Готовый перевод Chinese Chic Shock to Fashion / Китайский прорыв: Мода, вкус и дерзость Тан Нин: Глава 7

Если бы накануне несколько студентов не остались дома у Профессора Цянь, чтобы воспользоваться швейной машиной и закончить образцы одежды для конкурсных работ, никто бы не знал, сколько времени прошло бы, прежде чем обнаружили внезапное ухудшение состояния у такой пожилой женщины, живущей в одиночестве.

Но даже несмотря на то, что ее обнаружили вовремя, когда приехала скорая помощь, Профессор Цянь уже была без сознания. Первоначальный осмотр показал инфаркт миокарда наряду с инсультом, а вскоре после поступления в больницу ее сердце остановилось. Несмотря на все усилия врачей, спасти ее не удалось.

Когда Мать Тан позвонила, трубку взял студент Профессор Цянь. К тому моменту больница уже объявила о смерти Профессора Цянь. Звонок приняла девушка, и, узнав, что Мать Тан была близко знакома с Профессором Цянь, сквозь слезы сообщила ей о ее кончине.

Мать Тан сразу услышала растерянность в голосе девушки. Подумав, что та, скорее всего, никогда в жизни не сталкивалась с подобным, она поспешила успокоить ее и одновременно велела Тан Нин и Отцу Тан срочно ехать в больницу.

Тан Нин понимал значение смерти — она означала конец чьей-то индивидуальной истории. Тан Нин не мог описать свои чувства, поэтому, когда Отец Тан и Мать Тан попытались утешить его, чтобы он не слишком горевал, они увидели лишь совершенно бесстрастное лицо.

Это была первая встреча Тан Нин с другими учениками Профессора Цянь. Когда Профессор Цянь наставляла Тан Нин, она чаще всего сама приходила к нему домой. Тан Нин требовалось очень много времени на адаптацию к новой обстановке, и он отправлялся к Профессору Цянь лишь тогда, когда для занятий нужны были громоздкие вспомогательные инструменты, которые невозможно было перевезти. Из-за столь редких визитов он никогда не пересекался с другими учениками Профессора Цянь.

В силу возраста Профессора Цянь единственными родственниками, с которыми удалось связаться, была семья ее племянника. Однако поскольку они находились за границей, после обсуждения с ними все вопросы, связанные с похоронами Профессора Цянь, Отец Тан и Мать Тан взяли на себя совместно со школой и местным комитетом.

В день кремации практически все ученики Профессора Цянь прибыли на место. Тан Нин также увидел того самого вице-декана, который впоследствии станет считать его бельмом на глазу и занозой в теле.

Мэй Лянсин на самом деле был первым человеком, которому та девушка позвонила после того, как Профессор Цянь увезла скорая. Весь факультет дизайна одежды Университет Хуацин знал, что вице-декан был любимым учеником, лично выращенным деканом, человеком, который был близок с ней как сын с матерью. Но кто бы мог подумать, что Мэй Лянсина тогда никак не удавалось найти. Если бы не своевременный звонок Матери Тан, девушка действительно не представляла бы, что делать.

Даже Мэй Лянсин не ожидал, что старушка, чье здоровье в повседневной жизни казалось таким крепким, вдруг умрет в этот момент. Было еще много вещей, которые он так и не успел получить от Профессора Цянь, однако после ее смерти место декана наконец-то должно было освободиться для перестановок.

При этой мысли настроение Мэй Лянсина, и без того не омраченное особой скорбью, стало еще более приподнятым. То небольшое сожаление, что теплилось в его душе, касалось вовсе не кончины Профессора Цянь, а того, что после ее смерти все принадлежавшие ей наработки так и не перешли в его руки.

Профессор Цянь, разумеется, прекрасно понимала все подковерные интриги внутри института. Если она и цеплялась за эту должность, то лишь ради того, чтобы с ее помощью эффективнее выискивать по-настоящему подходящие таланты и воплотить в жизнь свои незавершенные чаяния. Но время не ждало: она ушла слишком рано, так и не дождавшись, пока Тан Нин полностью вырастет и раскроет весь свой потенциал.

