Готовый перевод Secrets / Тайны за гранью судьбы: Глава 14

Гарри с легким удивлением наблюдал, как дверь таинственным образом отворяется перед ним. Он вошел в комнату, дверь за его спиной закрылась, и Драко сдернул Мантию-невидимку.

— Я не берусь судить, все ли на твоей стороне... или вообще никто, — озадаченно произнес Драко.

— Сам скажи мне, — пробормотал Гарри. Особенно после ссоры со Скримджером он чувствовал, что вынужден бороться за каждую крупицу помощи от своих союзников.

— Я думал, семейка Уизли, по крайней мере, на твоей стороне, — сказал Драко.

— Они и есть, — возразил Гарри. Удивительно, но в голосе Драко не прозвучало сарказма в адрес Уизли, однако этот комментарий все равно заставил Гарри защищаться. — Я просто немного растерялся и забыл предупредить их, чтобы они никому не рассказывали о Виктории. Я не смел просить его об этом, иначе это повлекло бы за собой еще больше вопросов, с которыми мне не хотелось разбираться, но я готов поспорить, что мистер Уизли просто без ума от гордости за меня из-за помощи в заботе о ней.

Драко презрительно покачал головой. — Во всяком случае, у тебя не получится назвать им вескую причину молчать так, чтобы это не вызвало подозрений. — Он с восхищением посмотрел на Гарри. — Пожалуй, я впечатлен, Поттер, — лениво бросил он.

— Я тоже, — произнесла Нарцисса, шагнув вперед.

Гарри настороженно посмотрел на них. — Вы оба всё слышали, да? — спросил он.

— Да, моя внучка теперь стала Поттером, — сухо отозвался Драко.

— Помилуйте, и что мне было делать? — возразил Гарри, направляясь к лестнице. — Я же не мог назвать ее настоящие имя. По крайней мере, так она защищена хотя бы с одной стороны. Если бы я назвал ее настоящее имя, она бы точно стала мишенью для обеих сторон.

Гарри вошел в свою комнату, прямиком направился к письменному столу и принялся искать чистый пергамент, чернила и перо.

— Что ты делаешь? — спросил Драко.

— Собираюсь выполнить свою часть условий, — рассеянно бросил Гарри.

— Каким образом? — уточнил Драко.

Гарри нашел пергамент и потянулся за чернилами. — Сначала я напишу Полуне, чтобы они с отцом готовились к действиям, а потом мне нужно написать Гермионе, связать ее с Ритой, чтобы мы могли составить статью. Гермиона сможет помочь решить, что стоит предавать огласке, а что нет.

Он задумчиво замер. — Но сначала мне нужно придумать, как объяснить всё так, чтобы Гермиона осталась довольна. Она наверняка спросит, почему я согласился не нападать на Министерство магии. Впрочем, это будет не так сложно. Она знает, как я отношусь к семье. Думаю, она не станет слишком сильно допытываться насчет моих мотивов, — решил он. — Она поможет мне сообразить, что именно следует сказать.

Семейство Малфой молча наблюдал, как Гарри второпях написал два письма и отправил их с Буклей.

Гарри устроился у окна, провожая взглядом улетающую Буклю, и обернулся к Драко и Нарциссе. Нарцисса чинно сидела на краешке кровати, а Драко лениво примостился рядом. Гарри с любопытством хмыкнул.

— Миссис Малфой, вы выглядите так, будто совсем не вписываетесь в эту обстановку, — с беспокойством произнес он.

Она обвела взглядом комнату и решительно посмотрела на Гарри. — Признаю, это не совсем в моем вкусе, но я благодарна, что вы позволили нам прийти, — сказала Нарцисса. — Мне не на что жаловаться.

Гарри задумчиво нахмурился. — Вы совсем не такая, какой я вас себе представлял, — признался он.

— Что ж, полагаем, мы квиты, — тепло улыбнувшись Гарри, произнесла Нарцисса. — Вы тоже отличаетесь от моих ожиданий.

Гарри пожал плечами, молчаливо соглашаясь с ней.

— Я уверена, что сегодня вы заслужили мое доверие точно так же, как заслужили доверие моего сына и моей внучки, — продолжила Нарцисса. — Я верю, что мой сын был прав: нам стоит принять любую защиту, которую вы можете предложить нашей семье, а взамен мы сделаем всё от нас зависящее, чтобы помочь вам.

Гарри потрясенно уставился на нее. Этого он и добивался, но никак не ожидал, что все обернется именно так.

Она грустно улыбнулась ему. — Это решение далось мне нелегко, но во многих смыслах я шла к нему уже очень давно, — сказала Нарцисса. — Мне было противно видеть, как Темный Лорд использует моего сына подобным образом.

Она замолчала и с нежностью посмотрела на Драко, а затем на мгновение задержала взгляд на Гарри. — Я всё еще вижу в вас мальчишек, но очевидно, что вы оба — сильные молодые люди, готовые на всё ради защиты своих семей. — Нарцисса посмотрела на Гарри. — Вы, Гарри Поттер, готовы сделать всё ради защиты абсолютно всех семей, — произнесла она. — Я глубоко уважаю это и восхищаюсь вашей силой.

Гарри не знал, что ответить. Учитывая всё, что она только что сказала, эта женщина казалась невероятно несчастной.

— Решиться покинуть дом было трудно, — заговорила Нарцисса, — но оставаться там означало жить в постоянном страхе каждый день.

Гарри пристально посмотрел на нее, внезапно осознав кое-что. — Приняв это решение, вы ведь ушли и от своего мужа, верно? — спросил он.

