Готовый перевод Stealth Attack with Two Points [Completed] / Двойная игра: Тайны Тринадцатой школы: Глава 12

Юй Жан больше не сопротивлялся и с мертвенно-бледным лицом положил левую руку на деревянный стол. Шэн Жань ножницами разрезал пропитанную кровью марлю, а когда снимал её, у него сердце уходило в пятки, и он боялся даже вздохнуть.

Вся его предплечье было густо усыпано ранами — глубокими и мелкими, длинными и короткими. Какие-то уже покрылись корочкой, а из каких-то еще сочилась кровь. Такая наглядная картина уступала разве что самым жестоким кровавым фотографиям.

С самого начала эта залитая кровью сцена непрерывно крутилась в голове у Шэн Жана, словно заезженная кинолента, которую никак не получалось выключить.

Обнаженный юноша перед камерой держал в руке лезвие и полосовал собственную плоть, размазывая кровь по лицу, по груди, по ладоням, а потом высовывал язык и жадно слизывал её. Сырой пол, белые стены — и везде кровавые следы, оставленные даже вместе с отпечатками пальцев.

Они молча обрабатывали рану, не обменявшись за это время ни единым словом. Юй Жан, казалось, снова погрузился на самое дно озера стоячей воды — в то самое место, от которого зависло его выживание.

Долгое время спустя Шэн Жань тихо заговорил:

— Ты ведь попал сюда не из-за драки, верно?

Он внутренне боролся, но в конце концов всё же спросил:

— Это из-за... самоповреждения?

Из-за самоповреждения ли?

Возможно.

Он уже позабыл, с какого момента начал превращаться в такое существо: то ясное сознание, то полное помутнение рассудка — в глазах окружающих он превратился в настоящего монстра.

Если бы он ненароком не ранил свою двоюродную сестру, его тетя, пожалуй, тоже не смогла бы проявить такую жестокость и окончательно отказаться от него.

Не вовремя зазвонил мобильный телефон. Шэн Жань бросил взгляд на экран определения номера, ответил и с ходу бросил в трубку:

— Столярная мастерская.

Сбросив вызов, он зашагал к выходу, но, сделав несколько шагов, вернулся обратно:

— Я заберу экспресс-доставку и скоро вернусь.

Он запоздало сообразил: с какой стати он отчитывается перед ним, куда направляется? Неужели боялся, что тот надумает лишнего?

Шэн Жань повидал здесь самых разных трудных подростков — драки, потасовки, ранние романы и аборты не были чем-то новым, но с тем, чтобы кто-то резал самого себя, он столкнулся впервые.

У него не было четкого мнения на этот счет. Поначалу он испытал шок, однако вовсе не считал такого человека ужасным; более того, когда все эмоции улеглись, у него на редкость странным образом зародилось новое чувство — жалость.

Ему казалось, что стоящий перед ним юноша одинок и жалок.

Отправленная позавчера посылка была полна до отказа. Некоторые материалы здесь достать было невозможно, поэтому он связался со знакомыми, и не прошло и недели, как всё необходимое оказалось собрано. Подумав об этом, Шэн Жань снова расслабился, и дни ожидания стали невыносимо томительными.

Вернувшись в домик, он обнаружил, что Юй Жана внутри нет. Неужели ушел? Нет, невозможно: если бы он уходил, они бы обязательно столкнулись.

Шэн Жань уже начал недоумевать, как вдруг услышал доносившиеся из внутренней комнаты обрывки голоса — похоже, кто-то разговаривал по телефону. У него не было привычки подслушивать чужие секреты, поэтому он благоразумно отступил назад, лишь смутно расслышав слова Юй Жана: Брат совсем не боится.

Ого, да у него, оказывается, есть брат.

Этот телефонный разговор продолжался недолго. Когда Юй Жан вышел из комнаты, его лицо выглядело гораздо лучше. Заметив ждавшего снаружи Шэн Жана, он с заметной неловкостью поблагодарил его.

— Пустяки, — Шэн Жань принялся распаковывать посылку, лишь бы завязать разговор. — Ты только что с родными разговаривал?

