Готовый перевод I Dumped the Top Immortal Cultivator / Отвергнутый бессмертный: Путь к возрождению: Глава 3

Он протягивал руку, выглядя до жалости беспомощным.

Цзюнь Цзяньсин думал лишь о том, что тот боится боли — в конце концов, за последнее время он уже несколько раз слышал, как Вэнь Шуянь, мягко уткнувшись ему в грудь, жаловался на боль.

Поэтому он подошел и сел на краю кровати. Брать его за руку он не стал, а лишь помог заслонить собой обзор, чтобы тот случайно не увидел, как лекарь будет снимать повязки.

Но в следующий мгновение он почувствовал, что за его одежду кто-то слегка потянул, и услышал тихий звук.

Опустив взгляд, он увидел, что Вэнь Шуянь крепко зажмурил глаза, а его ресницы едва заметно дрожали — то ли от страха, то ли еще от чего.

Голова его была чуть наклонена, обнажая изящную шею.

По мере того как лекарь разворачивал одежду, перед ними открылись белые, округлые плечи Вэнь Шуяня, гладкие, словно нефрит. Тело его было сплошь обмотано бинтами, которые в одном месте уже пропитались кровью и выглядели до боли жутко.

Видя, как лекарь принимается за повязки, Цзюнь Цзяньсин отвел взгляд в сторону и больше не смотрел.

Вэнь Шуянь тоже почувствовал, что бинты на его теле разрезаны. Он открыл глаза и посмотрел на Цзюнь Цзяньсина, но тот в этот момент смотрел на окно и на него не глядел.

Прикусив губу, Вэнь Шуянь тихо произнес:

— Цзюнь-цзы, мои раны ведь очень тяжелые? Я не смею смотреть, ты не мог бы взглянуть за меня?

Его голос звучал немного хрипло, а в обращении к нему слышалось безграничное привязанность и, едва уловимо, накопившаяся усталость.

Вэнь Шуянь снова робко потянул Цзюнь Цзяньсина за одежду, словно умоляя.

Его руки были удивительно прекрасны: тонкие, с отчетливо проступающими суставами, словно выточенные из застывшего жира.

Он держался лишь за самый краешек одежды, выглядя невероятно осторожным, и смотрел на сидевшего рядом Цзюнь Цзяньсина глазами, полными чистых слез.

Услышав его слова, Цзюнь Цзяньсин тоже опустил взгляд и увидел, что тот снова плачет. Его слегка покусанные губы побелели, и он жалостливо смотрел на него.

Цзюнь Цзяньсин знал, что тот ужасно боится. Переплетаясь друг с другом, те страшные раны местами обнажали кости — бояться определенно было чего.

Он кивнул в знак согласия и опустил глаза. С этого ракурса ему сразу открылись изящные ключицы Вэнь Шуяня — это было одно из немногих мест, оставшихся невредимыми, а потому не забинтованных.

В такт дыханию Вэнь Шуяня его ключицы плавно двигались, а изредка с его губ срывался сдержанный стон от боли — тихий, от которого сердце билось всё чаще.

Он быстро отвел взгляд, чтобы больше не смотреть туда, и перевел его на раны Вэнь Шуяня, хотя кончики его ушей почему-то неожиданно запылали.

Бинты уже были разрезаны, и раны на груди Вэнь Шуяня предстали перед ним во всей своей жуткой наготе: одна за другой, от ударов меча и клинка, а еще несколько зияли кровавыми дырами.

Даже спустя полмесяца лечения эти раны оставались сплошным кровавым месивом.

Неудивительно, что Вэнь Шуянь вечно прятался в его объятиях и плакал от боли — с такими тяжелыми ранами разве могло быть иначе.

Впрочем, сейчас ему было куда лучше, чем тогда, когда его только принесли. В тот раз Вэнь Шуянь был сплошь покрыт кровью, и на нем не оставалось даже живого места.

Тогда он как раз забрел в горы на охоту и увидел Вэнь Шуяня, висящего на стволе дерева. Кровь с него капля за каплей капала в ручей, казалось, окрашивая его воды в жутковатый багрянец.