— Да, — мягко ответила она, и это признание стоило ей невероятных мук. — У вас нет причин верить мне, но Люциус — хороший человек. Его испортил Темный Лорд, — сказала она. — Люциус ставит семью превыше всего, и я уверена: он поступил точно так же, как вы упоминали сегодня вечером. Он сделал выбор, чтобы защитить свою семью. Просто его выбор оказался полной противоположностью тому, что сделали ваши родители.

— Люциус — бессердечный ублюдок, — бесстрастно бросил Гарри.

Драко резко сел, яростно напрягшись всем телом, но Нарцисса предостерегающе коснулась его руки, призывая к тишине.

— Он ублюдок, — слабо улыбнувшись, произнесла Нарцисса. — Но не бессердечный.

Гарри в отчаянии запустил руку в волосы, но пальцы запутались в застарелой крови на прядях. Он с брезгливостью глянул на свою руку и оставил всё как есть. — Сейчас мы не сможем прийти к единому мнению насчет Люциуса, — сказал он. — Когда я видел его в последний раз, этот человек пытался меня убить.

— Он выполнял приказ, — зло бросил Драко. — Из-за тебя я лишился отца.

Выражение лица Гарри ожесточилось, и он в упор посмотрел на Нарциссу, а не на Драко. — А я лишился крестного отца, — ответил он.

Нарцисса отпрянула, и это движение заставило Драко замереть и с тревожным вниманием уставиться на них обоих.

— Пусть это ничего не меняет, но я виновата перед вами куда сильнее, чем вы думаете, — произнесла Нарцисса, и на ее глазах выступили слезы.

Драко выглядел испуганным, но промолчал.

— Вы с вашей семьей сделали поистине ужасный выбор, — сурово произнул Гарри.

Слезы покатились по щекам Нарциссы, но она не отрывала от Гарри твердого взгляда. — И теперь мы наконец пытаемся сделать правильный выбор, — сказала она. — Я понимаю лучше сына: у вас нет ни единой причины давать нам шанс, но если вы все-таки дадите его, мы примем его и будем помнить, что это дар самой жизни.

— Я заявляю о разрыве с тем страхом и неизбежной гибелью, которым семья Малфой предавалась до сего дня, — произнесла Нарцисса. Несмотря на продолжающие течь слезы, голос ее звучал поистине по-королевски. — С вашего позволения я бы хотела собрать всё имущество, какое удастся, уладить финансовые дела и немедленно вырваться из-под власти Темного Лорда.

Гарри с сомнением посмотрел на нее. — Мне пока некуда вас поселить, — сказал он. — На данный момент у меня есть лишь эта маленькая комнатушка.

— Вы готовы проявить великодушие и предоставить ее нам? — спросила Нарцисса.

— Э-э, да, пожалуй, — озадаченно ответил Гарри. — Но здесь вы будете в не меньшей опасности. Вы же сами видели сегодня вечером, как сюда заявлялся Скримджер.

— Нам придется быть куда осторожнее, — согласилась Нарцисса. — Но пока он был здесь, я видела молодого человека, который не побоялся выступить против Министра магии, молодого человека, готового взвалить на себя ненавистную ношу ради защиты моей семьи. Именно за таким юношей мне хочется следовать. А не за Темным Лордом, которому плевать на моих близких.

Гарри устало вздохнул, чувствуя себя абсолютно побежденным. Он завязал себя в такой узел, и прекрасно это понимал. Но он всё еще не представлял, как сказать тому самому человеку, что тот мог бы помочь ему в этом вопросе.

— Мне не нужны последователи, — пробормотал он.

Нарцисса сквозь слезы улыбнулась. — Да, я знаю, что не нужны, — ответила она. — Оттого следовать за вами хочется еще сильнее.

Гарри озадаченно уставился на нее — в этот момент ее слова выходили за рамки его понимания.

— Послушайте, я стараюсь подыскать нам безопасное место, — сказал он. — Просто на это потребуется время, — признал он. — Я не шучу, сейчас мы в буквальном смысле заперты вдвоем в этой крошечной комнате. Если вы исчезнете, то станете целью для Волан-де-Морта, а для светлой стороны вы уже цель. Вы окажетесь привязаны к этой лачуге, а я даже не могу предложить вам остальную часть дома, — с горечью добавил он.

— Я всё понимаю, — произнесла Нарцисса. — И тем не менее я также понимаю, что эта маленькая комната куда безопаснее просторного Малфой-менора. Дело вовсе не в роскоши и комфорте, и вам это известно лучше, чем мне.

— Да, я понимаю, — отозвался Гарри. — Просто я не уверен, что оба Малфоя способны по-настоящему это осознать, — пробормотал он.

— Мы осознаем, — с улыбкой ответила Нарцисса, вновь обретая самообладание. — Я понимаю, чисто технически было бы полезнее оставаться на прежних местах. Так мы могли бы добывать для вас больше ценной информации. — В ее голосе послышалось сомнение, словно она пыталась угадать, действительно ли Гарри этого хочет.

— Возможно, — презрительно бросил Гарри. — Но Малфой из рук вон плох в роли Упивающегося смертью. Если он продолжит в том же духе, его просто убьют, — добавил он со всей серьезностью.

— Это один из моих главных страхов, — согласилась Нарцисса. — Такая жизнь не подходит моему сыну, и уж точно не подходит моей внучке. Она жестока и безжалостна, и я больше не позволю им продолжать жить так.

— Что ж, ладно, — медленно произнул Гарри. Он нерешительно окинул взглядом комнату. — Я понятия не имею, как мы тут все разместимся, но... добро пожаловать в мою комнату.

— Спасибо, мистер Поттер, — с изяществом ответила Нарцисса.