— Мм, — Юй Жан опустил ресницы. — С младшим братом.

— Братом? — Шэн Жань удивленно протянул. — Родным?

— Близнецом.

— Ох ты ж ёлки? — Шэн Жань поднял голову, испытывая крайнее удивление, а затем, задумчиво потерев подбородок, спросил: — Твой брат случайно не любит делать завивку?

Юй Жан смотрел на него секунд десять:

— Моего брата зовут не Юй Цянь.

— А, — Шэн Жань бесстыдно усмехнулся. — А как тогда?

— Юй Син.

Он повторил еще раз:

— Моего брата зовут Юй Син.

— Кхм... — Шэн Жань посмотрел на него. — Ваши родители явно проявляют предвзятость.

Юй Жан: — ?

— Если бы вы вдвоем были: один Уступающий (Жан), а другой Скромный (Цянь), это еще можно было бы назвать братской дружбой и соглашением, — Шэн Жань перевел взгляд обратно на коробку с посылкой. — Но когда один Уступает (Жан), а второй Действует (Син), разве не очевидно, что старший брат во всем должен уступать младшему?

— Я сам так хочу, — произнес Юй Жан. — То, что старший брат уступает младшему и защищает его — это самое естественное дело на свете.

Шэн Жань никак не ожидал, что человек с таким упрямым и непреклонным видом будет придерживаться подобного мнения о брате. Стоило ему снова вспомнить поступки самого Юй Жана, как у него по спине внезапно пробежали мурашки. Если Юй Жан таков, то его брат...

— Мой брат очень послушный.

Словно разгадав его подозрения, Юй Жан прямолинейно возразил, и в его глазах промелькнула мрачная тень, словно он не позволял никому строить беспочвенные догадки насчет Юй Сина.

Шэн Жань неловко потрогал нос:

— Тогда... он в родных краях?

Родные края — пожалуй, можно и так сказать.

— А я вот своего брата на дух не переношу, зато он просто липнет ко мне, за что его мама вечно ругает.

Шэн Жань подошел к верстаку, неся в руках вещи. Он говорил так легко и непринужденно, что, не зная его семейного фона, можно было бы принять это за самые обычные отношения между братьями.

Пора уходить, подумал Юй Жан.

Но Шэн Жань вдруг окликнул его по имени:

— Раз уж ты здесь, помоги мне с одной вещью.

Хотя в мыслях было лишь желание уйти, ноги сами понесли его вперед — у этого едва знакомого человека обнаружилась какая-то удивительная магия.

Глядя на парня с внешностью стопроцентного сердцееда, Юй Жан подумал, что тот, наверное, неплохой человек.

Шэн Жань вытащил из коробки две совершенно одинаковые волнистые тонкие деревянные планки и приложил их друг к другу боками — тут же отчетливо проступила нужная форма. Оглядев усыпанный обрезками пол и вспомнив вчерашний чертеж, Юй Жан внезапно озарился догадкой.

— Ты делаешь гитару?

— Не гитару, — Шэн Жань аккуратно подогнал боковины и положил их на стол, после чего извлек из ящика для инструментов столярный клей и два прямоугольных бруска, прикидывая их расположение. — Это укулеле.

Неудивительно, что размер оказался несколько меньше. Юй Жан видел, как такую штуку продавали на ночном рынке, и тогда принял её за простую игрушку.

— Подержи-ка эти две боковины.

Шэн Жань отвинтил крышку, взял один из деревянных брусков и принялся равномерно наносить на него клей.

— Сейчас я буду приклеивать верхний и нижний клецки. Машин у меня нет, так что придется фиксировать вручную.

Юй Жан не понимал терминов, о которых он говорил, но послушно, шаг за шагом, делал всё по его указаниям. Движения Шэн Жана были предельно осторожны, а выражение лица — невероятно сосредоточенным. Это заставило Юй Жана тоже напрячься до такой степени, что пальцы, прижимавшие боковины, начали заметно подрагивать от напряжения.

http://bllate.org/book/29351/3564985