— Все застыли в почтительном молчании. Пожалуйста, опустите головы, почтите память минутой молчания, — произнес распорядитель похорон, после чего музыканты заиграли Прощание.

Среди всех пришедших проститься с Профессором Цянь учеников лица выражали самые разные эмоции, и едва ли среди них нашлось хоть несколько человек, искренне испытывавших скорбь, тоску и боль утраты.

Была ли жизнь Профессора Цянь одинокой? Ведь она воспитала столько учеников.

Нашелся ли хоть один ученик, заставивший ее гордиться? Тан Нин никогда не задавал Профессору Цянь этот вопрос впрямую.

Если бы он знал, что получение второй рукописи Техника вышивания Санлюй из рук Профессора Цянь за неделю до выпускных экзаменов станет их последней встречей, ему следовало бы дольше смотреть на Профессора Цянь. Наверное, ему стоило заговорить с ней первым — пусть даже о тех вещах, которые могли бы вызвать у нее недопонимание.

Думая об этом под звуки мелодии Прощания, Тан Нин слегка приподнял голову и посмотрел на стоявший вдалеке гроб, утопающий в цветах. После минуты молчания гроб должны были увезти в зону кремации, и огонь навсегда стер бы самое прямое доказательство существования этого человека.

Он познакомился с Профессором Цянь в пять лет, и с тех пор прошло уже тринадцать лет. Профессор Цянь стала для Тан Нин самым близким человеком после родителей, и тем не менее она вот так просто ушла.

Что значит быть одновременно и наставником, и другом? Профессор Цянь определила это понятие своими отношениями с Тан Нин.

После окончания похорон Тан Нин уже собирался уходить вместе с родителями, как вдруг услышал приглушенный спор.

— Этого не может быть! Разве вы двое последнее время не околачивались дома у профессора? Как вы могли не видеть рукопись? — говорил именно Мэй Лянсин. А допрашивал он тех самых двух девушек, которые первыми обнаружили ухудшение самочувствия Профессора Цянь и отправили ее в больницу.

— Профессор Мэй, мы действительно не видели никаких рукописей! Разве Профессор Цянь не всегда лично демонстрировала Техника вышивания Санлюй? Она никогда не давала нам никаких рукописей в качестве справочного материала.

— Вы что, в ее доме ничего не заметили? — Мэй Лянсин все еще не оставлял надежды. Он не верил, что перед смертью Профессор Цянь не передала все свои знания по Техника вышивания Санлюй. Этого просто не могло быть.

— Мы правда ничего не видели, профессор Мэй. — Девушки уже начали раздражаться от расспросов. Они не понимали, почему Мэй Лянсин, которого все считали близким к Профессору Цянь словно родной сын, едва появившись, стал допытываться насчет каких-то несуществующих рукописей, не сказав ни единого слова, чтобы справиться о состоянии Профессора Цянь перед ее смертью.

Тан Нин стоял метрах в десяти от них. Это была парковка, и он находился за машиной, так что Мэй Лянсин и остальные не могли заметить присутствия посторонних.

Заметив у машины парочку невесть откуда взявшихся желтых собак, Тан Нин бросил оставшуюся от недоеденного бутерброда половинку, лежавшую в автомобиле, бродячей собаке с маленьким щенком, что крутились у дороги. Большая собака облизала хлеб и носом пододвинула его к щенку. Щенок радостно вилял хвостом, но, сделав всего пару кусков, принялся царапать хлеб лапой. Большая собака, видя это, продолжала подталкивать щенка носом, однако малыш наотрез отказывался есть. Лишь когда взрослая собака сама доела оставшуюся часть хлеба, щенок принялся слизывать с земли крошки.

Тан Нин снова перевел взгляд на Мэй Лянсина и тихо произнес:

— До собаки тебе далеко.

http://bllate.org/book/29746/3619115