Готовый перевод Living Off My Looks / Моя внешность — моё главное оружие: Глава 4

За время проката «Пламени» в интернете на Сюэ Мяня обрушился шквал ругани и проклятий. Чу Цы велела ему на какое-то время залечь на дно и заняться самообразованием, а все его прежние мелкие контракты и вовсе безжалостно отменила.

На понедельничном уроке актёрского мастерства педагог объяснял, как нужно выражать эмоции.

Преподаватель то и дело твердил, что у Сюэ Мяня совершенно не тот взгляд: радость, гнев, печаль и веселье на его лице ничем не отличаются, и он умеет лишь таращить глаза. Сюэ Мянь был доведён критикой до полного истощения и мысленно радовался, что Чу Цы сейчас нет рядом, иначе её неизбежно последовала бы новая порция едких насмешек.

Приближался Новый год, и график главной звезды студии был расписан по минутам, так что Чу Цы пришлось повсюду сопровождать её в перелётах. Только тогда у Сюэ Мяня появилась передышка. В отсутствие Чу Цы преподаватель по актёрскому мастерству, помня о том, что Сюэ Мянь — младший господин из семьи Сюэ, ограничился дежурной критикой и отпустил его самого во всём разбираться. Сюэ Мянь отправился справить нужду в общественный туалет на этом этаже. Две первые кабинки оказались заперты, а в третьей оставалась узкая щель. Сюэ Мянь решил, что там никого нет, и резко распахнул дверь.

Сидевший внутри поднял голову, и их взгляды встретились. Сюэ Мянь замер на секунду, не зная, от чего ему больше изумляться: от того, что он распахнул дверь занятой туалетной кабинки, или от того, что справлявшим нужду человеком неожиданно оказался его однокурсник.

Зрелище оказалось донельзя неловким, и, чтобы разрядить обстановку, Сюэ Мянь со знанием дела присвистнул:

— А размерчик неплох.

У Лу Цзяяна и правда всё было более чем хорошо — и даже намного лучше, чем в среднем по больнице у беты, иные альфы могли бы только позавидовать. К тому же всё выглядело чистым: с первого взгляда было ясно, что человек этот беспорядочными половыми связями не грешит.

Стоило Сюэ Мяню договорить, как Лу Цзяян слегка приподнял бровь, словно не ожидая от него такой развязности. Сообразив, что сболтнул лишнего и стало ещё неловче, Сюэ Мянь умолк, но тут Лу Цзяян окончательно потерял терпение:

— Будь любезен, прикрой дверь.

Сюэ Мянь:

— А?

Лу Цзяян:

— Я ещё не закончил.

Едва он договорил, как предмет, который Сюэ Мянь только что расхвалил, словно в подтверждение слов своего хозяина, брызнул струйкой в сторону Сюэ Мяня.

Сюэ Мянь:

— ……

Лу Цзяян:

— ……

Сюэ Мянь поспешно захлопхнул дверь и выскочил прочь, чувствуя, как лицо заливает жар.

Что я, чёрт возьми, сейчас сотворил?

Тут он бросил взгляд на дверь кабинки и только теперь заметил, что замок там был напрочь сломан. Терзаемый самыми противоречивыми чувствами, Сюэ Мянь отыскал пустую кабинку, справил нужду и, выйдя к раковинам, нос к носу столкнулся с Лу Цзяяном.

Тот слегка опустил ресницы, обрамлявшие глаза цвета воронова крыла, а линии его профиля напоминали изящный и плавный пейзаж на свитке туши. Переносица и надбровные дуги у него были высокими, губы — тонкими, а линия подбородка очерчена с суровой утончённостью.

Сюэ Мянь:

— Давно не виделись.

Лу Цзяян:

— Угу.

Сюэ Мянь:

— Какими судьбами ты в Линьлан?

Лу Цзяян:

— Хожу на акттерские курсы.

Сюэ Мянь:

— На акттерские курсы?.. На акттерские курсы?!

Лу Цзяян кивнул, и Сюэ Мянь искренне изумился:

— С какой стати тебе идти на актёрские? Разве ты не на финансиста учился?

