Готовый перевод The Pitiful Child is Pampered by Brother Wen / Бесстыдное обожание: Как брат Вэнь приручил колючего малыша: Глава 13

После обеда Вэнь Сюй вместе с Тантан вернулся в свой кабинет и с планшетным стилусом в руке просидел за рисованием больше получаса.

Изначально он планировал нарисовать на чехле для телефона собаку, срисованную с Тантан. Посмотрев на экран на чибика с жёлтой чёлкой, Вэнь Сюй хмыкнул и сохранил черновик.

Он взял телефон, написал Цюй Цзямину в Уичат и, не дождавшись ответа спустя двадцать минут, позвонил ему.

— Алло? Пёс Вэнь?

— Сегодня вечером есть время? Вытащишь Цинь Яо и остальных пропустить по стаканчику? — спросил Вэнь Сюй.

— Сегодня вечером никак, Ниннин подвернул ногу в школе, я как раз собираюсь везти его в больницу. Давай в следующий раз, пёс Вэнь, не могу болтать, я уже у ворот его школы.

— Хорошо. — Повесив трубку, Вэнь Сюй подумал про себя, что стоит пустить всё на самотёк: его собственные сомнения вряд ли получат чёткий ответ от кого-то другого, и, взяв стилус, он продолжил рисовать.

В воскресенье в девять тридцать утра Вэнь Сюй проснулся от непрерывной череды звонков от Ли Наня, который требовал срочно бежать в магазин. С самого открытия там закрутился такой круговорот дел, что народу было битком, а у входа даже выстроилась очередь.

Вэнь Сюй вчера допоздна размышлял о своём и толком не выспался, из-за чего от утреннего шума ужасно раздражался. Но делать было нечего — пришлось вставать, умываться, приводить в порядок себя и Тантан и отправляться в путь.

Когда он добрался до магазина, на улице уже тянулась довольно длинная очередь. Все крутились как белки в колесе, и Вэнь Сюй тут же поспешил к стойке администратора принимать оплату, а Ван Юэ отправил встречать гостей.

Вэнь Сюй заметил группу девушек, пришедших поплескаться в воде. Они сбежались вместе, щебеча без умолку, и, переговариваясь, то и дело поглядывали на Тан Цзяня.

— Какой красавчик! Ты сфотографировала? — спросила первая девочка.

— Я как раз собиралась, а он повернулся. Эй, как думаете, он случайно не метис? Мне кажется, у него такая бледная кожа, совсем не как у азиатов. Ужасно красивый! — поддержала вторая.

Хм, а этот желточубик и правда пользуется популярностью, — подумал про себя Вэнь Сюй.

— Успела, успела! Пойдёмте расплачиваться, — сказала третья девочка.

— У кассы тоже стоит красавчик! Разве там только что не худенькая высокая девушка была? — удивилась четвёртая.

Несколько девчонок выложили выбранные товары на прилавок, и Вэнь Сюй принялся пробивать покупки для первой, второй, третьей и четвёртой.

Одна из девушек достала телефон и, украдкой попытавшись сделать снимок, вдруг услышала голос того самого симпатичного парня, которого хотела запечатлеть:

— Только не надо исподтишка меня фоткать. Если хотите сфотографировать — делайте это открыто. У вас ракурс неудачный выходит, может, мне вам позу принять?

Ещё мгновение назад они собирались сгореть со стыда за то, что их поймали за тайной съёмкой, но такой поворот событий заставил их рассмеяться, и они попросили Вэнь Сюя показать знак победы из пальцев.

— Красавчик, а можно я выложу фото в Вейбо? Я помогу прорекламировать ваш магазин!

— Конечно, можно.

Обернувшись и увидев, что Вэнь Сюй снова вовсю расточает своё обаяние и дурачится, Ли Нань вздохнул: нужно срочно искать новых работников, иначе с таким непутёвым боссом далеко не уедешь.

Только к половине третьего дня посетителей в магазине стало поменьше. Юй Лили засуетилась насчёт заказа еды, и Вэнь Сюй заявил, что сделает заказ сам — сегодня они побалуют себя чем-нибудь вкусненьким.

Сесть за обед удалось лишь ближе к трём часам. Вэнь Сюй заказал еду из ближайшего корейского ресторана: еда оказалась невероятно вкусной, но, разумеется, и стоила недешево.

Вся эта компания впервые обедала вместе в такой тишине — слышалось лишь чавканье да прихлёбывание супа, и лишь когда все наелись примерно на семь-восьмеро из десяти, они начали возвращаться к привычному шумовому оформлению.

Вэнь Сюй заметил, как Тан Цзянь зажал палочками сразу два куска жареной свиной грудинки и отправил их в рот, отчего его щека забавно округлилась. У него даже зачесались руки — так и хотелось её потыкать.

