Готовый перевод Saving the Cold Beauty in a Tragic Novel / Спасти ледяное сердце: Как переписать трагический финал: Глава 13

Не только он испытывал недоумение — выражение лица стоящей рядом Цяо Шуянь тоже застыло на мгновение, после чего она слащавым голоском осведомилась:

— Сы Е-гэ, вы... знакомы? Почему я никогда от тебя об этом не слышала...

Говоря это, она с сомнением окинула Лин Жаня взглядом с ног до головы и молча протянула руку, чтобы взять Цинь Сые под руку.

Глядя на эту парочку, Лин Жань почувствовал себя еще более растерянным.

Стоявшая перед ним невинная и безупречная мисс Цяо, похожая на белый цветок лотоса, в оригинальном тексте приходилась формальной невестой Цинь Сые, который заявился с претензиями к Се Цинцы.

Изначально Лин Жань считал её крайне жалким персонажем: жених равнодушен к любому полу и имеет бесчисленных любовников, что фактически равносильно статусу «жены без обязательств».

Однако, прекрасно зная, что во всем этом виноват Цинь Сые, она все равно потакала злодею и направляла лезвие против слабых.

В свое время она довела до шрамирования маленькую звездочку, которая была с Цинь Сые, и ослепила другую девушку, а в конце легко замяла все деньгами.

С Се Цинцы она повтовила тот же трюк: зная, что того принуждают, явилась лично объявить о своей помолвке с Цинь Сые, высмеивая его как любовника, вклинившегося в их брак.

Когда душевное и физическое состояние Се Цинцы пошатнулось, она «ненароком» проговорилась, что его рука больше не восстановится и в будущем он станет калекой; косвенно способствовала распространению скандала с интимными фото, из-за чего его репутация в университете была полностью разрушена; а в конце сообщила ему новость о том, что его мать скончалась от неизлечимой болезни.

Она сделала столько всего лишь для того, чтобы Се Цинцы понял: он не достоин Цинь Сые, и заставил его отступить перед лицом трудностей.

По этому поводу Лин Жань выражал полное одобрение обеими руками. В конце концов, если судить по их помешательству, кто еще мог бы сойтись с ней и этим неким Цинь?

Системный голос объявил о своем появлении с изрядным опозданием:

— Ой, не первоначальный хозяин, а сам ты, хост, собственной персоной~

В глазах Лин Жань замешательство стало еще сильнее: когда это он...

Безмолвная артикуляция Цинь Сые, обращенная к нему напротив, как раз совпала со звучавшими в голове словами системы:

— Двое суток назад, в Сумраке.

Сердце Лин Жаня ухнуло в пятки: неужели в тот вечер Цинь Сые тоже там присутствовал? К тому же, возможно, он уже тогда положил глаз на Се Цинцы, желая вовремя появиться на сцене и спасти красавца в беде, только вот его планы случайно перехватил он, Лин Жань.

А новая встреча сегодняшним вечером и последовавшая за ней естественная интимная связь, пожалуй, были спланированы заранее и развивались сами собой.

Какой же этот коварный, злонамеренный, презренный и бесстыдный тип!

Лин Жань умолк, чувствуя, что не может оставаться здесь ни секунды — ему хотелось лишь поскорее отыскать Се Цинцы и бежать вместе с ним подальше от этих двоих сумасшедших с причудливым складом ума!

Лин Суй, похоже, заметил его странное поведение и уже собирался расспросить, как вдруг его громко прервали:

— Директор Цинь, генеральный директор Лин! Какая неожиданность, какая неожиданность! Какая честь для нашего скромного жилища, что вы удостоили своим присутствием банкет по случаю совершеннолетия моего никчемного сына!

Повернув головы, все увидели направляющегося к ним слегка располневшего мужчину средних лет в сопровождении паренька — судя по всему, главного виновника этого торжества.

Разговор оборвался. На переносице Цинь Сые промелькнуло выражение отвращения, но стоило ему закончить дежурные любезности с Ян Шихуа и повернуться в другую сторону, как та оказалось совершенно пустой.

Лин Жань скрылся тайком в тот самый момент, когда их внимание отвлек Ян Шихуа, однако обошел все вокруг и не обнаружил и следа Се Цинцы.

