Готовый перевод My System-Assigned Alpha is My Ex-Boyfriend / Система подобрала мне альфу: мой бывший снова в деле: Глава 4

Будь то дела академические или повседневные.

Разница была лишь в том, что в повседневной жизни страдал исключительно Тань Яньюй.

Это определенно была свободная любовь, но почему-то все равно действовал комендантский час: необходимо было вернуться домой до девяти вечера, а если не получалось, требовалось назвать причину.

Если причина была уважительной, Му Сююань соглашался, а затем лично приезжал за ним.

Если же причина оказывалась несерьезной, Тань Яньюй получал отказ, после чего его жестоко наказывали, прижав к постели.

Даже его собственный отец никогда так его не контролировал!

Вынырнув из неприятных воспоминаний, Тань Яньюй почувствовал стеснение в груди.

Сначала он подумал, что его ранили прошлые воспоминания, и открыл окно, чтобы проветрить комнату, но после того, как некоторое время подул холодный ветер, лучше не стало, и он понял, что что-то не так.

Дело было не в этих проклятых воспоминаниях и не в укачивании, а в том, что в салоне машины висело огромное количество альфа-феромонов.

Исходивших от водителя.

По большей части это происходило потому, что водитель вспотел и невольно выделил часть своего запаса, а Тань Яньюй как раз принадлежал к типу омег, крайне чувствительных к феромонам.

Просто гибель для него.

Кое-как продержавшись до прибытия к Клану Му, Тань Яньюй лишь после выхода из машины почувствовал, что его тело и разум значительно успокоились, хотя ему всё еще было немного не по себе.

Он потрогал заднюю часть своей шеи: с одной стороны там образовался припухший бугорок, который на ощупь был очень горячим.

Вот же черт, — Тань Яньюй почувствовал себя обиженным без всякой причины. Если бы Му Сююань не затеял всю эту историю со вступлением в брак и совместным проживанием, ему бы не пришлось трястись в грузовике и терпеть такие муки.

А эта Система бракосочетания страны, которая вообще не уважает права омег и напрочь лишена человечности: достаточно согласия всего лишь одной стороны, чтобы в обязательном порядке потребовалось совместное проживание.

За отказ жить вместе еще и полагалось выплачивать неустойку, и Тань Яньюй настойчиво требовал, чтобы эти расходы взял на себя альфа.

В конце концов, нынешняя ситуация между ними возникла именно по вине альфы.

— Тебе нехорошо? — Му Сююань в тот же миг заметил странное состояние Тань Яньюя.

Стоило ему выйти из машины, как он тут же подошел к Тань Яньюю, чтобы расспросить о самочувствии.

Ради того, что этот консервативный старый профессор сразу же проявил о нем заботу, Тань Яньюй решил пока не злиться... Ой, да конечно!

— Разве это не очевидно? — тон Тань Яньюя был далеко не самым лучшим, разве что глазами не закатывал.

Даже перед посторонними Тань Яньюй не собирался щадить самолюбие Му Сююаня.

Прошло три года, а Му Сююань все еще жил в том же самом месте. Когда они обитали здесь прежде, дом был куплен совсем недавно.

Если он правильно помнил, в свидетельстве о праве собственности значилось и имя Тань Яньюя.

Тогда он никак не ожидал, что впоследствии расстанется с Му Сююанем.

После расставания Му Сююань, должно быть, изменил имя в документах на недвижимость, но Тань Яньюю уже не хотелось во все это вникать.

Он вовсе не испытывал недостатка в жилье: хотя купить такую же отдельную виллу, как у Му Сююаня, он бы не смог, имеющегося ему вполне хватило бы для жизни.

— Я пойду внутрь, а ты помоги мне перетащить вещи, — уголки глаз Тань Яньюя покраснели, а его миндалевидные глаза, влажные и прозрачные, при взгляде на других неизменно заставляли думать, будто перед ними легкомысленный гуляка.

