Готовый перевод Married My Ex After a Contract / Секретный брак с бывшим: контракт на миллион: Глава 3

Этот генеральный директор Чжао был одним из инвесторов нынешнего All-Star, и хотя между инвесторами и стримерами действительно существовали негласные правила, подобное наглое и насильственное принуждение, если оно выплывет наружу, определенно ударит по репутации, не говоря уже о том, что всё это застал Лу Фочжи.

Сотрудник в душе готов был изрыгать проклятия, но одновременно радовался, что объектом домогательств стал именно Пэй Цзи.

Пэй Цзи был взрослым мужчиной, способным за себя постоять, и не получил никаких реальных травм. Просто когда он только что бросил фразу: «В конце концов, тебе бы следовало иметь такое же лицо, как у Лу Фочжи», — выражение лица Лу Фочжи явно изменилось, вероятно, он посчитал себя оскорбленным.

К счастью, Лу Фочжи не стал усугублять ситуацию и даже позволил ему остаться, чтобы разобраться с последствиями.

Многократно извинившись перед Пэй Цзи, сотрудник под руки вывел генерального директора Чжао, который кипел от ярости, но не смел выплеснуть её наружу. Пэй Цзи же по-прежнему лениво прислонился к стене, не сдвинувшись с места.

Его взгляд долго блуждал по пустому коридору, но поза оставалась прежней. Лишь когда в шее отчетливо заныло от оцепенения, Пэй Цзи наконец повернул голову назад.

В том направлении, куда совсем недавно ушел Лу Фочжи, уже давным-давно никого не было.

Если подумать, оно и верно: теперь они давным-давно чужие люди, а Лу Фочжи к тому же собирается жениться, с какой стати ему вмешиваться в неприятности бывшего парня?

Пэй Цзи не из тех, кто любит предаваться меланхолии и оплакивать прошлое. Столкнувшись с подобными домогательствами со стороны пьяного, он вполне был способен постоять за себя, но в этот момент в глубине души почему-то зародилось жгучее чувство горечи.

Наверное, всё потому, что тот, кто раньше всегда защищал его, теперь действительно воспринимает его как совершенно постороннего человека и даже взглянуть на него лишний раз считает ниже своего достоинства.

В тот день Пэй Цзи отвел пострадавшего сокурсника в медпункт и, убедившись, что тот вполне способен о себе позаботиться, уже собирался уходить. Неожиданно тот схватил Пэй Цзи за руку и взмолился не уходить.

То, что Пэй Цзи писаный красавец, было общепризнанным фактом. Но он парень, к тому же далеко не хрупкого телосложения, и никогда прежде не сталкивался с домогательствами лицом к лицу — максимум ему подбрасывали любовные письма да присылали странные навязчивые сообщения. Однако Пэй Цзи обладал чрезвычайно тонкой интуицией в общении с людьми и, стоило однокласснику коснуться его, как он тут же почучал неладное.

Станет ли нормальный человек так лапать чужие руки?

Пэй Цзи ощутил волну брезгливости и поспешно выдернул руку из хватки одноклассника, но тот не унимался, пытаясь снова ухватить его и параллельно поливая грязью Лу Фочжи.

Он твердил, что Пэй Цзи так долго бегал за Лу Фочжи, но разве Лу Фочжи хоть раз удостоил его взглядом? Он заявлял, что Лу Фочжи высокомерен и абсолютно бездушен.

Всё это была чистая правда, однако Пэй Цзи она не причиняла ни малейшего вреда. Пэй Цзи как раз и привлекал этот самый стержень в характере Лу Фочжи — только добившись такого человека, можно было испытать настоящее удовлетворение.

Дождавшись, пока сокурсник закончит изливать желчь, Пэй Цзи прямо в присутствии школьного врача отчитал его наотмашь:

— Какое у тебя вообще право раскрывать рот? Из-за твоих баллов на самом дне или из-за этой твоей отвратительной рябой физиономии? Меня тошнит от одного твоего прикосновения, придется идти домой и отмывать руки дезинфицирующим средством. Ты мне возместишь стоимость этого антисептика? Да, я люблю Лу Фочжи! Каким бы он ни был, я люблю его! У тебя от этого пукан порвало?

Врач, должно быть, впервые в жизни слышал столь прямолинейное признание в любви, да еще из уст парня к другому парню. В те времена гомосексуалистов всё еще считали изгоями, на которых тычут пальцами все кому не лень, — вплоть до того, что люди кончали жизнь самоубийством, не вынеся травли.

Врач был настолько шокирован, что, осматривая лодыжку пациента, нажал слишком сильно, лишив сокурсника возможности парировать выпад Пэй Цзи — вместо этого тот заорал от боли так пронзительно, будто режут свинью.

Именно под этот поросячий визг дверь распахнулась, и в кабинет вошел Лу Фочжи, даже не удосужившись постучать.