Полтора года назад, глядя на то, как Лу Цзяян произносит прощальную речь на церемонии вручения дипломов, Сюэ Мянь воображал, что тот, облачённый в дорогой костюм, наверняка придёт в одну из лучших мировых корпораций или сам сделается успешным генеральным директором. Но он никак не ожидал встретить такого человека, как Лу Цзяян, в Медиа Линьлан, занимающимся тем же самым, что и он сам.

Лу Цзяян:

— Подписал контракт на днях. Мой агент велел сначала подтянуть базу.

Каким бы простофилей ни был Сюэ Мянь, он прекрасно понял, что Лу Цзяян ловко обошёл его вопрос стороной, отделавшись общими фразами. Впрочем, Лу Цзяян всегда производил на него неплохое впечатление, а с учётом недавнего инцидента с дверью Сюэ Мянь смущённо произнёс:

— Я ведь тоже учусь актёрскому мастерству. У какого ты преподавателя? Давай ходить на занятия вместе?

Лу Цзяян ответил:

— Не нужно.

С этими словами он вышел из туалета. Сюэ Мянь остался стоять у раковины, потирая нос — столь прямой отказ вовсе его не обидел. Кто бы мог подумать, что в тот же вечер Сюэ Мянь снова повстречает Лу Цзяяна.

Занятия как раз закончились, когда Сюэ Мяню позвонил Хань Исяо. Тот принадлежал к компании Гун Лалана, и Сюэ Мянь познакомился с ним в студенческие годы благодаря Гун Лалану. Хань Исяо принялся на все лады расхваливать игру Сюэ Мяня в «Пламени», из кожи вон лезя, чтобы выдать его безнадежно убогую актёрскую игру за нечто уникальное и неповторимое. Убедившись, что атмосфера подходящая, он перешёл к делу:

— Не хочешь сегодня вечером куда-нибудь выбраться? Один парень припас в Клубе Цзяци вина — только что привёз из Франции, бургундское. Как раз повод отметить выход фильма, в прошлый раз не получилось, так что отыграемся.

Клуб Цзяци славился порядком и отборной публикой. Сюэ Мянь к тому моменту уже до смерти устал сидеть взаперти, да и Чу Цы как назло уехала:

— С удовольствием.

Хань Исяо обрадовался, назвал время и добавил:

— Обязательно приходи, на входе назови моё имя.

Сюэ Мянь добрался до места чуть позже обычного. В Клубе Цзяци сегодня, судя по всему, проходила костюмированная вечеринка. Назвав имя Хань Исяо, Сюэ Мянь получил от хостес в костюме медсестры указание пройти к полумрачному диванчику. Опасаясь быть узнанным, Сюэ Мянь нацепил маску и бейсболку, так что на фоне всеобщего маскарада выглядел вполне заурядно. Лавируя между столиками по подсказке девушки, он никак не ожидал заметить в соседней кабинке Лу Цзяяна.

За их столиком сидело всего двое, а перед ними красовалось несколько бутылок дорогого «Лафита». Сюэ Мянь бросил взгляд на мужчину, сидевшего напротив Лу Цзяяна: безупречный костюм-тройка от кутюр, лебединая шея, а в левом ухе к тому же сверкает бриллиантовая серьга. Сам же Лу Цзяян был одет в непринуждённую повседневную одежду, выглядя точь-в-точь как недавний выпускник университета.

Сюэ Мянь подумал про себя: неужто и впрямь дожили — старый знакомый решил подрабатывать мальчиком по вызову?

— А-Мянь! — окликнул его Хань Исяо с другого столика. — Сюда-сюда!

Хань Исяо орал во всё горло, и Лу Цзяян бросил взгляд в их сторону. Их глаза встретились, но Лу Цзяян первым отвёл взор.

Раз уж он даже не поздоровался, значит, и вправду занимается чем-то из ряда вон выходящим. Сюэ Мянь подумал, что собутыльник Лу Цзяяна больше похож на омегу, а раз уж омега угощает бегу вином, у этого парня Лу Цзяяна явно намечается бурная ночь.

Отогнав эти мысли, Сюэ Мянь направился к столика Хань Исяо.

В полукруглом диване сидело несколько молодых мажоров, окружённых сплошь премиальными омегами — тонкие талии, длинные ноги, безупречно бледные лица, так что Сюэ Мянь едва мог отличить парней от девушек. Заметив приближение Сюэ Мяня, Хань Исяо торопливо отпихнул сидевшую у него на коленях омегу, которая только что кормила его помидорками черри прямо изо рта в рот, и похлопал по сиденью рядом с собой:

— А-Мянь, садись сюда.