— Э-э, вообще-то, мы собираемся делить комнату на всех, — сказал Гарри. — По крайней мере, может, назовешь меня Гарри?

Нарцисса тепло улыбнулась. Поднявшись с места, она подошла к Гарри и заключила его в объятия. — Спасибо, Гарри, — нежно произнесла она. — А ты зови меня Нарциссой.

Гарри обнял ее в ответ, чувствуя себя неловко от происходящего, но испытывая странную смесь радости и растерянности.

Она отступила на шаг, и Гарри заметил, что Драко наблюдал за ними. На лице слизеринца застыло такое же выражение, какое, должно быть, было и у самого Гарри, разве что к нему примешивались робкая надежда и неподдельный страх.

— Мы что, правда уезжаем из имения и будем жить с Поттером? — спросил Драко у матери.

— Да, — ответила Нарцисса.

— Ох, — только и вымолвил Драко, выглядя совершенно ошеломленным.

— Полагаю, тебе тоже пора звать меня Гарри, — сухо заметил Гарри. — Особенно учитывая, что, судя по всему, спать нам снова придется вместе.

Драко удивленно рассмеялся. — Жду не дождусь, — лениво бросил он.

••••••••••

Гарри наконец рухнул на кровать, с отчетливым пониманием того, что завтра вечером ему придется делить ее с Драко. Нарцисса и Драко ушли, предупредив, что завтра вернутся уже окончательно. Сегодня ночью им вряд ли удастся сомкнуть глаза, ведь они собирались забрать всё, что только смогут унести. Первым делом утром они отправятся в Гринготтс, чтобы снять все средства, обезопасить счета, а после этого вернутся и поселятся у Гарри.

Гарри лежал в темноте, пытаясь сообразить, какого черта он вообще творит. Каким бы ни был его замысел, в нем не было ни капли логики. Он чувствовал, как его тянут в дюжину разных сторон. Ну, или хотя бы в полдюжины: семейство Малфой, Дурсли, Снейп, семейство Уизли с друзьями, Скримджер, Орден Феникса и, конечно же, нельзя забывать про Волан-де-Морта.

От Скримджера прилетела сова. Гарри официально стал крестным отцом Виктории. Он долго смотрел на пергамент, прежде чем бережно убрать его в сундук.

Ему почти чудился голос Рона, вопящего в голове, что он окончательно сошел с ума, и Гарри поймал себя на мысле, что уже не в силах отличить этот голос от собственных мыслей. Каждую минуту его жизнь становилась всё запутаннее.

Он обвел взглядом погружающуюся во мрак комнату. Должно быть, всё это сон — или кошмар. Малфои не собирались перебираться в его комнату у Дурслей, из всех мест на свете.

Здесь уже стояла его собственная кровать, кроватка Виктории и колыбель Винки. Подумать только, немного перестановки — и они смогут здесь разместиться. Он знал, что его слова насчет совместного сна с Драко не были шуткой. Это был единственный осуществимый вариант, тем более что подобный опыт у них уже имелся. Но он не был уверен в том, что именно чувствует по этому поводу.

Впрочем, он вообще больше ни в чем не был уверен. Ситуация явно ускользала из-под его контроля. Он поймал себя на том, что переживает, как Драко и Нарцисса справятся в имении. А следом начал гадать, что чувствует Снейп по поводу их исчезновения. Он всё еще не представлял, как рассказать этому человеку о случившемся.

И как объяснить, что Малфои теперь живут с ним? Строго говоря, у него пока не было доказательств, что это не искусно сплетенная ловушка. Да и вряд ли Снейп с энтузиазмом воспримет тот факт, что Гарри действовал по наитию. Тихо застонав, Гарри уткнулся лицом в подушку и наконец провалился в изнуренный сон.

••••••••••••••••

Когда Гарри пришлось отправиться на Площадь Гриммо для встречи со Снейпом, Драко и Нарцисса еще не вернулись. Однако он предупредил тетку, что они могут появиться в любую минуту. Она была не в восторге, но сдержалась и промолчала.

Гарри сразу заметил, что Снейп еще не пришел, и не мог понять, хороший это знак или плохой. На верстаке в новой лаборатории он обнаружил записку с инструкциями для себя. Гарри понятия не имел, когда Снейп оставил их, но это явно означало, что видеться с ним зельеваренщик не планировал.

Чувствуя себя так, будто его отправили на исправительные работы, он принялся расставлять по полкам все книги из ящиков. Затем, следуя оставленным Снейпом указаниям, он приступил к варке зелий. Проработав несколько часов, он навел порядок. Одолеваемый тревожными мыслями, он не стал, как планировалось, заглядывать к Уизли, а сразу аппарировал назад к Дурслям.

Осторожно ступив в свою комнату, он не знал, чего и ждать. Закрыв дверь, он прислонился к ней спиной.

Комната была полностью переставлена. Кровать Гарри теперь придвинули к стене. В другом углу появилась еще одна кровать, а кроватка Виктории расположилась ровно посередине между ними, меж двух прикроватных тумбочек. Крошечная постелька Винки приткнулась в ногах кровати Нарциссы. Письменный стол Гарри стоял в ногах его собственной кровати. Шкаф придвинули вплотную к двери, а у кроватей друг напротив друга стояли два на вид весьма удобных кресла. По центру пролегал узкий проход, а крошечное свободное пространство перед кроваткой предназначалось для игр Виктории. Непостижимым образом свое место нашлось даже для Фоукса и Букли — они устроились на насестах возле письменного стола Гарри.