Он уже думал, что человек мертв, но неожиданно услышал, как Вэнь Шуянь молит о спасении. Каждая его фраза, казалось, отнимала последние силы, с которыми он цеплялся за мольбу.

Он понятия не имел, как тот оказался подвешенным на дереве и почему был так жутко ранен.

Припомнив тот вид Вэнь Шуяня, Цзюнь Цзяньсин слегка нахмурил брови, и на его лице проступило задумчивое выражение.

— Цзюнь-цзы… — испуганным голосом позвал Вэнь Шуянь, одновременно с этим сильнее сжав пальцы на одежде Цзюнь Цзяньсина.

Он прекрасно понимал: чем более хрупким и слабым он себя показывает, тем сильнее пробуждает в других защитные инстинкты.

Поэтому его взгляд, устремленный на Цзюнь Цзяньсина, напоминал взгляд раненого лесного кролика — полный страха, ужаса и даже легкой дрожи.

Цзюнь Цзяньсин опустил голову и заметил эту дрожь; понимая, что тот просто напуган, он не стал говорить лишнего, а лишь покачал головой:

— Ничего страшного, скоро всё заживет.

— Спасибо тебе, Цзюнь-цзы, если бы не ты, что бы со мной стало? — с улыбкой произнес Вэнь Шуянь. Лицо его было бледноватым, но эта улыбка все равно выглядела необыкновенно красивой.

В уголках его глаз всё еще таилась легкая печаль, отчего весь его облик вызывал поистине щемящую жалость.

Он покорно улыбался Цзюнь Цзяньсину, и отказать ему было просто невозможно.

Видя его улыбку и слушая эти слова, Цзюнь Цзяньсин почувствовал, как уши снова запылали с новой силой.

Впрочем, отвечать он ничего не стал, лишь тихо хмыкнул в ответ и снова отвернулся к окну.

Еще через некоторое время лекарь закончил сменять повязки и перевязал раны.

Цзюнь Цзяньсин поднялся, чтобы проводить лекаря, выслушал его наставления насчет ранений Вэнь Шуяня и лишь после этого вернулся в комнату.

Внутри царила тишина, нарушаемая лишь шумом дождя; человек на кровати лежал неподвижно, словно уснул.

Он подошел к столу и взял миску со сваренным ранее лекарством — оно уже успело остыть.

Тогда он заново налил свежую, горячую порцию и вернулся к постели. Заметив, что Вэнь Шуянь в полудреме уже почти засыпает, он мягко произнес:

— Выпей сначала лекарство, а потом ложись спать.

Вэнь Шуянь очнулся от дремы, взглянул на Цзюнь Цзяньсина, заметил в его руках пиалу и попытался приподняться, шевельнувшись.

Но стоило ему сделать лишь одно движение, как он тут же бросил на Цзюнь Цзяньсина жалобный взгляд, изображая полную неспособность подняться самостоятельно, и его глаза снова наполнились влагой.

Увидев это, Цзюнь Цзяньсин сначала поднял опрокинутый на полу низкий табурет, поставил на него пиалу с лекарством, а затем сел на край кровати и осторожно подхватил Вэнь Шуяня на руки, помогая ему устроиться у изголовья.

Вэнь Шуянь думал, что тот просто усадит его, но не ожидал, что Цзюнь Цзяньсин собирается отстраниться. Видя это, он тут же подался вперед и всем телом прильнул к нему, утыкаясь в его грудь, а заодно ухватился за одежды Цзюнь Цзяньсина и пару раз кашлянул, изображая крайнюю степень истощения и беспомощности.

Затем он поднял голову на Цзюнь Цзяньсина и через силу выдавил:

— Прости, Цзюнь-цзы… — и при этом попытался встать сам.

Его лицо побелело еще сильнее, и он, уперевшись ладонями в грудь Цзюнь Цзяньсина, выглядел так, будто прилагает к этому титанические усилия.

Видя такое, Цзюнь Цзяньсин был вынужден прижать его к себе, опасаясь, что тому станет только хуже.

— Доставляю тебе столько хлопот, Цзюнь-цзы, — виновато улыбнулся Вэнь Шуянь, бросил на него еще один взгляд и снова зашлся кашлем.

http://bllate.org/book/29531/3590941