Готовый перевод The Bedside Strategist is Too Flirtatious / Мой советник слишком хорош в искусстве соблазнения: Глава 5

— Цай Вэнь разве не умерла? — Су Вэнь чувствовал себя ужасно уставшим. Если бы была хоть малейшая возможность, он ни за что не стал бы тратить время на разборки с Иньцзы.

— Н-нет, не умерла, — Иньцзы заикался, пытаясь подобрать слова. — Раб обнаружил её, когда пошёл за телом Гао Хуэй. Оказалось, та Цай Вэнь сама выползла с Кургана заброшенных могил к мавзолею. Раб увидел, что она жива, и…

— И ты притащил её обратно? — Су Вэнь хмурился всё сильнее. Услышанное звучало так, будто сам Янь-ван собственной персоной постучался в его дом.

Сы Му хоть и отличался переменчивым нравом, не был кровожадным маньяком. Если он решил избавиться от Цай Вэнь, значит, нашёл в её поведении что-то подозрительное. И вот теперь она жива…

Существовало лишь одно объяснение: Сы Му намеренно оставил её в живых, используя как наживку, чтобы поймать крупную рыбу. А поскольку Иньцзы по глупости приволок её к ним, эта наживка оказалась прямо у них под носом.

У Су Вэня разболелось не только тело, но и голова.

Иньцзы прекрасно понимал, что совершил непростительную ошибку. Он не боялся смерти, но дрожал от мысли, что его оплошность потянет на дно Су Вэня. Он принялся отчаянно биться головой о пол, словно та ему не принадлежала:

— Раб заслуживает смерти, умоляю господина наказать меня.

— Ступай и прими наказание, — Су Вэню было лень размышлять о том, как именно карать Иньцзы. Куда важнее было подумать, как спастись самому. Он потёр ноющие виски и добавил: — Допроси её. Нужно выяснить, на кого работает эта Цай Вэнь.

Услышав это, Иньцзы покрылся холодным потом. Он едва дышал, и голос его стал тише комариного писка:

— Она… она… наших людей!

Су Вэнь криво усмехнулся.

Похоже, сегодняшняя его гибель была бы вполне заслуженной.

Он действительно когда-то отдавал приказ внедрить в резиденцию Шестого принца нескольких лазутчиков на всякий случай. Однако он прекрасно знал, что старый лис Сы Му подозрителен до крайности, поэтому никогда не давал им заданий на разведку. Но он упустил из виду, что люди всегда склонны к соперничеству: долгое время пребывая в бездействии, солдаты неизбежно начинают мечтать о подвигах, чтобы доказать свою ценность перед хозяином.

— Оставь, — Су Вэнь беспомощно покачал головой. Это был уже не первый раз, когда его собственные подчинённые доводили его до белого каления глупыми выходками. В его глазах читалась глубокая усталость. — Раз уж спас, пусть подлечит раны, а потом отправляй в Павильон Чанъинь, пусть играет на цитре.

— А как же Шестой принц? — Иньцзы всё ещё беспокоился за Су Вэня и рискнул спросить.

— Я сам с этим разберусь. Тебе больше не нужно об этом заботиться.

Чтобы разобраться с проблемами, созданными идиотами, приходилось действовать как безумец. Сказав это, Су Вэнь с видом человека, идущего на смерть, направился к резиденции Шестого принца.

***

Центральные ворота резиденции Шестого принца были распахнуты настежь, даже стражи не было видно — поневоле закрадывалась мысль, что их оставили открытыми специально для него.

Но Су Вэнь не пошёл через главный вход. Он уже привык пробираться боковыми тропами, миновать безлюдные галереи и прямиком следовать в кабинет.

Сквозь узкое окно в комнате пробивался слабый свет — это был не свет от ламп для чтения, скорее, кто-то дожидался гостя.

Стоило Су Вэню переступить порог, как его схватили за руки, с силой заломили их над головой и прижали к жёсткому столбу. Сверху обрушился шквал поцелуев. Ощущение подавляющей власти было удушающим.

Су Вэнь покорно ответил на поцелуи, окутанные яростью, подобно кроткой овечке. Куда ветер дул, туда он и клонился, словно трава под дождём.