— Ой мамочки, зуб даю, все туристы Поднебесной сегодня собрались у нас в Хайши. У меня аж ноги трясутся! Вечером иду в баню на массаж, вы со мной? — поинтересовалась Юй Лили, подкрепившись и наконец обретши прежнюю бодрость.

— Пошли. Синьжань, Ван Юэ, давайте с нами, хоть спинки друг другу потрём, ха-ха-ха, — предложил Лю Сяоюй.

— Зака-бака, бака-зака, пи-квань-нуань-квань, му~~~ Солнышко такое яркое, потрём бока, забирай давай, чу~~~

Внезапно раздался рингтон. По сравнению с остальными, уже привыкшими к этой причуде, Тан Цзянь по-прежнему считал такую мелодию чересчур безумной.

Вэнь Сюй бросил взгляд на экран телефона и вздохнул. Ли Нань подглядел из-за его плеча и расхохотался:

— Ой, матушка снова на связи, ха-ха-ха-ха!

Под недоумённым взглядом Тан Цзяня Вэнь Сюй ответил на вызов:

— Алло, мам.

— Сынок, ты столько времени дома не был. Возвращайся в понедельник, пообедаем у твоей тёти. Бабушка последние пару дней только и говорит, что соскучилась по тебе.

Вэнь Сюй шумно выдохнул: главное, чтобы в этот раз ему снова не пытались сосватать какого-нибудь качка-мускулиста.

— Угу, понял. В понедельник утром приеду на машине.

— Хорошо. Я попрошу отца погрузить тебе новинки с нашего завода, раздадишь их ребятне в магазине.

— Судя по твоему лицу, на этот раз твоя матушка обошлась без насильственного сватовства? — поинтересовался Ли Нань, когда Вэнь Сюй закончил разговор.

Тан Цзянь: ??? Разве на свидания вслепую ходят не по доброй воле? Выходит, он зря наговаривал на босса?

— Велела возвращаться в понедельник, говорит, бабушка соскучилась, — ответил Вэнь Сюй.

— А не кроется ли тут хитрость вроде обходного манёвра? Заставит тебя вернуться под предлогом отвлечения внимания, а потом выкинет какой-нибудь финт ушами, — предположил Ли Нань.

— Ли Нань, если ты ещё хоть раз так исковеркаешь чтение идиом, я тут же поступлю с тобой как с отслужившим ослом! — процедил сквозь зубы Вэнь Сюй.

После обеда Тан Цзянь вспомнил, что Лю Мэн предлагала ему работу, а он до сих пор не угостил её обедом. Как раз завтра у него был выходной, и он тут же достал телефон, чтобы отправить ей сообщение в Уичат.

[В мешке мечты миллион] Сестрица Мэнмэн, у меня завтра выходной. Ты в утреннюю смену или в вечернюю? Я хочу угостить тебя обедом.

[Сестрица Мэнмэн] Эх, Сяоцзянь, давай пока отложим наши обеды, похоже, скоро я составлю тебе компанию.

[В мешке мечты миллион] А? Ты тоже решила уволиться? Почему?

[Сестрица Мэнмэн] Наверное, в ближайшие пару дней. У вас же там всё ещё требуются люди, верно? Я помню, позавчера Сяоюй говорил, что им нужен ещё один человек.

[В мешке мечты миллион] Я прямо сейчас спрошу!

— Нан-гэ, мы всё ещё никого не ищем? Человек, который помог мне устроиться — знакомая Сяоюй, она тоже говорит, что хочет уволиться, — обратился к нему Тан Цзянь.

— Ищем! Пусть приходит! — стоило Ли Наню услышать, что кто-то хочет устроиться, как в нём мгновенно проснулся энтузиазм.

Вэнь Сюй бросил косой взгляд на телефон в руке Тан Цзяня и поинтересовался:

— Твоя пассия прийти надумала?

— А? Нет, это бывшая коллега из ресторана, сестра Мэнмэн. Она очень ответственно подходит к работе, начальник.

Тц, сестра Мэнмэн, брат Нан, а как до меня доходит — так сразу сухое начальник, — подумал Вэнь Сюй.

— Мэнмэн тоже придёт? Здорово как! — обрадовался за Тан Цзяня Лю Сяоюй.

[Поймал мечту на миллион] Сестрица Мэнмэн, я спросил управляющего, он сказал, чтобы ты приходила напрямую!

[Сестрица Мэнмэн] Отлично! Прямо сейчас иду писать заявление! До чего же они меня довели! При встрече я тебе в красках расскажу про этого ублюдка Лысого Чжана.

Глава 18. Этот пёс каждый день финики ест?

В понедельник утром Тан Цзянь сопровождал Старого Тана в больнице. Во второй половине дня, когда подоспели результаты анализов, выяснилось, что некоторые показатели выглядят не слишком радостно, и врач выписал несколько новых лекарств, порекомендовав Старому Тану попробовать попринимать их некоторое время.