Пэй Цзи неожиданно для самого себя удивился его появлению — он даже подумал, не пострадал ли сам Лу Фочжи в какой-нибудь стычке, и тут же с тревожным видом уставился на ноги Лу Фочжи, скрытые под форменными школьными брюками. Подняв голову, он столкнулся взглядом с Лу Фочжи, и выражение лица того было мягко говоря не из приятных.

Пэй Цзи спросил:

— Что такое, братец?

Лу Фочжи впервые не стал возражать против этого обращения. Обернувшись и бросив взгляд на пострадавшего сокурсника, он процедил с угрозой:

— Держись от Пэй Цзи подальше.

Выйдя из здания арены, Пэй Цзи всё же сделал крюк и сначала заехал туда, где Наньгуа и остальные собрались на ужин.

Он только что заблудился на арене, какое-то время потратил на разбирательства с домогательствами, а потом еще немного задержался в пути, так что к его прибытию компания уже вовсю выпивала. Завидев его, Наньгуа тут же зычно крикнул:

— Разве ты не собирался уходить в отрыв по ночным клубам?

— Глядя на то, как вы заливаетесь слезами в чате, я просто обязан был прийти и облагодетельствовать вас своим присутствием... Тьфу, едва пришел, а мне уже суют такую крепкую выпивку?

Пэй Цзи еще даже не успел присесть, а в его руке уже материализовался стакан.

Тот парень хихикнул:

— Опоздал — изволь заплатить за опоздание! Куда это наш братец Цзи собрался сегодня ночью кутить? Я тут слышал, неподалеку есть неплохой отель, не туда ли путь держишь?

Пэй Цзи залпом осушил весь стакан, даже не поморщившись. Ничего не ответив на шутку, он лишь улыбнулся и вдобавок уговорил все рюмки, что ему успели подлить.

На лицах окружающих читалось искреннее изумление.

Они уже несколько раз собирались компанией стримеров из одного города, и хотя раньше Пэй Цзи тоже выпивал, никогда еще он не опрокидывал целые стаканы крепкого алкоголя с такой скоростью. Наньгуа поневоле встревожился:

— Слышь, если ты так будешь напиваться, сможешь вообще сегодня кутить?

— Да блин, как они оба в него ухнули? Крепость-то у этой выпивки ого-го, как бы тебе потом не пришлось на дверные косяки опираться, когда на выход пойдешь.

— Ни на что я опираться не буду, даже если выпью десять стаканов, могу с тобой сольно зарубиться, — небрежно улыбнулся Пэй Цзи. Больше ему никто наливать не стал, но он сам наполнил себе полный стакан.

Тем не менее голова у него была на редкость крепкой — даже после трех стаканов крепкого спиртного он выглядел так, будто абсолютно ничего не пило.

Больше он прикладываться к бутылке не стал, взглянул на часы и попрощался с Наньгуа и остальными.

Убедившись, что с ним и впрямь всё в порядке, Наньгуа успокоился:

— Погоди, ты что, пришел только ради пары рюмчек и сразу сваливаешь?

— Я же сказал, что сначала должен вас облагодетельствовать... Чтобы по мне не скучали, хах... — Пэй Цзи и сам толком не мог объяснить, почему ему приспичило сначала заехать сюда и пропустить пару рюмок. Он вовсе не страдал алкогольной зависимостью и даже не любил пить; вообще-то он уже собирался отказаться, но сегодня вдруг почувствовал: если он сейчас же хоть капельку не выпьет, то этой ночью точно не сможет нормально уснуть.

Он прищурился: алкоголь ударил в голову, и зрелое лицо Лу Фочжи, изменившееся со школьных времен еще сильнее, стало лишь отчетливее вторгаться в его мысли.

Выйдя из отдельного кабинета, Пэй Цзи почувствовал легкое головокружение — всё-таки крепкий алкоголь дал о себе знать. Впрочем, он не придал этому значения и лишь взглянул на номер кабинета, который прислал Вэй И.

Тот находился этажом ниже.

Вэй И поинтересовался у него:

— Добрался?

Пэй Цзи ответил, что уже на месте.

Вэй И был топ-менеджером Стрим-платформа «Дикий барс», и в самом начале своей стримерской карьеры Пэй Цзи оказался обязан ему услугой. Сегодня он пришел как раз за тем, чтобы расплатиться по этому долгу.

Вот только способ возврата долга выглядел несколько специфически — ему предстояло встретиться с кандидатом, которого подобрал Вэй И. Проще говоря, это было свидание вслепую, причем потенциальным женихом выступал мужчина.

То, что Пэй Цзи предпочитает мужчин, не было большим секретом. Когда-то давно, вскоре после того, как он начал стримить, некая девушка-стример с той же платформы публично призналась ему в чувствах на расстоянии. Пэй Цзи собственной персоной заявился к ней на стрим, принял её признание и запустил плавающую подарочную строку со словами: [Будь ты парнем, я бы точно согласился. Видимо, судьба такая — физиологическую реакцию вызываю только на мужчин].

Он высказался грубовато, но в то же время сохранил девушке лицо, вот только армия его фанаток была разбита вдребезги.