После долгого, изматывающего поцелуя Сы Му сжал подбородок Су Вэня и при свете дрожащего пламени свечи внимательно всмотрелся в его лицо:

— У тебя что, есть кровь императорской семьи? Твои глаза так похожи на глаза старшего брата.

От боли в челюсти Су Вэнь слегка нахмурился и напомнил:

— Раб — внук Су Пи.

Какое бесполезное уточнение.

— Точно! — Сы Му, словно опомнившись после его слов, всё вспомнил: — Великая принцесса Цзинъань — твоя бабушка, неудивительно.

— Но я всё же не Его Высочество наследный принц, — Су Вэнь прикусил губу, и в его красивых глазах блеснули слёзы.

Сы Му с детства был неразлучен с наследным принцем, и наличие у него скрытой привязанности к брату было естественным. Ревность к женщинам, которые могли отнять внимание брата, — обычное дело в холодной и лишённой материнской ласки императорской семье. Так же, как Сы Му часто считал, что Сяо Юньни недостоин принцессы Чанлэ.

В полумраке свечей выражение лица Сы Му было не разобрать, но голос стал холодным, словно зимний склеп:

— Су Вэнь, тебе лучше знать своё место. Есть вещи, в которые тебе не стоит вмешиваться.

В глазах Су Вэня промелькнула нескрываемая тоска:

— Но… принцу не следовало бы питать симпатию к некоторым людям.

Су Вэнь обычно был молчалив и, кроме исполнения приказов, лишнего слова не произносил. Но сегодня он вдруг стал до неприличия откровенен. Сы Му едва заметно усмехнулся: он давно разгадал его мелкие уловки, но не стал срывать маску, продолжая с интересом наблюдать за представлением. В нём проснулся актёрский азарт, и он притворно возмутился:

— Похоже, ты снова хочешь вернуться к Рабам-грешникам.

Су Вэнь поспешно вырвался и опустился на колени, прямо глядя на принца:

— Раб просто считает, что устранение одной наследной принцессы не решит проблему в корне. Не будет этой — появится другая, а даже если не будет принцессы, со временем появится императрица…

— Су Вэнь, что ты сегодня ломаешь комедию? Жизнь надоела и ты хочешь умереть?

— Раб говорит из верности, каждое слово — от чистого сердца.

В уголках глаз Су Вэня выступили слёзы, а алые губы блестели от влаги. Если приглядеться, в его прозрачных глазах можно было заметить слабость и изнеможение. Он довел свою игру верного слуги до совершенства. Этот приём работал безотказно. Стоило ему притвориться влюблённым, как многие ошибки и недостатки тут же отходили на второй план.

Сы Му с неясной усмешкой смотрел на него, и Су Вэнь порой чувствовал, что его актёрская игра выглядит жалкой подделкой перед лицом настоящего мастера сцены.

Раздувать скандал из пустяка — это было так похоже на ревнивую маленькую жену.

— Чистое сердце? Искренние слова? — Сы Му вошёл во вкус игры и рассмеялся: — Маленький учитель, ты так закутался во множество слоёв одежды, как же я могу увидеть твою верность?

Су Вэнь всё понял без слов и, не колеблясь, начал сбрасывать верхнее платье. На его белой коже всё ещё виднелись едва заметные следы от вчерашнего дня. Его плечи были тонкими и узкими, и от порыва холодного ветра он слегка задрожал, напоминая одинокий бамбук в зимнюю пору — такой же гордый и холодный.

Когда одежда опустилась на пол, худощавое тело Су Вэня предстало взору принца полностью.

— Теперь принц может рассмотреть всё как следует? — Су Вэнь слегка прикусил губу, изображая беззащитность, но при этом словно невзначай подался навстречу Сы Му.

Сы Му видел это хрупкое тело бесчисленное количество раз, но каждый раз, срывая с него одежду, он испытывал непреодолимое желание раздавить его, словно это был страшный, вызывающий зависимость яд. В какой-то момент он даже перестал понимать: одержим ли он человеком или просто этой оболочкой.

