Готовый перевод The Scorned Girl Caught the Eye of Nine Provinces' Beauties / Изгоя преследуют красавицы Девяти Земель: Глава 15

Это скелет!

Бесчисленные скелеты теснились слой за слоем, образуя целые горы. Их пустые глазницы безжизненно глядели на бескрайнее небо, а из черепов, глазниц и ноздрей пучками распускались ярко алые розы — зловещие и ослепительно прекрасные.

Огненно-красные цветы расстилали свои ветви в черном тумане, полные жизненной силы, казалось, они непрерывно впитывали питательные вещества из костей скелета.

Линь Чжицин в одно мгновение оцепенела с головы до ног. Глядя на горы и поля, усыпанные скелетами, она думала лишь об одном:

Сколько же людей в конце концов убила Чэн Фэй?

В тот самый миг, когда Линь Чжицин появилась у входа в пещеру, почти все бутоны роз раскрылись в одно мгновение, заставляя дрожать свои соблазнительные лепестки. Капли росы сорвались с них и упали на землю, издав капающие звуки.

В то же время скелеты ожили.

Пара за парой безжизненных глазниц уставились прямо на Линь Чжицин. У нее мгновенно затылок покрылся мурашками, она инстинктивно отступила назад, но обнаружила, что вход в пещеру неизвестно когда зарос лианами, которые никак не получалось убрать.

Черт! Разве физическое тело Чэн Фэй не было запечатано?! Что происходит с этими лианами?

В отличие от тех хрупких лиан Чэн Тинвань, что разлетались от одного удара молнии, этот темно-зеленый побег перед глазами обладал невероятной гибкостью, несравнимой ни с чем обычным. Он походил на медную стену и железный барьер: сколько бы духовной энергии ни изливала Линь Чжицин, лианы упрямо оплетали вход.

Словно огромная ядовитая змея, они отрезали все пути к отступлению, заставляя добычу двигаться вперед вопреки ее воле.

Скелеты двинулись к ней, суставы издавали скрипящие звуки, а костлявые пальцы целиком метили прямо в сердце Линь Чжицин.

Линь Чжицин быстро сориентировалась, одним прыжком взлетев на самую высокую ветвь в Пещере десяти тысяч призраков. Ее сердце колотилось как безумное, а сама она сверху вниз оглядывала море скелетов. По мере того как Линь Чжицин поднималась выше, они тоже дружно задирали головы, а их «глаза» намертво приковывались к ней.

Живые существа?

Вряд ли.

Линь Чжицин нахмурилась. Перерыв все свои воспоминания, она не смогла отыскать ни единого прецедента, когда при сгнившем теле душа все еще оставалась цела. Состояние той толпы скелетов было скорее похоже не на подселение духов, а на паразитизм.

Очевидно, что ослепительные и броские розы на черепах были главными паразитами: они росли пышно и ярко, управляя каждым движением скелетов.

А поскольку роза — это синоним Чэн Фэй, все действия скелетов означали волю самой Чэн Фэй.

Линь Чжицин замерла на мгновение и произнесла:

— Система А-Хуан, просканируй кости этих скелетов, сможешь ли ты определить год их смерти и причину?

[Хорошо-о~]

А-Хуан превратился в золотистый шар и сверху вниз просканировал пространство кадр за кадром, после чего доложил:

— [Хозяин системы, все эти люди погибли в течение последних двенадцати лет. Они умирали волна за волной, а на костях скелетов видны следы от заклинаний стихии дерева, судя по всему, они подверглись нападению культиватора с духовным корнем древесины.]

[Должно быть, они собрались вместе, пытаясь прорваться в Пещеру десяти тысяч призраков, но нарушили чужие владения и были убиты Чэн Фэй прямо у входа. К тому же я обнаружил одну вещь: хотя это всего лишь предположение, звучит оно несколько нелепо.]

— Говори, я слушаю.

[Независимо от пола, телосложение у всех этих людей довольно крупное. Иными словами, рост этих скелетов в точности укладывается в те же рамки, что и стандарты клана Цюй при отборе стражников. Не слишком ли это большое совпадение?]

— Я не верю в совпадения. Если объединить следы льда у входа и слова Сяо Бая, мы можем с уверенностью утверждать, что Цюй Фэнмянь вознамерилась штурмовать гору, хотя истинная причина пока неясна...

Безапелляционно заявила Линь Чжицин. Ее взгляд был острым как никогда прежде, она буквально сканировала толпу скелетов, изучая розы, проросшие из их распоротых животов:

— Если отбросить в сторону Цюй Фэнмянь, то удастся ли нам отыскать тело бывшего главы клана — зависит исключительно от отношения Чэн Фэй.