Гарри остолбенело таращился на всё это. Они ведь не собирались всерьез обосноваться здесь насовсем. Это временно, да, но тем не менее. Нарцисса сидела в кресле, держа Викторию на коленях. Драко развалился на кровати Гарри, углубившись в чтение книги.

— Добрый день, Гарри, — лучезарно произнесла Нарцисса.

— Добрый день, — растерянно отозвался он.

— От тебя пахнет зельями, — поморщив нос, заметил Драко.

— Ну да, я варил зелья, — ошеломленно ответил Гарри.

— Я ведь могу помочь, правда? — спросил Драко.

— Э-э, пока нет, — признал Гарри, — но, надеюсь, скоро.

Гарри с опаской посмотрел на них обоих. — Ну... э-э, я так понимаю, всё прошло успешно? — спросил он.

— Если под успешным ты имеешь в виду то, что мы оставили позади наш дом и всё, к чему привыкли, ради жизни с тобой в этой конуре — то да, всё просто прекрасно, — процедил Драко, и в его голосе сквозило обидное горечь.

Гарри вздохнул, опустя взгляд на собственные ботинки. Он действительно не мог винить Драко за то, что тот был так расстроен. Он знал, что Драко готовится сменить сторону, но это не значило, что привыкнуть к этому будет легко.

— Мне нужно идти, — тихо сказал Гарри и повернулся к выходу.

— Гарри, подожди, — окликнула его Нарцисса.

Гарри остановился и обернулся к ней. — У тебя нет причин уходить, — мягко произнесла она.

— Я должен пойти к Уизли, чтобы обсудить статью, — сказал Гарри. — Просто хотел убедиться, что вы в порядке.

— Мы в порядке, — нежно ответила Нарцисса. — Просто... это небольшой шок.

Гарри не захотел оборачиваться на Драко, но кивнул Нарциссе. — Охотно верю, — сжавшись, бросил он. — Я вернусь, как только закончу.

С этими словами Гарри стремительно выскользнул за дверь.

••••••••••••

— Что вообще происходит, Гарри? — набросилась на него Гермиона. — Должна же быть веская причина, раз ты снова берешься за подобные статьи.

— Вчера вечером ко мне приходил Скримджер, — ответил Гарри.

— Что? Зачем? — возмутился Рон. — Я думал, ты еще в прошлом месяце послал этого ублюдка куда подальше.

Гарри пожал плечами. — Он решил, что у меня было «достаточно времени на раздумья», — с сарказмом бросил он.

— Гребаный ублюдок, — пробормотал Рон, и Гарри молча с ним согласился.

— Но с какой стати ты в итоге согласился? — нахмурившись, спросила Гермиона. — Раньше ты отказывался, и сейчас у тебя нет причин менять решение.

Гарри снова пожал плечами. — На этот раз он был готов торговаться, — сказал он.

Гарри заметил, как расширились от удивления глаза друзей, и издевательски ухмыльнулся.

— Ты торговался с Министром магии? — изумленно ахнула Джинни.

Гарри кивнул.

— Ух ты, — выдохнула Джинни.

— Ладно, выкладывай, чего ты добился? — нетерпеливо и возбужденно потребовала Гермиона.

— Заключенных освободят, и больше их не будут сажать за реформы, — небрежно бросил Гарри. — И кое-какие перемены в Министерстве.

— Да ты шутишь! — завопила Джинни.

Гарри покачал головой, радуясь, что им этого показалось достаточно. Пусть лучше факт использования Виктории в качестве главного рычага давления пока побудет в секрете еще немного.

— Какие именно перемены в Министерстве? — допытывалась Гермиона.

— Я толком не уверен, — честно ответил Гарри. — Потребовал провести там генеральную уборку. Сказал ему для начала выставить оттуда Амбридж.

— Потрясающе! — с благоговейным трепетом произнес Рон.

Гарри усмехнулся, приберегая самое лучшее для того момента, когда мистер Уизли сам расскажет им об этом. Он надеялся, что Скримджер действительно прислушается к этому требованию.

— Что ж, неплохо, — удовлетворенно протянула Гермиона.

— Так что, выдумали что-нибудь для моей статьи? — с надеждой спросил Гарри.

— Ну, мы с Джинни просидели над ней весь день, — ответила Гермиона. — Поскольку на сей раз это не настоящее интервью, мы подумали, что можно обойтись без Риты и позволить тебе написать статью от своего имени.

— Я не умею писать чертовы статьи! — выпалил Гарри.

— А тебе и не придется, — закатив глаза, отрезала Гермиона. — Я читала твои сочинения последние шесть лет. Думаю, я вполне способна имитировать твой стиль.

— Ох... ну ладно тогда, — смущенно пробормотал Гарри.

— Эй, с чего это ты будешь писать за Гарри? — возмутился Рон. — Ты никогда за нас не писала.

— Сейчас всё иначе, — возразила Гермиона. — Это ведь не ради оценок. Это нужно для поднятия боевого духа. Ты что, всерьез думал доверить Гарри написание статьи?

— Эй! — автоматически запротестовал Гарри, но тут же сообразил, что так даже лучше. — Подожди... ладно, проехали. Просто делайте то, что должны.

— Именно это я и собираюсь сделать, — парировала она.

— Так, значит, вы с Джинни пишете статью, но делать вид будем, будто ее написал сам Гарри. А потом Полуна передаст ее отцу в печать, — попытался воссоздать картину происходящего Рон.

— Да, — ответила Гермиона. — Но сначала Гарри должен будет прочитать ее и при необходимости внести правки или дополнения.

Гарри кивнул. — Чуть позже я скажу вам, нужно ли будет добавить что-то о Министерстве.

Гермиона нахмурилась. — Я думала, мы не станем упоминать Министерство, — сказала она.