Изначально Сы Му хотел лишь слегка наказать его, но после такого представления все важные дела вылетели у него из головы. Он схватил Су Вэня за подбородок, заставляя поднять голову, и жадно впился в его алые губы.

Маленький бес, ты сегодня сам напросился!

Выносливость и терпение Су Вэня всегда были на высоте. Даже когда Сы Му временами вёл себя грубо, он лишь слегка морщился, а если стоны и вырывались, то они были тихими, едва слышными, словно вздохи.

Сы Му порой было любопытно: есть ли на свете что-то, чего Су Вэнь не смог бы вынести? Возможно, нет. А может быть, и есть, но он больше не мог распознать это по выражению лица Су Вэня. Он так и не смог до конца постичь этого человека, даже после бесчисленных физических контактов ему казалось, что он обладает лишь пустой оболочкой, внутри которой царило забвение, неспособное пробудить ни капли жизни.

— Су Вэнь, почему ты всегда такой непослушный? — Сы Му грубо прикусил его губу, словно наказывая за неверность или пытаясь проглотить его целиком.

Су Вэнь не мог ответить на этот вопрос, лишь беззвучно издал жалобный звук, который тут же затих в глубине горла. Он человек, а не домашний питомец. Почему один человек должен во всём слушаться другого? Послушание лишь ускоряет смерть. Как и Су Вэнь в сценарии: он всю жизнь верно следовал приказам, но в итоге не удостоился даже целого тела, когда Фан Вэй, приближённый наследного принца, живьём кромсал его кинжалом на куски.

Раньше, читая эти холодные строки, Су Вэнь ничего не чувствовал, но теперь, оказавшись внутри сценария, он ощущал, как всё тело пронзает боль.

— Су Вэнь, ты дрогнул, — понизив голос, прошептал Сы Му, его тон звучал низко и искушающе.

Су Вэнь еле слышно ответил:

— Раб… не двигался.

— А я говорю, что ты дрогнул, — вдыхая его аромат, Сы Му дразняще улыбнулся, его взгляд медленно опустился ниже, на живот Су Вэня.

Су Вэнь внезапно вспыхнул до самых ушей и пролепетал кошачьим голосом:

— Не только это.

Сы Му на мгновение замер, а затем с интересом протянул:

— О?

— Сердце… оно тоже дрогнуло. — Сказав это, Су Вэнь покраснел до корней волос.

Су Вэнь сыграл столько сцен глубокой привязанности — от безответной любви до жалкого смирения, — что иногда сам почти верил в них. Лишь румянец на щеках был единственным, что он не мог контролировать, исходившим из самой души. Иногда, видя, что Сы Му в хорошем настроении, он позволял себе сказать пару ласковых слов, за что получал неплохое вознаграждение.

И в самом деле, принц остался доволен.

Сы Му внезапно подхватил Су Вэня на руки и понёс в свои покои.

Су Вэнь наконец перевёл дух: сегодня ему хотя бы не придётся мёрзнуть на полу.

***

Нрав Сы Му часто был переменчив: то жестокий и коварный, то по-детски наивный, словно его можно было купить на конфетку.

К примеру, в этот раз…

После того как всё закончилось, Сы Му больше ни разу не упоминал о Цай Вэнь и Гао Хуэй. Даже от летящего гуся остаётся след, а тут двое людей умерли и ожили, не вызвав ни малейшей ряби на воде.

И всё же, как бы просто и безобидно ни выглядел Сы Му, Су Вэнь не осмеливался смотреть на него свысока. Человек, способный вытащить внука Су Пи из Рабов-грешников и искусно подбросить его наследнику, умудрялся при этом выглядеть в глазах окружающих чистейшим белым лотосом.

До чего нелепо, и ведь кто-то в это верит!

Но в глазах Иньцзы Су Вэнь казался не менее странным. Он часто не понимал, зачем его господину нужно искать себе проблемы на голову, и с любопытством спрашивал:

— Господин ведь знает, что Шестой принц не послушает уговоров, зачем же тратить столько сил? Только принца злите, а в итоге никакой выгоды.

http://bllate.org/book/29074/3534968