Готовый перевод The Scorned One Hoards, Then Everyone Burns / После расставания: как стать королем выживания: Глава 2

Раздался скрипучий звук, железную дверь толкнули, и из темноты снаружи шагнула высокая фигура.

На нем были черный короткий рукав и серые спортивные штаны, сам он промок насквозь, а тонкая ткань плотно облегала его мощное тело, отливая под дождем холодным блеском. При каждом движении проступали рельефные контуры напряженных мышц, от которых исходило обжигающее мужское тепло, а под ним, казалось, скрывалась какая-то дикая, сжигающая жажда.

В руке он держал пакет, плотно замотанный в полиэтилен. В тот момент, когда он распахнул дверь, в ночном небе громыхнула молния, осветив его лицо.

Короткий ежик волос, густые брови — это было суровое, неподвижное лицо.

У него были раскосые глаза с приподнятыми к вискам угольниками, что делало взгляд невероятно острым, а губы плотно сжаты, создавая впечатление человека немногословного, холодного и нелюдимого.

В комнате не было света, и, войдя, он смог добраться до кровати Цяо Си лишь призрачном свете луны. Если присмотреться, его движения были немного скованными и замедленными, а правая нога выглядела хромой.

В тот самый миг, когда их взгляды встретились, он инстинктивно окинул Цяо Си с головы до ног.

Цяо Си был изящным и мягким, леденяще-белым, словно лакомый ягнёнок, которого раздели догола и бросили на постель на потеху окружающим.

Оглядев Цяо Си, он медленно отвел взгляд.

Лишних стульев в комнате не было, поэтому он просто опустился прямо на пол и принялся разрывать слой за слоем полиэтиленовый пакет, обнажая спрятанную внутри еду.

Один хлебец, пачка печенья.

Он надломил упаковку с печеньем, протянул Цяо Си, сжал тонкие губы и выдавил из себя одно слово:

— Ешь.

Цяо Си с трудом приподнялся, опираясь на собственную руку, и опустил взгляд на него.

В полумраке комнаты высокий, крепкий мужчина сидел на полу прямо перед ним, отдавая ему последние крохи еды. Заметив, что тот не шевелится, мужчина нахмурился, сам взял печенье и впихнул ему в рот.

Его пальцы были длинными и грубыми, покрытыми тонкими мозолями, а сила — огромной. Одним движением вверх-вниз он раздвинул нежные губы Цяо Си и тут же протолкнул внутрь печенье.

Губы Цяо Си были мягкими и гладкими, а кусок печенья — слишком большим. Когда его заталкивали внутрь, в горле у него вырвался слабый жалобный звук, и когда он, чуть запрокинув голову, с трудом сглотнул, кончик его языка невольно скользнул по пальцам мужчины.

Словно кошка лизнула — влажно и щекотно.

Дыхание высокого мужчины стало еще тяжелее. Его хищные глаза скользнули с губ Цяо Си на ключицы, тонкую талию и бедренные кости, долго задерживаясь на них, но прежде чем Цяо Си успел это заметить, он медленно отвел взгляд и посмотрел на печенье в собственной руке.

В его голове пронеслись самые разные дурные мысли, но, взглянув на слабость Цяо Си, он вновь подавил их.

Тот еще не поправился, ему было жаль причинять ему боль.

А Цяо Си ничего не замечал. Его белая кадык дернулся вверх-вниз, прежде чем он с трудом проглотил кусок. Опасаясь, что мужчина засунет второй, он торопливо спросил:

— Сюэ Цаншань... ты не видел, приходил ли мой жених искать меня?

Сидевший на полу Сюэ Цаншань слегка замер, разворачивая еще одно печенье, затем съел его сам, опустив голову, проглотил и глухо бросил:

— Нет.

Цяо Си не смог скрыть разочарования.

— Кто знает, может, он уже мертв, — Сюэ Цаншань медленно пережевывал печенье во рту, выговаривая каждое слово: — И у тебя больше нет жениха.

Цяо Си огорчился и тихо произнес:

— Он не умрет, он обязательно придет и спасет меня.

Сюэ Цаншань сидел на полу и с силой пережевывал печенье во рту, словно жрал плоть того самого жениха Цяо Си. Его мрачные глаза бросили на Цяо Си тяжелый взгляд.

Он думал: даже если этот так называемый жених действительно жив, он все равно никому не отдаст Цяо Си.

Тот, кого он вытащил и спас, должен принадлежать ему.

Впрочем, Цяо Си еще не восстановился, а он не хотел пугать его, поэтому подавил эти темные порывы и лишь перевел взгляд на окно.

За окном бушевал бесконечный ливень.

Цяо Си тоже смотрел на окно.

Три месяца назад на город К обрушился тайфун с ливнями, вызвав природный катаклизм. После недолгой изоляции дожди не утихли, а наводнение стало только свирепее.

Половину месяца назад у всех кончилась еда, и людям пришлось в спешке спасаться бегством. Но спасателей не хватало, и когда настала их очередь, оставался всего один спасательный катер, а потому кем-то одним пришлось бы пожертвовать.

Его жених тогда оставил его.

Перед уходом жених обнял его и твердо, с обещанием в голосе поклялся, что обязательно вернется за ним.

Поэтому он остался ждать на прежнем месте.

Но вскоре место, где он находился, затопило, и в воде он распорол живот торчавшей арматурой. Он уже думал, что умрет, но никак не ожидал, что перед самой смертью его выловит из бурлящих вод Сюэ Цаншань и принесет к себе.

Все эти полмесяца за ним ухаживал именно Сюэ Цаншань.

Сюэ Цаншань отлично держался на воде, мог находить еду посреди потопа и выбираться наружу за помощью, поэтому Цяо Си умолял его попутно поискать его жениха, когда он отправляется на поиски пропитания.

Его жених непременно вернется за ним.

Но сейчас Сюэ Цаншань ответил, что нет.

Сердце Цяо Си пронзила острая боль, и на его мягком, прекрасном лице отчетливо отразилось разочарование.

Немного подумав, он решил поблагодарить Сюэ Цаншаня: в это время, пока жениха не было рядом, он выжил лишь благодаря Сюэ Цаншаню.

И в тот самый миг, когда он только приоткрыл рот, не успев произнести ни слова, Сюэ Цаншань затолкнул ему в рот последний кусок печенья. Пока Цяо Си мычал с забитым ртом, Сюэ Цаншань поднялся на ноги и направился к выходу.

— Т-ты куда? — с трудом проглотив крошки печенья, невнятно спросил Цяо Си.

Сюэ Цаншань шел за лекарствами. У Цяо Си было множество внутренних ушибов от падений в воду, он был не в состоянии встать с постели, а рана на животе грозила воспалиться, требовались противовоспалительные средства. Если бы у него началось воспаление и поднялась высокая температура, в такой обстановке это означало неминуемую смерть.

Только вот весь город был затоплен, и поиск лекарств обещал стать крайне сложным делом.

— Выйду кое-что добыть, — Сюэ Цаншань даже не обернулся. Лишь покидая комнату и закрывая дверь, он чуть склонил голову, а его резкие черты лица вспыхнули в свете молнии, когда он с нажимом произнес, обращаясь к оставшемуся внутри Цяо Си: — Не выходи бездумно на улицу, снаружи опасно.

Цяо Си подумал, что тот говорит о погоде, бросил взгляд на окно, затем на дверь и ответил:

— Дождь скоро кончится, нас вот-вот спасут.

http://bllate.org/book/29720/3616639