К счастью, вел он себя прямо и открыто, ничего не скрывая, так что количество подписчиков не только не упало, но даже выросло.

Однако Вэй И по какой-то причине вдруг озаботился его личной жизнью и несколько дней назад связался с ним, осведомившись, не планирует ли он заводить семью.

За столько лет у Пэй Цзи не было даже постоянной пассии, не говоря уже о каких-либо мыслях о женитьбе.

Хотя однополые браки теперь и легализованы, они всё же относятся к числу меньшинств, и пар, решившихся на такой шаг, по-прежнему оставалось немного.

Пэй Цзи ответил отрицательно. Вэй И, который заранее знал этот ответ, ничуть не удивился, но отступать не намерен и прямо потребовал вернуть долг, заявив, что некий знакомый попросил его помочь с устройством личной жизни.

Самому Вэй И уже перевалило за пятьдесят, он приближался к пенсионному возрасту и знал немало стримеров, но среди них мало кто отличался чистотой нравов. Поразмыслив так и эдак, он пришел к выводу, что Пэй Цзи подходит лучше всех.

Пэй Цзи тогда сразу предупредил, что вероятность успеха крайне мала, но раз уж расплатиться по долгу предлагалось столь простым способом, отказываться он, разумеется, не стал.

Пэй Цзи потер ноющие от похмельного синдрома виски и толкнул дверь кабинета.

Внутри пока никого не было, но на столе уже стояли угощения: стакан лимонной воды и пиала с сахаром — судя по всему, местная традиция.

В старшей школе Пэй Цзи страсть как любил сладкое и вечно таскал в карманах карамельки. Добираясь из дома до класса, он обязательно должен был рассосать леденец, и всё из-за того, что дома круглый год витал горьковатый запах отваров традиционной китайской медицины, а саму горечь он терпеть не мог.

Позже, когда они начали встречаться с Лу Фочжи, у того — неизвестно с каких пор — вошло в привычку по дороге в класс каждое утро угощать его конфеткой. И в то же время он неизменно, хотя и довольно противоречиво, наказывал ему съедать не больше одной штуки в день, иначе, мол, как у маленького ребенка, вырастут дырки в зубах.

Тогда Пэй Цзи поддразнивал Лу Фочжи за излишнюю детскость, но эта привычка, как назло, продолжалась вплоть до самого их расставания.

Судя по всему, это заведение отличалось баснословными ценами, раз уж гостям к столу подавали именно те самые конфеты, которые Лу Фочжи когда-то постоянно носил с собой. После разрыва Пэй Цзи как-то заглянул в интернет посмотреть их стоимость — она оказалась настолько высокой, что покупать их самому ему было жалко, а со временем эта привычка естественным образом заглохла.

Объект для свидания вслепую всё не шел. Пэй Цзи отличался завидным терпением и ни капли не нервничал: раз уж это свидание заведомо обречено на провал, то чем дольше опаздывает партнер, тем больше у него появится поводов для отказа.

Делать было нечего, и Пэй Цзи машинально заглянул в WeChat, обнаружив, что в чате стримеров вовсю идет горячее обсуждение, в центре которого неожиданно оказался Лу Фочжи.

При виде этого имени Пэй Цзи снова почувствовал, как от выпитого спиртного кружится голова.

Задержав палец на экране, Пэй Цзи пролистал историю сообщений вверх и выяснил, что в беседе участвовали несколько стримеров, включая Наньгуа, которые тоже всё еще сидели за застольем. Обсуждали они слух о том, что Лу Фочжи, судя по всему, положил глаз на какую-то девушку-стримера — якобы из-за того, что во время своей речи со сцены он задержал на каком-то секторе зала на пару взглядов больше обычного.

Кое-кто возражал, другие же утверждали, что всё чистая правда: мол, видели, как Лу Фочжи даже после ухода со сцены продолжал туда оглядываться, и даже перечислили по именам всех девушек-стримеров, находившихся в том секторе.

Пэй Цзи не слишком разбирался в этих стримершах — имена-то он слыхал, но в лицо сопоставить их не мог и мысленно перебрал тех, кого знал лично.

Неужели Лу Фочжи теперь нравятся такие...

Хотя он прекрасно понимал, что стоит человеку прославиться, как малейший пустяк начинают раздувать до бесконечности, и Лу Фочжи вовсе не обязательно вкладывал в это какой-то скрытый смысл, Пэй Цзи всё равно не мог отделаться от подобных мыслей.

Когда они были вместе, взгляд Лу Фочжи всегда принадлежал только ему — в любое время и при любых обстоятельствах Пэй Цзи неизменно ловил на себе его глаза.

Теперь же этот человек не соизволит бросить на него и второго взгляда.

Он уже собирался выйти из группового чата, как вдруг всплыло сообщение от Наньгуа: [Погодите-ка, так это же то самое место, где я сидел?]

Сердце Пэй Цзи пропустило удар.

http://bllate.org/book/29599/3600766