На сцене уже вовсю разыргалось масштабное представление возвращения в клан, и Лин Жань заволновался еще сильнее. Отыскав старшего официанта, он расспросил его и узнал, что Се Цинцы ушел развозить тележку с едой.

Лин Жань вышел через боковую дверь, намереваясь направиться прямо к лифтам и ждать там, но при проходе мимо лестничного пролета внезапно был с силой оттянут назад. Какая-то крупная ладонь намертво зажала ему рот и нос, не позволяя издать ни звука...

Глава 11. Герой спасает...

Лин Жань почувствовал, что снова умирает — в самом буквальном смысле.

Человек за его спиной обладал мощным телосложением и длинными руками. Обхватив его целиком вместе с обеими руками мертвой хваткой, он не оставлял ни малейшего шанса, как бы отчаянно Лин Жань ни лягался ногами.

Он не мог издать ни звука, а стоило ему попытаться вырваться, как объятия сзади становились только крепче. Жаркое дыхание обжигало его затылок, словно какое-то крупное животное без устали обнюхивало добычу, будто раздумывая, сожрать ли ее целиком или разорвать на куски.

Воздуха в легких оставалось все меньше, в голове мутнело. Лин Жань закатил глаза, и последняя искра сознания затерялась где-то на краю: неужели он снова распрощается с жизнью на этом свете, если так...

Его отчаянные движения становились все слабее, и руки тоже начали постепенно опускаться.

Внезапно по коридору разнесся звон разбивающегося стекла. Лин Жань почувствовал, что хватка на его теле ослабла. Предприняв последнюю жалкую попытку, он неожиданно вырвался и всем телом рухнул вперед.

И в тот самый миг, когда он уже приготовился удариться головой о пол, его подхватили чьи-то теплые объятия.

Внезапно обретя свободу дыхания, Лин Жань вцепился в рукав спасителя и отчаянно задышал в его объятиях, позволяя все большему количеству свежего воздуха заполнить легкие.

Переведя дух спустя пару минут, отяжелевшая голова наконец прояснилась на самую малость. Лин Жань поднял глаза и встретился взглядом с парой чистых, как гладкое стекло, очей.

Эти глаза, обычно прозрачные до блеска, словно в них таились лед и снег, сейчас заволокло тревожным выражением, будто лед растаял в чистый родник.

— Тебе все еще плохо? — Се Цинцы смотрел на человека в своих объятиях. На лице того страх еще не успел смениться растерянностью, а выброс адреналина и долгие судорожные вздохи придавали побледневшему лицу и блеклым губам неестественный румянец.

Произнося это, он протянул руку, чтобы похлопать его по спине и помочь восстановить дыхание, но, заметив распростертого на полу человека, которого оглушили ударом, вновь превратил чистую воду в своем взоре в нетающий крепкий лед.

Лин Жань расслабился уже в тот момент, когда услышал его голос, и, заслышав заботливый вопрос, поспешно затряс головой, хрипло проговорив:

— Кхе-кхе... Спасибо, что спас меня.

Се Цинцы ответил:

— Пустяки, сущая мелочь. — После чего перевел взгляд на лежавшего ничком человека: — Что это за тип? Как он посмел здесь с тобой... с тобой... такое сделать? Вызвать полицию?

А? Лин Жань только теперь вспомнил про того злоумышленника, что пытался посягнуть на его неприкосновенность, и медленно повернул голову в его объятиях, следуя за взглядом юноши.

Результат этого осмотра поверг в абсолютное изумление, и с языка Лин ЖанЯ сорвалось:

— Как это он?!

Его удивление было вполне оправданно: Цинь Сые, который еще мгновение назад непринужденно и элегантно беседовал с окружающими в роскошном зале, сейчас пластом лежал на полу, напоминая гигантскую черную лягушку-быка.

Именно так — лягушку-быка, причем занимающуюся фитнесом каждый день культуристку-лягушку. При мыслях о том, что его только что чуть не задушили до потери сознания, у Лин ЖанЯ по спине побежали мурашки.

Убедившись, что тот не подает признаков жизни, Лин Жань поинтересовался у системы:

— Он ведь не отдал концы?

http://bllate.org/book/29398/3571798