Готовый перевод My Alpha Mate is Obsessed / Идеальная совместимость: Одержимый альфа и его омега: Глава 6

Цзо Цин замер на мгновение, а затем осторожно осведомился:

— Молодой господин, сегодняшнее лекарство уже было принято?

— Не для ног, — Янь Цзайсин с тяжелым стуком опустил чашку с чаем на стол. — Подавители.

По подсчетам, до периода уязвимости было еще далеко, но неизвестно почему сегодняшним вечером на душе становилось все более тревожно, а внутри разливалось жуткое недомогание. Если бы не отчаянные попытки разума удержать контроль, он бы, пожалуй, отчитал того вице-президента на чем свет стоит.

наружу выплеснулась волна феромонов с крайне давящим ароматом сухих роз, прижавших Цзо Цина к полу так, что он едва мог дышать. Шатаясь, он отыскал лекарство Янь Цзайсина и вместе с теплой водой протянул его хозяину.

Стоило тому проглотить препарат, как феромоны немного ослабли. Цзо Цин с трудом перевел дыхание и, сделав шаг или два назад, наконец обрел устойчивость.

— Ступай, — заметив движение позади, Янь Цзайсин отставил стакан с теплой водой, помассировал переносицу и небрежно махнул рукой. — Будет нужно — позову.

Цзо Цин молча кивнул, отступил назад и, повернувшись, потянул за ручку двери, но тут же испуганно замер.

На пороге стоял неопрятно одетый Омега, который как раз собирался ворваться внутрь. В нос ударил густой шлейф феромонов — очевидно, тот находился в периоде уязвимости.

Цзо Цин тут же нахмурился и протянул руку, преграждая путь:

— Вы ошиблись дверью, мой молодой господин сегодня не заказывал услуг.

Произнеся это, он испуганно оглянулся, боясь потревожить Янь Цзайсина. Состояние молодого господина сегодня оставляло желать лучшего, и если тот сейчас разозлится, еще неизвестно, к чему это приведет. Однако от этого взгляда сердце Цзо Цина упало: инвалидное кресло Янь Цзайсина уже развернулось, и он, прищурившись, разглядывал человека, стоявшего перед его помощником.

В его взгляде проскользнули нотки жадности и чего-то неопределенного… похожего на вожделение.

Но Цзо Цин знал, что это точно не вожделение. Из-за травм, полученных в автокатастрофе в восьмилетнем возрасте, железа Янь Цзайсина подверглась необратимым повреждениям. С тех пор он оставался абсолютно равнодушен к фероменам любых Омег и даже не мог распознать их запах, а потому никак не мог воспылать страстью к Омеге в периоде уязвимости.

Пожалуй, дело было просто в раздражении, подумал он и уже собирался вытолкнуть Омегу наружу, как сзади раздался голос:

— Цзо Цин.

Движение его руки замерло:

— Молодой господин?

— Чем от него пахнет?

Чем пахнет?

Цзо Цин окинул взглядом стоявшего перед ним Омегу, под глазом которого красовалась крошечная красная родинка. Тот был до того потрясающе красив, что казалось, стоило взглянуть на него еще хоть раз — и лишишься души. Неудивительно, что молодой господин заинтересовался.

Но запах… Он усердно принюхался, но смог различить лишь сладость.

Осторожно подобрав слова, он произнес:

— Сладким, похоже на цветочный аромат?

Уголки губ Янь Цзайсина чуть приподнялись:

— Аромат нероли.

— Молодой господин, тогда?..

— Пусть войдет.

Дверь захлопнулась, и Янь Цзайсин, запере2шив ее изнутри на замок, посмотрел на стоявшего у порога Омегу.

— Кто тебя прислал? — он протянул руку, зацепил воротник одежды Омеги и заставил того склониться ближе, а затем кончиками пальцев ухватил за подбородок, разглядывая лицо в мягком, интимном свете желтоватых ламп. Его взгляд на мгновение задержался на крошечной алой родинке среди ресниц под левым глазом незнакомца.