Гарри озорно улыбнулся ей. — Сначала покажите, что вы уже написали, — потребовал он.

— Ну, большая часть того, что мы изложили, — это то, что мы раньше слышали от тебя, — ответила Джинни.

— Например? — поинтересовался Гарри, чувствуя, что круг тем слишком широк.

– Похоже на тот факт, что ты отказался позволить Волан-де-Морту победить, – произнесла Гермиона. – И что, по твоему мнению, другие не должны просто сидеть сложа руки и признавать поражение. Ты считаешь, что люди должны научиться защищаться. Мы добавили абзац с описанием того, как ты проводил внеклассные занятия по защите для каждого желающего, – добавила она.

– Это было больше года назад, – недоверчиво произнес Гарри.

– Да, но большинству людей об этом неизвестно, – сказала Гермиона. – Во всяком случае, мы не солгали. Мы лишь указали на то, что ты обучал, а ученики учились.

– Мы также добавили несколько мыслей Дамблдора, – произнесла Джинни. – Например, о том, что нельзя позволять страху управлять твоей жизнью. И что люди не должны бояться имени.

– Сейчас не время забывать об образовании их детей, – сказала Гермиона. – Независимо от того, откроется ли Хогвартс в этом году, нужно убедиться, что дети по-прежнему учатся защищать себя. Мы также добавили немного информации о том, что сокрытие правды от детей никак не помогает их защитить, – тихо произнесла она.

– Отлично, – с энтузиазмом кивнув, сказал Гарри. – Вместо того чтобы бояться того, что должно случиться, мы должны научиться давать отпор. Если мы этого не сделаем, то Волан-де-Морт победит.

– О-о-о, это здорово, – пробормотала Гермиона, и ее перо заскользило по пергаменту перед ней.

Гарри чувствовал себя немного нервно. Он был рад, что на этот раз они работали вместе с друзьями, а не с Ритой Скитер. Джинни выглядела довольной, а Рон просто тупо смотрел на них.

– Дай взглянуть, – задумчиво произнесла Гермиона, быстро просматривая то, что они написали на пергаменте. – Здесь еще кое-что о том, как сильно, по твоему мнению, Дамблдор был бы разочарован, если бы ты тратил время на скорбь. Но ты намерен отомстить за его смерть.

– Нет, – прямо сказал Гарри.

Остальные трое удивленно посмотрели на него.

– Нет? – переспросила Гермиона.

– Нет, – повторил Гарри. – Эта статья должна вселять в людей надежду. В ней не должно быть места мести.

– Но Гарри, – запротестовал Рон. – Люди хотят услышать, что ты собираешься отомстить за смерть Дамблдора. Они хотят услышать, что ты воздашь по заслугам за убийство Снейпа. Они хотят услышать, что ты отомстишь за то, что Малфой привел Упивающихся смертью в Хогвартс.

– Нет, – снова повторил Гарри. – У людей и так полно новостей об убийствах и мертвецах, в Ежедневном пророке об этом пишут каждый день. Им нужно сказать, что надежда есть, а не планировать новые смерти, – спокойно произнес он. – Люди должны знать, что я делаю все возможное, чтобы предотвратить новые жертвы.

– Но как же Снейп и Малфой? – раздраженно возразил Рон. – За то, что они сделали, они заслуживают смерти. За то, что они сделали с Дамблдором, с Хогвартсом, с моим братом!

Гарри в отчаянии запустил руки в волосы. Рон был прав в своем гневе. Гарри и сам злился из-за этого. Часть его все еще злилась на все случившееся.

– Чего ты от меня хочешь, Рон? – спросил он. – Если я столкнусь со Снейпом и Малфоем, я с ними разберусь. Но это никак не связано со стремлением вселить надежду и поднять боевой дух! Люди и так чувствуют злость и страх, точно так же, как и ты. Ты хочешь, чтобы я изо всех сил призывал людей рычать и бесноваться? Я не стану этого делать!

Гарри глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Он находил это невероятно ироничным: он рассчитывал написать статью, которая поможет вселить надежду и успокоить людей, в то время как его собственная жизнь казалась ему совершенно вышедшей из-под контроля. Он должен был владеть собой, но не владел.

– Гарри прав, – спокойно сказала Джинни своему брату. – Это не имеет отношения к Биллу. Это нужно для того, чтобы попытаться унять страх людей, а не подстрекать их. Замена страха гневом приведет лишь к тому, что пострадает еще больше людей.

– Да, ладно, – неохотно бросил Рон.

Когда они возобновили обсуждение статьи, атмосфера стала немного натянутой. Гарри с самого начала чувствовал себя не в своей тарелке. Теперь стало еще хуже. Почему-то ему казалось, будто он предал Рона — а еще Билла — из-за того, что делал.

– Как Билл? – неожиданно спросил Гарри.

Остальные трое затихли и посмотрели на Гарри. Это была одна из тем, от которой все это время уходили. Гарри не думал, что произошло что-то действительно серьезное, но судя по разговору Рона и Джинни, а также по тому, как они сейчас на него смотрели, возможно, что-то все-таки было.

Лицо Рона снова исказилось от гнева, он резко встал и отошел. Гарри с беспокойством и недоумением посмотрел ему вслед.

– Билл не в лучшей форме, – тихо признала Джинни. – Его раны зажили не до конца, и большую часть времени он прячется в своей комнате.

Гарри почувствовал себя виноватым.

– Я и не знал, – произнес он, стыдясь того, что во время своих последних визитов сюда даже не заметил отсутствия Билла.

– Мы решили, что у тебя и так слишком много забот, – тихо сказала Гермиона.