Сюэ Мянь послушно занял указанное место.

Он знал, что Хань Исяо неравнодушен к нему, но из-за Гун Лалана тот на людях довольствовался ролью хорошего друга. Сюэ Мянь терпеть не мог, когда кто-то пытался распланировать его жизнь за него, выдавая замуж за надменного альфу и заставляя вечно ожидать милостивых подачек. Именно поэтому он крутил и с Гун Лаланом, и с Хань Исяо, а со временем, глядишь, появились бы и другие. Стоило этой братии сцепиться между собой, как у них сразу же пропало бы желание донимать его.

Пара бокалов вина приятно согрела щёки Сюэ Мяня, а прежде лукавые лисьи глаза подёрнулись матовой поволокой. Хань Исяо задохнулся отхлынувшей к горлу волной нежности:

— А-Мянь, ты в последнее время что-то совсем пропал? Я звал тебя столько раз, а ты всё не идёшь.

Сюэ Мянь:

— Мой агент держит меня в ежовых рукавицах.

Хань Исяо:

— Это кто же твой агент? Неужели следит за тобой строже старого Гуна?

Сюэ Мянь:

— Разве Гун Лалан за мной следит?

Произнося это, он в упор смотрел на Хань Исяо. Стоило столь ослепительной красоте сосредоточиться исключительно на нём, как у молодого господина Хань кровь ударила в голову:

— Да как же не следит? Он бы с радостью, как песик, метнул лапу на твой каблук, лишь бы пометить свою территорию.

Сюэ Мянь:

— Метнул мне на каблук? Я его прибью к чёртовой матери.

Остальные молодые люди тоже были знакомы с Гун Лаланом, и при словах Сюэ Мяня все дружно рассмеялись. После нескольких пропущенных бокалов атмосфера стала совсем непринуждённой. Хань Исяо сделал знак толпе омег удалиться, а сам наклонился к самому уху Сюэ Мяня:

— Как у тебя с работой? Я видел всё, что пишут в сети — тебя ведь это не задевает? Считай их просто ублюдками, чьё «ого-го» ничего не стоит. Если тебе не хватает ресурсов, скажи мне, я попрошу старшего брата помочь…

В отличие от Гун Лалана, которому предстояло унаследовать семейный бизнес, за спиной у Хань Исяо стоял старший брат, так что сам он принадлежал к числу людей, совершенно не ведающих о суровых реалиях жизни. Избалованный мальчишка, привыкший порхать по цветам, в присутствии объекта своих воздыханий нёс откровенную чушь. Сюэ Мяню стало даже забавно, и только он собрался поддразнить его, как по телу вдруг разлилась удушливая волна жара.

Сюэ Мянь замер. Между его бёдер выступило что-то липкое и тягучее. Поняв, что это значит, Сюэ Мянь побледнел.

Его железы были повреждены, и течка наступала гораздо реже, чем у обычных омег. В прошлой суматохе со съёмками фильма он позабыл вовремя принять блокаторы, а когда в начале месяца вспомнил о них, как раз залипал на Вэйбо. Увидев бесконечные потоки грязи, которые хейтеры выливали на его мать, Сюэ Мянь так разозлился, что завёл левый аккаунт и принялся с ними грызться, в суматохе начисто выбросив из головы мысль о лекарствах.

Сидевший ближе всех Хань Исяо уже почувствовал неладное. Молодой альфа и сам успел прилично выпить, а феромоны Сюэ Мяня обладали чересчур властным характером — этот неописуемо сладкий, неотразимый аромат вторгся в сознание Хань Исяо, и тот завороженно уставился на Сюэ Мяня:

— Ты такой сладкий…

Взгляды сидевших вокруг альф мгновенно переменились. Сюэ Мянь попытался подняться на ноги, но Хань Исяо ухватил его за талию:

— Не уходи, дай вдохнуть ещё разок.

Разок, разок, чтоб тебя разорвало на банановые лодки!

Если дать ему понюхать ещё хоть раз, случится катастрофа. Воспользовавшись тем, что у юного господина Хань ещё теплилась кроха здравого смысла, Сюэ Мянь поспешно поднялся:

— Мне нездоровится, я пойду.