Возвращаясь домой после обеда, они вышли из автобуса неподалёку от рыночных рядов. Домашние паровые булочки подошли к концу, и Тан Цзянь прикупил ещё один пакет, намереваясь отправить его в морозилку и лакомиться понемногу.

Вспомнив, какая вкусная получилась вчера жареная свиная грудинка — и возиться с маринадом не нужно, достаточно просто подрумянить её на сковороде, рецепт проще некуда, — он набрал свинины вместе со свежими листьями салата и вместе со Старым Таном направился домой.

Стоял уже разгар дня, и утренний перекус давно полностью переварился.

Вернувшись домой, Тан Цзянь переоделся и сразу же заступил к плите жарить мясо, пока Старый Тан в сторонке ополаскивал листы салата.

Куски свинины аппетитно шкворчали, покрываясь хрустящей корочкой. Тан Цзянь выложил в качестве соуса остроту, присланную сестрицей Сяолин, завернул мясо в салат и впервые поймал себя на мысли, что у него получилось приготовить нечто пригодное в пищу для нормального человека. Старый Тан, хоть ему и нельзя было налегать на острые соусы, тоже уплетал за обе щеки.

— Как только отправлю эту партию тыковок заказчикам, будем три дня подряд объедаться свиной грудинкой, — пообещал Старый Тан.

Наевшись от пуза и наведя порядок на кухне, Тан Цзянь принялся рыться в коробке с обрезками ткани.

Перерыв всё вдоль и поперёк, он так и не нашёл цельного лоскута нужного размера, так что пришлось собирать узор в технике пэчворк.

Впрочем, сочетание нескольких расцветок вышло вполне гармоничным, вот только при сшивании горловины обнаружилось, что ткани самую капельку не хватает.

Поразмыслив немного, Тан Цзянь отрезал узкую полоску ткани и аккуратно пришил её прямо к стыку у шеи — получилось так, будто собака носит шарфик, и изъян оказался совершенно незаметен.

*

Вэнь Сюй поднялся спозаранку, прихватил Тантан и покатил домой на машине. Город Жун представлял собой уездный город окружного значения под юрисдикцией Хайши, примостившийся на самом его восточном краю, вплотную к морскому побережью.

Много лет назад, попав под государственную программу сноса ветхого жилья, родители выручили неплохие отступные и приобрели на них рыболовецкое судно, а чуть позже отстроили целый завод по переработке морепродуктов.

Двухчасовая поездка подошла к концу, и около десяти часов утра они уже прибыли на место. Захватив с собой отца и мать, они отправились навестить младшую тётку — после развода та жила под одной крышей с бабушкой.

Переступив порог, Вэнь Сюй первым делом отстегнул поводок Тантан и громко возвестил на весь дом:

— Бабуль, я пришёл на обед!

Прищурившись от улыбки, бабушка в упор посмотрела на внука и уточнила:

— На каких еще утят?

— На обед! — громко повторил Вэнь Сюй.

— На пулемёт? На какой ещё пулемет? — не расслышала бабушка.

Тогда Вэнь Сюй ткнул пальцем в сторону обеденного стола и изобразил жест зачерпывания еды палками, и только после этого старушка наконец всё поняла.

Она с умилением посмотрела на крутившуюся рядом Тантан и, погладив её, обратилась к внуку:

— А собака у тебя знатная, Сяо-Сюй.

— Угу, кормлю хорошо, — отозвался Вэнь Сюй.

Бабушка изумленно уставилась на него:

— Каждый день ест сахар? А косточки эта собака сама выплевывает?

— Не сахар, она ест собачий корм.

— Выплевывает кости, как из пулемета? Вот это собака, сильна! — похвалила питомца бабушка, продолжая трепать его по макушке.

— Ага, в детском саду ещё и капризничать научилась.

— Острый перец собакам давать никак нельзя, разве можно так животину мучить? — строго воззрилась на внука бабушка.

Наблюдая за тем, как Вэнь Сюй и старушка ведут диалог в стиле глухой телефон, У Мэйюй перевела взгляд на двух своих сестер и покачала головой:

— Эх, ну скажите, какой у нас Сяо-Сюй замечательный парень! И терпеливый, и лицом пригож, почему же поиски второй половинки даются ему с таким трудом?

У Мэйли тяжело вздохнула:

— Ты поспрашивай ещё среди знакомых, он же в прошлый раз говорил, что не любит чересчур мускулистых.

— В этом я смыслю, раз так, значит, он явно из этих... сверху будет, — с абсолютно уверенным видом изрекла У Мэйхуа, глядя на старшую сестру.

— Да хоть снизу, хоть сбоку! Лишь бы нашёлся кто-то, кто разделит с ним жизнь, тогда его мать хоть успокоится, — нахмурившись, проворчал Вэнь Хайпин.

Обед был готов, и вся семья расселась за столом — обычно за трапезой старушку прислуживала сиделка.

http://bllate.org/book/29621/3603519