– Так что вы просто скрыли это от меня, – холодно произнес Гарри. Он понимал, что у него мало оснований для претензий, учитывая все те секреты, которые хранил сам, но его все равно возмущало, что от него утаили подобное. Он не видел никаких причин сохранять ранения Билла в тайне.

Джинни и Гермиона отвели глаза, избегая смотреть на него.

– Почему его раны зажили не до конца? – спросил Гарри.

– Ну, сказать так не совсем верно, – ответила Гермиона. – Он медленно идет на поправку, но Сивый очень сильно его поранил. На это требуется время, и мадам Помфри может сделать лишь то, что в ее силах.

– Но к этому моменту он уже должен был поправиться, – нахмурившись, сказал Гарри.

– Сивый добавил яд в свои... когти, – поморщившись, произнесла Гермиона. – Потребовалось много времени, чтобы понять, что Билл исцелился не полностью, а затем выяснить почему. Сейчас он идет на поправку, но процесс идет медленно.

Гарри не мог перестать думать об этом, даже когда девочки перевели разговор на более приятные темы. Он помнил, как мадам Помфри говорила ему, что нет такого заклинания, которое могло бы вылечить раны Билла, но ведь существовало одно средство. Впрочем, ему не хотелось давать никому ложных надежд на тот случай, если оно не сработает.

Оставшуюся часть вечера Гарри провел в расслабленной обстановке. Ужин завершился в весьма приятной атмосфере. Мрачное настроение Рона полностью улетучилось, когда домой вернулся мистер Уизли и принялся воодушевленно рассказывать о том, как помогает проверять сотрудников Министерства магии. Рон, Джинни и Гермиона подозрительно посмотрели на Гарри, но он лишь весело улыбнулся, искренне радуясь за мистера Уизли и за то, что в Министерстве, похоже, наконец-то начали происходить позитивные перемены. Мистер Уизли также принес новости о том, что Стэн Шанпайк и некоторые другие заключенные были освобождены из Министерства.

Четверка продолжила обсуждение статьи, и Гарри признался, что именно он предложил привлечь мистера Уизли к помощи в проверке сотрудников Министерства. Остальные были в восторге от этих новостей, но Гарри по-прежнему переживал из-за Билла. Если он мог помочь, ему хотелось попытаться. Это стоило того, чтобы рискнуть.

Наконец, попрощавшись с друзьями, он отправился на Площадь Гриммо в поисках еще одного флакона с настойкой мяты перечной. Выбегнув за дверь, он трансфигурировал в дом Дурслей. Взбежав по лестнице, он чуть не рухнул, едва переступив порог своей комнаты, совсем забыв о ее новой планировке.

– Простите, – пробормотал он. Глаза принялись шарить по комнате. – Где чертов сундук? Мне нужна моя Мантия-невидимка, – громко потребовал он.

– Мерлин, Поттер! Что ты творишь посреди ночи? – спросил Драко, но тут же перевернулся, спрыгнул с кровати, опустился на колени и вытащил из-под нее сундук Гарри. Гарри откинул крышку и выдернул мантию.

– Все в порядке, – бросил он и снова выскочил за дверь.

Он вновь перенесся к Уизли, на этот раз следя за тем, чтобы появиться не слишком близко. Ему не хотелось, чтобы кто-то знал о его визите. Набросив мантию, он проскользнул в дом. Большинство домашних находились в гостиной, и он тихонько поднялся наверх.

Гарри проскользнул в комнату Билла.

– Кто здесь? – спросил Билл, уставившись на дверь, которая захлопнулась сама собой.

– Тихо! – шепотом произнес Гарри, сбрасывая мантию.

– Гарри? Ты что здесь делаешь? И почему прячешься? – с любопытством спросил Билл.

– Где Флёр? – вместо ответа спросил Гарри. – Я думал, она с тобой.

– Она сейчас во Франции, – ответил Билл, нахмурившись и глядя на Гарри. – Я думал, ты знаешь.

Гарри виновато улыбнулся.

– Наверное, мне кто-то об этом говорил. Я, эм, последнее время не все удерживаю в голове, – признался он.

Билл усмехнулся.

– Гарри Поттер нынче немного занят? – спросил он.

Гарри криво улыбнулся.

– Можно и так сказать, – отозвался он, после чего посерьезнел. – Мне ужасно неловко, но только сегодня вечером я узнал, что твои раны до сих пор не зажили.

Лицо Билла действительно выглядело ужасно: шрамы от кровавых ран покрывали всю его кожу.

Билл вздохнул.

– Я буду в порядке. Я прячусь здесь просто потому, что вид у меня такой, от которого каждому становится не по себе, – сказал он.

– Так ты в порядке? – спросил Гарри.

Билл улыбнулся.

– Скоро я буду вместе с прекрасной девушкой, на которой мечтаю жениться, – произнес он. – Со мной все хорошо.

Гарри ухмыльнулся.

– Рад это слышать, – сказал он, испытывая огромное облегчение от того, что Билл действительно держится молодцом.

– И все-таки, с какой стати ты здесь? – поинтересовался Билл. – Судя по твоей мантии, это явно не дружеский визит.

Гарри посмотрел на Билла и внезапно занервничал.

– Эм, возможно, я смогу тебя вылечить, – признался он. – Но я не хочу давать людям ложных надежд на тот случай, если ничего не выйдет.

– Зато мне ты решил надежду подарить, – сухо заметил Билл.

– У меня не было выбора, пришлось тебе сказать, – закатив глаза, ответил Гарри.

Билл выдавил из себя улыбку.

– Что ж, неужели Гарри Поттер теперь протягивает ветвь помощи в целительстве? – спросил он.