Но почему в Пещеру десяти тысяч призраков, куда не может проникнуть даже Цюй Фэнмянь, ее саму пропустили так легко? И раз уж Линь Чжицин способна беспрепятственно ступать в личные владения Чэн Фэй, не значит ли это, что она сможет заполучить нечто большее?

Мысленно она решила:

— Сейчас узнаем.

Окинув взглядом окрестности, Линь Чжицин увидела, как бесчисленные мрачные черепа смотрят на нее снизу вверх. Стоило ей спрыгнуть вниз, туда, где скелетов было больше всего, как они бросились на нее, точно гиены, почуявшие гнилое мясо. Скелет, шедший впереди, двигался явно быстрее остальных. Он был еще крупнее, каждый сустав его костлявых пальцев отчетливо выделялся, и он метил прямо в сердце Линь Чжицин!

Три метра...

Два метра...

Один метр...

От скелета повеяло порывом ветра, но Линь Чжицин по-прежнему оставалась непоколебима, не смея даже моргнуть. Лишь прядь волос качнулась от ветра, зато система, решив, что хозяйка ревнует себя к смерти и решила покончить с собой, завизжала:

[Хозяин системы! Уворачивайся же, а-а-а-а...]

Не успел затихнуть этот вопль, как костлявые пальцы внезапно сменили траекторию и почтительно сложились в приветственном поклоне перед Линь Чжицин.

Линь Чжицин ответила легким поклоном в ответ.

И лишь подняв взгляд вновь, она смогла внимательно рассмотреть стоявшего перед ней скелета: он оказался чуть выше, чем она предполагала, тихо стоял перед ней и галантно соблюдал дистанцию, выглядя одновременно не слишком отстраненно, но и без излишней фамильярности. Он лишь всматривался в нее из глубин темного тумана, и Линь Чжицин почему-то показалось, что он невероятно одинок.

Этот костяк излучал слабое сияние, а внутри его истлевшего тела цвела вечная роза. Черный и красный цвета бесконечно переплетались, напоминая то пылающее пламя, то пепел, сжигающий все дотла.

Линь Чжицин впервые оценила красоту скелета: в нем таилось какое-то бесконечное притяжение, заставляющее сгорать от нетерпения пуститься с ним в пляс, погрузиться на дно и напиться до беспамятства.

Пока он не протянул руку к Линь Чжицин, молчаливо чего-то ожидая. Та замерла и инстинктивно сжала ее в ответ.

Сначала ледяной холод прошелся по кончикам пальцев прямо в сердце, но затем ощущение стало теплым и гладким, словно при поглаживании хотаньского нефрита. Пальцы были тонкими и длинными, и Линь Чжицин невольно подумала, что если бы на этом скелете наросла целая плоть, она, пожалуй, смогла бы обнять ее целиком.

Он вел Линь Чжицин вперед, в самую гущу темного тумана, лишь едва касаясь ее ладони и не проявляя никакого принуждения — стоило Линь Чжицин приложить хоть малейшее усилие, и она бы легко высвободилась, но она не стала этого делать.

Система задумалась и вдруг произнесла:

— [Хозяин системы, телосложение этого скелета, кажется, совсем не соответствует стандартам личной стражи клана Цюй. Мне даже стало любопытно, кем же он был при жизни.]

Линь Чжицин небрежно обронила:

— Физическое тело Чэн Фэй запечатано, возможно, это ее собственные останки.

Внезапно она зацепилась за камень и потеряла равновесие.

Мертвенно-бледные кости надежно поддержали ее, и Линь Чжицин произнесла:

— Большое спасибо. И позволь задать нескромный вопрос: куда ты меня ведешь?

Скелет остановился и медленно поднял руку. Линь Чжицин проследила за тем, куда он указывал: по щелчку пальцев скелета черный туман рассеялся, и представшая перед ней картина стала кристально четкой, заставив ее сердце болезненно сжаться:

Темно-красные трещины покрывали всю землю, напоминая струпья на человеческих ранах. Извиваясь, они сходились в гигантский круг, который тянулся прямо к ногам Линь Чжицин. Темно-красный ореол поднимался от земли, окутывая все вокруг зловещим предзнаменованием.

Однако внутри этого ореола ничего нельзя было разглядеть — словно невидимая стена воздуха преграждала путь, стоя прямо посреди пустоты.

Система в ужасе закричала:

— [Охренеть, да это же Тотем!]