На лице Хань Исяо отразилось горькое обиженное выражение, но пальцы мёртвой хваткой вцепились в одежду Сюэ Мяня. Всё больше посетителей вокруг стали оборачиваться на них. Во всех этих взглядах читалось лишь одно — свойственная альфам агрессия и жажда обладания. Трудно было даже представить, какими последствиями грозит течка немаркированного омеги в самом разгаре шумного бара. Тем более что его собственные феромоны действовали куда страшнее, чем у обычных омег.

— Ты весь такой сладкий, ну куда ты уходишь?

— Всего разок, дай почувствовать запах, и я сразу отпущу.

Сюэ Мянь пытался воззвать к разуму Хань Исяо, но тот лишь хныкал и цеплялся за него мёртвой хваткой, не желая отпускать. От сладкого запаха Сюэ Мяня в баре начали пробуждаться феромоны и других альф; вдыхая эти напоенные вожделением ароматы, Сюэ Мянь покрылся холодным потом.

Если он не уберётся отсюда сию же секунду, его сегодня наверняка пустят по кругу.

Чья-то рука неожиданно легла Сюэ Мяню на плечо. Он испуганно дёргался, собираясь дать сдачи, но Лу Цзяян с лёгкостью перехватил его отведённый назад локоть. Одним быстрым движением сжав и надавив на запястье Сюэ Мяня, которым тот цеплялся за Хань Исяо, Лу Цзяян заставил молодого господина Хань с воплем разжать пальцы.

— Уходим.

Бросил Лу Цзяян.

Сюэ Мянь поспешно выскочил из полукруглого дивана. Лу Цзяян велел ему идти впереди, а сам прикрывал тыл, отрезая все те тяжёлые, сверлящие взгляды в спину, и только тогда Сюэ Мянь почувствовал проблеск безопасности. В густом тумане одурманивающего воздуха Сюэ Мяню почудился чей-то чужой феромон, напомнивший ему запах свежего снега и ледяного ветра, однако этот прохладный аромат тут же бесследно растаял.

Лу Цзяян был бетой, а у бет нет феромонов, и поскольку они не способны их унюхать, Сюэ Мянь никак не мог повлиять на него. Выбравшись через чёрный ход, Сюэ Мянь облегчённо выдохнул, но поблагодарить спасителя не успел — Лу Цзяян уже шагал впереди.

— Ого, гляньте-ка, кого тут принесло, — докуривавшая в заднем переулке компания мужчин кучками двинулась им навстречу. Холодный ветер вовсе не развеял феромоны Сюэ Мяня, а лишь заставил манящий аромат разнестись ещё шире. — Омега и бета?

— Да ещё и немаркированный омега, — шедший впереди альфа жадно облизал губы. Лицо Сюэ Мяня скрывали маска и кепка, но открытая кожа казалась болезненно-белой, словно молоко. — В клубных переулках полно уличных кошек, готовых лечь под каждого, но от тебя так разит похотью, что несёт аж до другого конца улицы. Редкая птица...

Сюэ Мянь нахмурился. Людей вокруг было слишком много, и все эти альфы явно находились под влиянием его феромонов: их глаза покраснели, а воздух вокруг наполнился нездоровым напряжением. Он как раз собирался подать знак Лу Цзяяну, чтобы они бежали вместе, как пальцы того слегка согнулись.

В тишине переулка раздался сухой щелчок хрустнувших суставов.

Звуки отчаянных воплей заполнили барабанные перепонки. Фигура молодого человека металась среди толпы так стремительно, будто это были спецэффекты из фильма. Сюэ Мянь воочию наблюдал серию нокаутов: пять, шесть, семь… двенадцать!

Двенадцать взрослых альф были повержены одним-единственным бетой Лу Цзяяном менее чем за две минуты!

— Да ладно! — выдохнул Сюэ Мянь. — Ты что, единоборствами занимался? Красавчик!

Лу Цзяян разжал пальцы последнего альфы, и Сюэ Мянь, бросив взгляд на неестественно вывернутую руку противника, невольно подумал: у него случаем не перелом?

В этот момент дверь бара с треском распахнулась, и пьяный альфа, следуя по запаху Сюэ Мяня, на ватных ногах сделал пару шагов вперед. Окинув взглядом валяющихся на земле и воющих от боли альф, Сюэ Мянь поспешно крикнул приближающемуся Лу Цзяяну:

— Погоди-погоди! Этого бить нельзя!