Гарри пожал плечами.

– Вроде того, – ответил он. – И если это сработает, я предпочел бы, чтобы ты никому об этом не говорил. Мне правда не нужно больше внимания. И, честно говоря, я не хочу разбираться с вопросами, которые могут за этим последователь.

– У тебя сейчас много секретов, да, Гарри? – тихо спросил Билл.

– Да, – признал Гарри.

– Ладно, делай что должен, – с готовностью произнес Билл. – Сработает это или нет, я никому ничего не скажу.

Гарри нервно покосился на дверь, а Билл тем временем молча взял палочку и наложил на нее запирающие чары и Антишумовые чары.

Гарри глубоко вздохнул.

– Тебе лучше лечь. Так будет проще, пожалуй, – произнес он.

Билл пожал плечами и подчинился. Он расслабленно вытянулся на кровати, демонстрируя полное доверие к Гарри. Гарри сосредоточился на ранах. Некоторые порезы на лице Билла уже частично затянулись, и Гарри начал с раны на его подбородке. Он медленно провел палочкой вдоль шрама, нашептывая заклинание, звучавшее подобно песне.

Он внимательно наблюдал за процессом, с удовлетворением отмечая, как края раны начинают срастаться.

– Получается, да? – спросил Билл, в голосе которого звучал трепет. – Я чувствую легкое покалывание.

– Да, кажется, работает, – рассеянно отозвался Гарри. Он уже перешел к следующему порезу. Спустя несколько минут Гарри обработал каждую рану. Закончив, он пошарил по карманам и извлек настойку мяты перечной.

– Держи, я хочу, чтобы ты это выпил, но, эм, будь осторожнее, – предупредил Гарри. – Возможно, тебе стоит воздержаться от резких движений, пока все окончательно не заживет. Я не до конца в этом уверен, – признался он.

Билл послушно приподнял голову, выпил зелье и снова откинулся на подушки.

Гарри присел на край кровати, с болезненной зачарованностью наблюдая за тем, как затягиваются раны. Ему казалось, что подглядывать за процессом исцеления в таком виде было чем-то порочным, однако он понимал, что далеко не все разделяют это мнение. Впрочем, Билл, похоже, не возражал против его пристального внимания, и Гарри продолжил наблюдение.

Он не знал, сколько времени прошло, но в конце концов моргнул, возвращаясь в реальность.

– Ну, вроде все зажило, – произнес он с довольной улыбкой.

Билл осторожно провел рукой по лицу, касаясь тех мест, где еще недавно зияли раны.

– Ничего нет, – с изумлением проговорил он, после чего схватил волшебную палочку и быстрым движением вызвал зеркало. Он вгляделся в свое отражение, то и дело поворачивая голову и тщательно изучая лицо.

Наконец, он опустил зеркало и посмотрел на Гарри.

– Это просто потрясающе, Гарри! – воскликнул Билл. – Спасибо тебе!

– Всегда пожалуйста, – весело отозвался Гарри. – Но помни: ты обещал никому ничего не говорить.

– Я сдержу слово, – пообещал Билл, но тут же нахмурился. – И все же, я понятия не имею, как это объяснить.

Гарри ухмыльнулся.

– Думаю, ты что-нибудь придумаешь. Может, какое-нибудь зелье, которое ты выпил сегодня вечером, наконец подействовало, и на исцеление ушла целая ночь чудесного восстановления.

– Это и вправду чудо исцеления, – согласился Билл.

Гарри смущенно пожал плечами.

– Не совсем, я просто знал нужное заклинание, – сказал он.

Билл не стал допытываться дальше, явно понимая, что Гарри избегает лишнего внимания. Они еще немного поболтали о предстоящей свадьбе Билла и Флёр. Билл даже сказал Гарри, что может не дарить свадебный подарок, поскольку лучший подарок он уже получил. Флёр будет просто в восторге.

Наконец Гарри снова выскользнул из дома, чувствуя себя легко и беззаботно. Было уже поздно, и он тихо вернулся к Дурслям. Едва переступив порог своей комнаты, он тут же привлек внимание Драко и Нарциссы.

– Все в порядке? – с беспокойством спросила Нарцисса.

– Эм, да, – ответил Гарри. – Все действительно отлично, – добавил он, не в силах скрыть улыбку.

– Ты унесся отсюда как безумный, – пожаловался Драко, лежа на кровати.

– Прости, – сказал Гарри. – Я не хотел вас пугать. Просто торопился успеть до того, как они запрут двери.

– Ты изъясняешься загадками, Поттер, – скривился Драко.

– Какого черта ты вечно всем недоволен? – огрызнулся Гарри, чувствуя, как его прекрасное настроение мгновенно улетучивается.

– Мне просто не нравится, когда ты говоришь загадками, – раздраженно бросил Драко.

Гарри сделал шаг вперед, уставившись на Драко.

– Не нравятся загадки? Хочешь знать, куда я ходил сегодня вечером?

Он не стал дожидаться ответа.

– Сегодня вечером я узнал, что когда Сивый полоснул Билла по лицу, на его когтях был яд. Я не понимал, в чем дело, но сегодня обнаружил, что его раны до сих пор не зажили. Я не знал, смогу ли его вылечить, и не хотел давать никому ложных надежд. Если бы у меня получилось, мне не нужно было бы лишнее внимание. Именно поэтому я был сосредоточен и так взволнован, – жестко произнес он.

Лицо Драко побледнело.

– Ты вылечил его? – едва слышно спросил он.

– Да, – холодно ответил Гарри.

– Я не знал, – прошептал Драко. – Я не знал, что он был там...