Му Сююань поджал губы, и в его глазу, спокойном, как стоячая вода в древнем колодце, зародилась рябь. Бесчисленными ночами он мечтал о том, чтобы этот бродяга одумался.

Закончив командовать грузчиками, Му Сююань с самой дорогой для Тань Яньюя гитарой в руках застыл у входа и достал телефон, что-то в нем понажимав.

Вскоре находившийся далеко за границей и клеивший девчонок Отец Тань получил банковский перевод на кругленькую сумму в два миллиона.

Владельцем банковского счета, с которого пришли деньги, был человек по фамилии Му.

И гадать не приходилось — стоило взглянуть, и сразу становилось ясно, что это бывший парень его ненаглядного сынка.

Вот напасть! Разве этот молодой и перспективный профессор не расстался с его мальчишкой года два-три назад? С чего это он вдруг перевел ему деньги, неужели ошибся счетом?

Ладно, скажет сыну как-нибудь в другой раз, сейчас не самый подходящий момент.

— Чего ты там возишься на улице? — раздался доносящийся со второго этажа балкона раздраженный голос Тань Яньюя.

Судя по дыханию, ему было очень нехорошо.

Войдя в дом, Тань Яньюй уже спустился со второго этажа.

Его щеки пылали алым, а крупные капли пота катились вниз по вискам.

У него совершенно не осталось сил, и Тань Яньюй был вынужден опираться на перила лестницы, стоя лишь для того, чтобы не выказать своего жалкого вида.

Позволить этому парню Му Сююаню увидеть его слабую сторону было для него равносильно смерти.

— Тань Яньюй, подожди, — остановил Му Сююань Тань Яньюя, который намеревался направиться в ванную гостевой спальни, чтобы принять душ.

— Чего тебе? — с недовольством отозвался Тань Яньюй.

Этот человек вообще понимает человеческую речь? Его попросили держаться подальше, а он все равно лезет, ну до чего же противный.

По мере того как Му Сююань приближался, Тань Яньюй уловил очень знакомый аромат.

Опомниться он уже не успел: целиком и полностью оказался окутан феромонами Му Сююаня.

Легкий и прохладный запах зеленого чая словно превратился в невидимую сеть, загнавшую его в ловушку, из которой не было выхода.

— Ты что творишь? — с сбивчивым дыханием Тань Яньюй отступил на два шага назад. Прямо позади него находилась лестница, он не удержал равновесие и рухнул вниз.

Однако ожидавшейся боли не последовало: чья-то рука обхватила его за пояс, и оба они кубарем покатились по ступеням.

Следом последовал страстный поцелуй.

Тань Яньюй даже усомнился, не помутился ли у него разум, раз он применил слово страстный к Му Сююаню.

Этот мужчина ведь слыл законченным холодным циником; раньше, когда Тань Яньюй пытался его соблазнить, тот лишь глядя на выходящие из-под контроля феромоны, делал одолжение и кое-как помогал ему справиться.

Совсем не так, как сейчас, когда он набросился на него с жадностью голодного зверя, впиваясь в губы.

— Ты... совсем рехнулся! — Тань Яньюю с трудом удалось отстраниться, но стоило ему выплюнуть ругательство, как его снова поцеловали.

Глубокий поцелуй сопровождался волной феромонов с отчетливым эффектом аньфу.

Это превосходно унимало внутренний жар, терзавший тело Тань Яньюя.

И все же это было до крайности унизительно: мало того, что Тань Яньюй, будучи мужчиной, не мог одолеть в драке этого кабинетного червя Му Сююаня, так после расставания он еще и позволил прижать себя к лестнице и целовать.

Просто позор, достойный войти в семейную летопись.

— Ты охренел, нацеловался уже? — Тань Яньюй потерял последние крохи терпения и влепил Му Сююаню пощечину.

Раздался звонкий шлепок, и оба замерли.

http://bllate.org/book/29591/3599729