Лу Цзяян остановился и перевёл на Сюэ Мяня свои угольно-чёрные глаза. Лишь в этот миг Сюэ Мянь понял, что значит выражение «глаза полны ледяных звёзд».

— Его отец — Хань Имин, его нельзя бить! — видя, что Лу Цзяян по-прежнему не осознает масштаб личности Хань Исяо, Сюэ Мянь тут же добавил: — Он друг Гун Лалана! Все эти дружки Гун Лалана, братишка, понимаешь?

Лу Цзяян понял. Бить его было нельзя, зато Хань Исяо с хныканьем поплёлся к ним, жаждая обнимашек, поцелуев и тисканья. Лу Цзяян внезапно зыркнул на Хань Исяо — его глаза, черные и тяжёлые, казались бездонными омутами, а свирепый взгляд был таким зловещим, что на миг мерещилась нечистая сила.

Молодой господин Хань остолбенел на месте, а в следующее мгновение громко и жалобно разрыдался.

Испу… испугался и заплакал?

Сюэ Мянь был совершенно озадачен. С его ракурса был виден лишь профиль Лу Цзяяна — всё те же безмятежные линии пейзажа, тёмные волосы, белая кожа и леденящий взгляд. Обладая столь ослепительной и красивой внешностью, неужто Хань Исяо ослеп?

Пока Хань Исяо заливался слезами в стороне, Лу Цзяян без тени угрызений совести обошёл его и плотно прикрыл заднюю дверь бара, чтобы феромоны Сюэ Мяня не просочились внутрь. Только тогда Сюэ Мянь осознал, что тягостная мутная волна в его теле наконец схлынула. Впервые в жизни его течка оборвалась вот так посреди процесса. Не успев вникнуть в причины, Сюэ Мянь произнёс:

— Спасибо тебе.

Лу Цзяян коротко бросил:

— Угу.

При всей холодности тона спасителя Сюэ Мянь испытывал к нему искреннюю благодарность:

— Если бы тебя сегодня не оказалось рядом, мне пришлось бы туго.

Лу Цзяян наконец заговорил:

— В следующий раз не забывай принимать таблетки и не ходи по таким местам в одиночку.

Сюэ Мянь мысленно отметил, что этот парень и впрямь невероятно зануден:

— Учусь на ошибках, исправляюсь. Но всё-таки, что ты делал в Клубе Цзяци и с кем выпивал? Тот тип — твой парень?

Учитывая ошеломляющую боевую мощь Лу Цзяяна, Сюэ Мянь уже мысленно вычеркнул версию о том, что Лу Цзяян снимает омег за деньги, однако услышал в ответ:

— Нет, выпивал с инвестором по долгу службы.

Сюэ Мянь:

— А? Сопровождал на застолье?

Лу Цзяян ничуть не смутился:

— Мой агент сказал, стоит мне выпить с ним, и я, возможно, получу роль в финансируемом им фильме.

Сюэ Мянь:

— Агент сказал сопровождать, и ты пошёл? А что, если бы всё закончилось в постели?

Лу Цзяян слегка улыбнулся:

— Не закончилось бы.

Улыбка у этого парня оказалась на редкость приятной, и Сюэ Мянь невольно засмотрелся. Внезапно Лу Цзяян поинтересовался:

— У тебя есть при себе лишние деньги? Я зайду оплатить счёт за выпивку, потом верну.

— Погоди, — изумился Сюэ Мянь. — Он тащит тебя выпивать с нечистыми помыслами, а ты ещё и сам платишь?

— Если заплачу я, это будет считаться, что я угощаю его. Даже если он решит придраться потом, закон будет на моей стороне.

— ……

А ведь Лу Цзяян прав!

Но всё равно чертовски смешно.

Подобная логика позабавила Сюэ Мяня, и, продолжая смеяться, он достал телефон. На мобильнике Сюэ Мяня не было никаких секретов, так что, разблокировав аппарат, он продиктовал Лу Цзяяну пароль от счёта:

— Ладно, раз уж ты так лихо машешь кулаками, пусть будет по-твоему, братец Ян.

http://bllate.org/book/29515/3588965