то неожиданно пнул его сзади.

???

Пэн Юань опустил ногу.

— По-моему, тебе самому лучше его учить.

— Чего? Кого учить? — Лу Цзэ уже собирался выругаться, но слова Пэн Юаня сбили его с толку.

— Своего соседа по парте.

Это уже начинает смахивать на обязанности опекуна Фу Цзяаня. Лу Цзэ нахмурился:

— По-твоему, у нас с ним дружеские отношения взаимопомощи?

— Да мне всё равно, — Пэн Юань смотрел прямо перед собой. — Даже если вы заклятые враги, я просто наблюдаю со стороны. Впрочем, не все стремятся оставаться лишь зрителями.

Услышав это, Лу Цзэ прислушался к разговорам вокруг:

— Хрупкий ботаник собрался в баскетбол играть?

— Поглядите на эти тощие ручки, он этот мяч даже поднять не сможет.

http://bllate.org/book/29771/3622683