– Теперь знаю я, – грубо бросил Гарри. Он запустил пальцы в волосы. – Сделанного не воротишь, – добавил он.

Резко развернувшись, он выдвинул ящик шкафа в поисках пижамы. Все еще злой и раздраженный, он озадаченно уставился на содержимое.

Гарри бросил взгляд на Драко, который сидел на кровати с таким видом, будто собирался расплакаться. Затем он посмотрел на Нарциссу. Выглядела она не лучше сына. Гарри испытал некоторое изумление: они действительно боялись его реакции на то, что произошло между Сивым и Биллом.

Он снова заглянул в ящик: там лежала пижама, но ни одна вещь ему не принадлежала. Впрочем, сейчас был не лучший момент для того, чтобы выяснять, куда подевалась его собственная одежда. В конце концов он вытащил шелковые штаны от пижамы цвета слизеринского зеленых и направился в ванную переодеваться.

Среди всех прочих странностей этого дня он никак не мог поверить, что очутился в одной комнате с чьей-то матерью. Это беспокоило его сильнее, чем соседство с Малфоями. Впрочем, делить одну кровать с сыном этой самой матери, пока она находится в той же комнате, тоже было сомнительным удовольствием. Гарри предпочел об этом не думать.

При свете ванной комнаты он критически оглядел штаны: Слизеринский зеленый шелк. Он покачал головой. На них словно было вышито имя Драко. Тяжело вздохнув, Гарри натянул их. Штаны оказались на удивление приятными к телу, хотя признаваться в этом кому-либо он не собирался. Драко был выше его ростом, поэтому штанины волочились по полу, но Гарри было все равно. В талии они были лишь чуть великоваты, так что держались неплохо, да и потом — Гарри не привыкать носить одежду на пару размеров больше. По крайней мере, балахоном она на нем не висела.

Потянув время, Гарри наконец закончил водные процедуры. Он понятия не имел, что́ застанет в комнате по возвращении. Он уже успокоился и меньше всего хотел продолжать ссору. Собравшись с духом, он медленно вернулся в комнату.

Везде царила тишина, каждый занимал свое место. Освещение было тусклым, но света, падавшего из окна, вполне хватало, чтобы Гарри мог добраться до кровати. Тихо вздохнув, Гарри бесшумно забрался под одеяло и лег рядом с Драко.

Драко лежал на боку, лицом к стене, оставляя между ними как можно больше пространства. Гарри лежал на спине, изо всех сил стараясь ни о чем не думать. Наконец он заметил, что Драко подрагивает. Не сильно, но вполне заметно. До Гарри дошло, что Драко плачет, а он понятия не имеет, что с этим делать.

Нерешительно протянув руку, Гарри мягко потянул Драко за плечо. Тот напрягся, но поворачиваться не стал.

– Прости, – тихо произнес Гарри. Он и вправду не хотел доводить Драко до слез.

Ответа не последовало. Гарри растерялся. В прошлый раз, когда он застал Драко плачущим, все закончилось дуэлью, едва не стоившей Драко жизни. Вспомнив реакцию Драко на Плаксу Миртл в туалете, Гарри подумал, что, возможно, ему стоит оставить Драко в покое.

Он сбросил одеяло и уже собирался встать, как чья-то рука перехватила его за запястье. Вздрогнув, Гарри посмотрел на Драко.

– Куда это ты? – тихо спросил Драко, упорно избегая смотреть на него.

– Я просто подумал, что тебе, наверное, лучше побыть одному, – так же тихо ответил Гарри, чувствуя себя неловко и неуверенно.

Драко потянул Гарри за руку, и, поняв намек, Гарри лег обратно. К его величайшему изумлению, Драко вдруг уткнулся лицом ему в грудь и зарыдал, зарывшись носом в его шею. Чувствуя себя совершенно потерянным, Гарри с минуту неподвижно лежал без движения.

Наконец руки Гарри сами собой обняли Драко, поглаживая его по спине. Он зашептал, что все в порядке, все хорошо. Мягкие светлые пряди щекотали ему нос.

Гарри понятия не имел, почему Драко плачет, и не стал спрашивать. Но у него было немало догадок. Судя по прежней реакции, он знал, как сильно Драко переживает из-за увечий, причиненных Сивым. Он был уверен, что Драко мучает чувство вины. Возможно, Драко даже расстроился из-за того, что сорвался на Гарри. Это имело смысл: как минимум, Драко не хотел лишаться поддержки Гарри.

Сейчас Драко нуждался в Гарри, чтобы тот помог уберечь его от Волан-де-Морта. Для Драко это был тяжелый переход. Гарри знал, что на его месте испытывал бы те же трудности. Даже если бы он смог доверять Драко, это не значит, что ему захотелось бы от кого-то зависеть.

Конечно, Драко тоже было непросто привыкнуть к тому, что теперь он живет в магловской спальне, а не в Малфой-меноре. В его жизни изменилось абсолютно всё. Гарри прекрасно понимал, как тяжело Драко смириться с необходимостью делить с ним постель.

Гарри вздохнул, запуская пальцы в светлые волосы Драко. Он не знал точной причины слез. Не знал он и того, как долго Драко проплакал. Наконец, выплакавшись до полного изнеможения, Драко заснул. Гарри улыбнулся в темноте, подумав, что Драко вряд ли пришло бы в восторг от того, что в эту минуту он напомнил Гарри Викторию. Виктория тоже любила засыпать, уткнувшись лицом ему в грудь.

В конце концов Гарри тоже погрузился в сон, стараясь не думать о том, как тепло и уютно ему сейчас, и стараясь не сравнивать это с тем, каково это — обнимать Викторию.

http://bllate.org/book/29169/3545050