В столь принудительной позе тому поневоле приходилось смотреть на него. Янь Цзайсин вгляделся в его глаза — светло-серые, чистые и прозрачные.

В этих глазах Омеги он увидел первозданную, наивную простоту.

Это была чистая жажда и требование плотских наслаждений.Он вовсе не из тех омег, что работают в сфере услуг, возможно, он просто впервые столкнулся с периодом уязвимости и не знает, что теперь делать.

Янь Цзайсин размышлял об этом, ведя кончиками пальцев от подбородка вверх, по контуру щеки, пока не нажал слегка на заднюю часть шеи.

Он был очень худым, пальцы Янь Цзайсина явственно ощущали позвонки на его затылке — на ощупь было приятно. Мужчина с мягким усилием притянул его к себе.

Запах флердоранжа, сладкий и чистый, становился всё насыщеннее.

— Тебе плохо? — Янь Цзайсин поднял руку, закрывая конференцию. Под воздействием сладкого аромата его голос невольно смягчился, низкий и бархатистый, словно дурманящий яд.

Дыхание омеги участилось, из горла вырвался жалобный всхлип.

Вид у него был такой, будто он уже долгое время находился в мучениях, размышлял Янь Цзайсин.

Он прижал руку к затылку омеги, целуя ярко-красную родинку под его глазом, и прошептал вопрос прямо на ухо.

Омега кивнул.

Природные инстинкты альфы полностью пробудились, но Янь Цзайсин не спешил, он откинулся на спинку инвалидного кресла, наблюдая за ним. Полностью контролируя ритм этого переплетения феромонов, он ощутил в глубине души извращенное удовольствие от намеренного затягивания мучений, а потому нарочно тянул время:

— Я не слышу.

Омега, очевидно, не был настроен тратить время, как ястреб. Нахмурившись, он слегка приоткрыл плотно сжатые губы и едва слышно проронил:

— М-м.

Довольный, тихий смешок вырвался из горла Янь Цзайсина, и он приказал:

— Иди сюда.

Ци Гу было сложно описать свои ощущения.

Казалось, его душа покинула тело: разум и плоть действовали порознь. Он вроде бы оставался в сознании, но в то же время был словно пьян и не мог себя контролировать.

Запах сухих роз лишил его остатков рассудка. Несмотря на отчаянные попытки сдержаться, он всё же шаг за шагом двинулся вперёд.

Он видел, как ведомый жаждой, впечатанной в самую душу, он сам входит в клетку собственных желаний.

Сладкий цветочный аромат сплелся с терпким запахом роз. Янь Цзайсин придерживал Ци Гу, глядя снизу вверх на его белоснежную шею и слегка дергающийся кадык. В те моменты, когда аромат флердоранжа становился настолько густым, что перехватывало дыхание, он спрашивал его:

— Как тебя зовут?

Ци Гу игнорировал этот вопрос. Его бросило в пот, кожа пылала. Он попытался опереться на холодную спинку инвалидного кресла, чтобы хоть немного устоять среди этого розового дурмана, но Янь Цзайсин властно перехватил его запястья, завел руки за спину и, удерживая, снова спросил:

— Как тебя зовут?

Ци Гу издал протяжный стон, и в его прерывистом дыхании прозвучал ответ:

— Ци Гу.

Янь Цзайсин слегка прищурился.

Он слышал об этом человеке.

Ци Гу, самый молодой профессор Университета Цзиньань, редкий пациент с Синдромом замедленного развития желез. Он лично проходил тестирование и принимал участие в исследованиях, связанных с этим недугом. Из-за необходимости разработки препаратов Янь Цзайсин читал тогдашние отчеты… Трудно было представить, что этот хрупкий и тонкий человек смог вынести столько боли во время экспериментов.

Из-за долгое время не определенного пола и лица, способного очаровать кого угодно, Ци Гу с момента своего первого появления на публике стал объектом всеобщего обожания. Его красота и выдающиеся достижения сделали его популярнее большинства виртуальных идолов, он даже однажды давал интервью для журнальной колонки.

http://bllate.org/book/29260/3554018