Линь Чжицин переспросила:

— Тотем? Ты имеешь в виду эти красные следы, которые выглядят так, будто по ним течет лава?

[Именно так! Тотемы рождаются из обид и навязчивых мыслей. Когда человек умирает, его чувства бывают настолько сильными, что создают гигантскую клетку. Эти клетки бывают разных размеров — от вмещающих одного человека до рассчитанных на мириады душ, без каких-либо точных правил.]

— Чья же одержимость способна породить Тотем?

[Да кого угодно! Неважно, благородного ли ты происхождения из императорской семьи или деревенский увалень, совершил ли ты бесчисленные злодеяния или сохранил чистоту помыслов — главное, чтобы в момент смерти твоя навязчивая идея была достаточно глубока.]

— Понятно, — кивнула Линь Чжицин. — Значит, внутри мертвецы.

[...] — Истина.

Линь Чжицин перевела взгляд на скелет. Тот по-прежнему оставался невозмутим. Она дотронулась до розы, распустившейся в его ребрах, и спросила:

— Ты не пойдешь со мной?

Скелет сложил руки в поклоне и покачал головой. Его сияющие суставы робко коснулись ореола, но в тот же миг обратились в пыль, после чего он тихо отступил назад, глядя на нее.

Линь Чжицин приподняла бровь и повторила то же движение — ничего не произошло.

Он слегка кивнул, будто одобряя поступок Линь Чжицин, а возможно, прощаясь. Его длинные пальцы неторопливо и плавно зашевелились, а сияющий блеск рябил в глазах Линь Чжицин, пока система не перевела:

[Этот путь опасен, будь во всем осторожна.]

***

Как только Линь Чжицин ступила в пределы Тотема, ей в ушах послышался настоящий грохот грома, смешанный с пронзительными криками злобных духов, словно зов из глубин преисподней пытался утащить ее в бездну.

В ту же секунду у нее закружилась голова, она перестала отчетливо слышать даже отчаянный зов системы. Лишь когда в себя пришла, то обнаружила, что вокруг всё полностью изменилось:

Прежние скелеты исчезли, и, оглядевшись по сторонам, она не увидела ничего, кроме густого тумана. Когда звон в ушах стих, ему на смену пришла бескрайняя тишина, не нарушаемая ничем, кроме ударов ее собственного сердца.

Ветра не было. Протянув руку, Линь Чжицин коснулась влажного воздуха и нерешительно сделала шаг вперед — под ногой ощутилось что-то мягкое и проваливающееся, словно грязь после сильного дождя.

— А-Хуан?

[Я здесь!]

Линь Чжицин уже было собралась перевести дыхание, как вдруг волна жуткого сердцебиения накатила на нее с головой. Она рухнула на колени, и даже попытка смягчить падение выставленными руками не спала от сильного удара. Ее лицо побелело от боли, а губы приобрели синюшный оттенок. Система встревоженно завопила:

— [Хозяин системы, что с тобой?! Не пугай меня! Только что вошла — и уже перестала меня слышать, а теперь почему-то вдруг упала?]

Линь Чжицин закусила губу:

— Ничего страшного, сейчас отпустит. А-Хуан, слетай вперед и посмотри, тело бывшего главы клана должно быть где-то внутри Тотема.

А-Хуан превратился в золотистый шар и, взмахнув крыльями, улетел. Избавившись от него, Линь Чжицин тяжело задышала, словно у нее разом отобрали все силы, пока терзающая сердце боль от укусов невидимых термитов немного не утихла. Собрав остатки сил, она принялась массировать грудь в надежде облегчить свое состояние с помощью нажима.

Нет...

Линь Чжицин резко распахнула глаза: липкое ощущение на ее руках вовсе не походило на илистую жижу. Скорее оно напоминало мясной фарш — вязкий и влажный. Забыв о боли в груди, она яростно погрузила руки обратно в «землю» и принялась беспорядочно шарить в ней, пока не нащупала нечто, похожее на деревянную палку. В тот же миг ее затрясло в лихорадке.

В этот самый момент ее мозг будто отключился. Она же только что держала за руку скелетный палец, и это ощущение она не могла забыть ни при каких обстоятельствах.

То, что она только что нащупала в «земле», оказалось человеческими пальцами!

Она даже не смела представить, чем на самом деле являлась та грязная почва, по которой она шла всю дорогу — горами трупов, морем крови? Она отчаянно подавляла жуткие догадки, с трудом поднялась на ноги и неподвижно замерла на месте.

http://bllate.org/book/29246/3552477