Готовый перевод The Emperor's Feast / Слышу твоё сердце: тайная любовь соперницы: Глава 13

Впрочем, жить вместе — это всего лишь значит делить одну квартиру, но в разных комнатах. Ду Цзин по этому поводу совершенно не переживала.

— Эй, преподаватель Е пришла, тут есть свободное место! — Ду Цзин подняла голову, глядя в сторону, откуда донесся голос.

Голос был до боли знакомым, словно она уже где-то его слышала. Ду Цзин на мгновение задумалась: кажется, это была Тан Сяовань, та самая актриса второго плана, которая только что стояла у неё за спиной и рассуждала о том, что Ду Цзин не соответствует занимаемому месту.

В этот момент Тан Сяовань махала рукой Е Чжи, озарив лицо мягкой улыбкой. Внимание всех присутствующих тут же переключилось на них, и некоторые, поддавшись любопытству, принялись гадать, насколько близко они знакомы.

Сердце Тан Сяовань бешено колотилось: под прицелом стольких взглядов она чувствовала невероятное удовлетворение.

Она давно мечтала поработать с Е Чжи, но всегда придерживалась образа зрелой и невинной соблазнительницы, что совершенно не вязалось с ролями, которые играла Е Чжи.

Привлекательная внешность, посредственная актерская игра и полное отсутствие значимых работ — в индустрии развлечений таких, как она, пруд пруди; в лучшем случае она была актрисой третьего эшелона.

Она искренне восхищалась Е Чжи и два года упорно трудилась, чтобы наконец, пару месяцев назад, сняться с ней в одном проекте. Однако Е Чжи отличалась холодным, отстраненным характером и со всеми на съемочной площадке держалась подчеркнуто сухо. Даже тогда, снимаясь вместе, Тан Сяовань так и не удалось подружиться с ней — Е Чжи смотрела на неё как на совершенно чужого человека.

Роль второго плана в этом проекте она выбила с большим трудом, ради неё даже отказалась от других съемок. Была уверена, что роль у неё в кармане, но режиссер Чжан в итоге выбрал Ду Цзин.

Услышав список актеров, она испытала приступ острой несправедливости. Статус Ду Цзин был примерно таким же, как у неё, к тому же та уже давно почти не появлялась на публике. Только из-за того, что она начала карьеру раньше и какое-то время носила титул национальной богини, она продолжала почивать на лаврах — как такой человек может сравниться с ней?

Какая еще популярная актриса? Скорее, увядающий полевой цветок, идущий на спад!

Тан Сяовань спрятала недовольство в глубине глаз и снова помахала Е Чжи. Преподаватель Е — человек вежливый, раз уж она окликнула её при стольких людях, та наверняка проявит уважение, верно?

Глядя на ослепительно красивое лицо Е Чжи, Тан Сяовань улыбнулась как можно ярче, теша себя этими мыслями.

Е Чжи вошла снаружи, полностью проигнорировав призывы Тан Сяовань, и под взглядами присутствующих направилась прямиком к Ду Цзин.

На её белоснежных пальцах болталось кольцо для ключей с маленькой карточкой-ключом.

Похоже, это был ключ от дома, где им предстояло жить. Судя по всему, дверь открывалась электронной картой, что отличалось от традиционных замков в гостевых домах вроде тех, что были в Горах Яньхуэй. У остальных, например у Жо Цинь, были обычные ключи — видимо, условия в их доме были получше.

Улыбка Тан Сяовань застыла на лице. Она увидела, как Ду Цзин молча взяла карточку, а Е Чжи совершенно естественно села рядом с ней. Взгляды окружающих тут же скрестились на Тан Сяовань — в них сквозила насмешка, а за спиной послышались шепотки:

— И правда думала, что они близки.

— Ой, брось, преподаватель Е её вообще за человека не считает.

— Тише, она же бегает за преподавателем Е, вот и пытается изо всех сил набиться в подруги.

— Ха-ха-ха, ну куда ей до учительницы Ду.

Каждое едкое слово долетало до её ушей, и лицо Тан Сяовань мгновенно побелело. Хотя она не была главной звездой в этом составе, почему, когда дело доходит до сравнений, обязательно нужно приплетать Ду Цзин? Чем она хуже Ду Цзин?

Ду Цзин видела, как та крепко сжала кулаки, так что острые ногти впились в ладони. Сделав глубокий вдох, Тан Сяовань опустила голову и принялась за еду, но её прелестное личико густо покраснело.

Ду Цзин мысленно похвалила её: надо же, какая выдержка, промолчала!

Насмешки вокруг продолжались, но тут раздался звонкий голос:

— Тан Сяовань, иди сюда, присаживайся.

Вокруг мгновенно воцарилась тишина. Это Ду Цзин, улыбаясь, позвала Тан Сяовань. Та от неожиданности замерла, озадаченно глядя на неё.

Затем она перевела взгляд на сидевшую рядом Е Чжи, немного поколебалась и всё-таки пересела к ним.

Гнев и зависть в её душе немного утихли — она не ожидала, что Ду Цзин протянет ей руку помощи.

Ду Цзин, мило улыбаясь, продемонстрировала две ямочки на щеках и как ни в чем не бывало продолжила болтать с Жо Цинь.

На самом деле она не была святой. У каждого свои мысли, и хотя Ду Цзин пока не знала, что за человек Тан Сяовань, она придерживалась принципа: лучше иметь лишнего друга, чем лишнего врага, поэтому решила её поддержать.

В конце концов, быть объектом обсуждений — не самое приятное чувство. Она знала это по себе: с самого начала карьеры она всегда помогала новичкам. Неважно, что о ней думали другие, она старалась нести добро и, если была возможность, подставляла плечо. Именно поэтому у Ду Цзин всегда была отличная репутация в кругах индустрии.

Но если Тан Сяовань продолжит относиться к ней с предубеждением, что ж, поделать нечего — в крайнем случае, она просто будет держаться от неё подальше, невелика беда.

Е Чжи с легкой улыбкой мельком взглянула на Ду Цзин, а затем отвела взгляд.

Ду Цзин, по-видимому, услышала шутку Жо Цинь и заулыбалась еще шире. Тан Сяовань видела эту сцену, и гнев в её сердце вспыхнул с новой силой, словно масло плеснули в раскаленные угли. Все зачатки раскаяния, едва возникнув, тут же угасли. Вокруг больше никто не говорил, но теперь каждое слово казалось ей еще более ядовитым.

Ду Цзин позвала её лишь для того, чтобы она на это посмотрела! Она прекрасно знала, что Е Чжи её не жалует, так что доброта была фальшью, а всё это — лишь показуха.

Ду Цзин, совершенно не подозревая о её мыслях, усердно жевала свой обед, когда заметила, что тарелка Е Чжи осталась почти полной.

Она с недоумением посмотрела на Е Чжи. Вспомнила, что та играет роль болезненной красавицы, но сейчас Е Чжи выглядела слишком здоровой, так что, видимо, приходилось прибегать к диете, чтобы добиться нужного эффекта.

У режиссера Чжана была нанята специальная повариха, которая постоянно ездила со съемочной группой и готовила еду. Каждый день она придумывала разнообразные блюда.

Ду Цзин с тоской смотрела на почти не тронутую свинину с сушеными овощами и коробку курицы по-сычуаньски в тарелке Е Чжи. Слюнки предательски потекли — эта повариха готовила так вкусно, что никакой ресторан не сравнится, и Ду Цзин было невыносимо завидно.

http://bllate.org/book/29631/3604863