Готовый перевод The Tycoon's Butler Is Coveted Daily / Дворецкий для сильных мира сего: объект желания: Глава 14

Цзян Яо усмехнулся: — Я заложил свои часы.

Крупье окинул его сомневающимся взглядом. Цзян Яо, заметив это боковым зрением, с недоумением поинтересовался: — В чем дело? Неужели в Королевском казино, где собирается вся знать, не найдется ни одного оценщика ювелирных изделий?

Управляющий махнул рукой: — Живо найдите человека.

Цзян Яо произнес: — Я никуда не денусь, обменяйте мне пока фишек на миллион.

Управляющий предложил: — Может, сначала…

Цзян Яо уперся руками в край стола и поднялся: — В таком случае, я не буду играть.

— Хорошо-хорошо, давайте играть, — улыбнулся управляющий.

Стол был готов, за него уселись игроки. Цзежуй в сильном волнении встал за спиной Цзян Яо.

Цзежуй прошептал: — Что ты будешь делать, если проиграешь? Как ты потом выкрутишься!

Цзян Яо засучил рукава рубашки: — Не стоит поминутно твердить слово «проигрыш».

Цзежуй закатил глаза: — Тогда я пойду и буду нашептывать это прямо на ухо твоим противникам!

Откуда-то сбоку донесся насмешливый фырк.

Кто-то слегка коснулся его руки. Цзян Яо покосился и встретился взглядом с парой золотистых глаз. В душе он присвистнул: — Господин, вы что, пытаетесь сжульничать и подменить мои карты?

Мужчина со светлыми волосами промолчал.

Кто-то из окружающих прыснул со смеху: — Поистине, красота впустую потрачена на слепца! Да ведь это же Виктор, гонщик команды Феррари! Он же знаменит своей…

— Разве он не топовый пилот Феррари?

— Нет, не совсем!

— Тогда почему он так знаменит?

— Ха-ха-ха! — вокруг раздался хохот, полный легкомысленных и двусмысленных намеков.

Виктор когда-то был звездой гонок. Светловолосый, голубоглазый, он носил титул красавца автодрома и отличался утонченной внешностью. И все же его лицо привлекало куда больше внимания, чем его водительское мастерство. У него была целая армия фанатов обоих полов, которые твердили, что переспать с Виктором хоть раз в жизни ценнее, чем выиграть чемпионат Формулы-1.

Даже другие гонщики каждый год подшучивали, называя победу над Виктором в постели «призом за удачный заезд».

Улыбка на лице блондина угасла, и он принялся постукивать пальцами по столу, подгоняя остальных.

Крупье раздал карты, четверо игроков начали партию в покер.

Система: «Ты вообще умеешь играть? Ты же сам говорил, что азартные игры — это табу!»

Цзян Яо: «Табу, поэтому я и не умею».

Система: «……»

В этой версии покера крупье раздает две карты в закрытую, затем выкладывает еще пять общих. Игроки составляют наилучшую комбинацию из пяти карт, делают ставки, после чего открывают их — побеждает тот, у кого комбинация старше.

— Быстрее смотри карты! — подгонял Цзежуй. — Сначала смотришь, потом делаешь ставку!

Но Цзян Яо поступил иначе. При начальной ставке в десять тысяч он толкнул вперед фишки на сто тысяч и невозмутимо посмотрел по сторонам: — В азартных играх важно идти ва-банк. Конечно же, чем острее ощущения, тем лучше!

— Ха-ха-ха!

— О-о-о!

Такое дерзкое поведение мгновенно накалило атмосферу в казино!

— Ты прав, риск того стоит. Мы здесь ради драйва! — Блондин отбросил свои карты, не глядя, и одним движением толкнул в центр все свои фишки!

Управляющий казино, сидевший прямо напротив Цзян Яо, слегка улыбнулся: — Управляющий Цзян, лучше быть осторожнее. Я знаю, что господин Шэнь не любит ввязываться в авантюры, где не уверен в исходе. Если вы так поступите, что будете делать, когда он рассердится?

Цзян Яо потянулся к шее и расстегнул галстук-бабочку: — Сейчас нерабочее время, прошу вас, не упоминайте моего работодателя.

Управляющий промолчал.

— У вас очень неуклюжие движения при вскрытии карт, — блондин подался вперед. Цзян Яо ощутил исходящий от него запах алкоголя и слегка отстранился, заметив жемчужные зубы под приоткрытыми алыми губами Виктора. — Меня зовут Виктор, и ты совершенно не умеешь играть.

Так и вышло: Цзян Яо открыл карты и проиграл.

Виктор победил, забрав все фишки. Началась вторая раздача, и Цзян Яо снова поставил сто тысяч.

Виктор доброжелательно подсказал: — Ты знаешь, почему они постоянно твердят о господине Шэне?

— Почему же? — в душе Цзян Яо проснулось любопытство, но внешне он лишь с интересом вопросил.

— Скоро гонки Формулы-1. Организаторы в стране G планируют устроить крупнейшее и роскошнейшее соревнование в мире, но им не хватает инвестиций. Они надеются встретиться с господином Шэнем.

Цзян Яо тоже подался вперед и понизил голос: — Вы выпили, причем немало. Господин Шэнь не играет на деньги.

— Выпил немного виски, — ответил Виктор. — Это не игра, это поиск спонсора!

Цзян Яо парировал: — Спонсорство в казино — разве это не та же игра? Господин Виктор, вы ведь уже не входите в число фаворитов, зачем так стараться?

Виктора раскусили: — Если ты поможешь мне получить финансовую поддержку от господина Шэня, я готов дать тебе все, чего ты пожелаешь.

Во второй раз Цзян Яо снова проиграл.

Цзежуй уже места себе не находил: — Эй, ты вообще собираешься выигрывать?!

— В третьей партии ставлю оставшиеся семьсот тысяч, — Цзян Яо попытался успокоить Цзежуя. — Не переживай, в азартных играх всё зависит от вероятности. Смотри, в этот раз…

— Опять проиграл! Фамилия Цзян! Ты… — Цзежуй был в ярости.

— Управляющий, — оценщик вернулся и прошептал что-то на ухо управляющему казино на третьем этаже. — Часы поддельные.

Управляющий поднял взгляд, в его глазах блеснула сталь: — Понял. Позвони в особняк господина Шэня.

Виктор предложил: — Я помогу тебе отыграться, а ты поможешь мне убедить господина Шэня. По рукам?

Цзян Яо потянулся: — Ох, я схожу в уборную, вы не против?

Управляющий сделал приглашающий жест: — Разумеется.

Справив нужду, Цзян Яо подошел к раковине вымыть руки. В зеркале мелькнула тень, чьи-то руки схватили его за запястья, прижали к умывальнику и притиснули всем телом сзади.

Цзян Яо даже не успел рассмотреть нападавшего, как перед ним на раковину бросили пять карт.

— У тебя стрит-флеш! Ты же выиграл! — Виктор крепко держал его за запястья. — Ты сделал это специально! Ты куда хитрее, чем я думал! — продолжал блондин, прижимая Цзян Яо еще сильнее. — Зачем ты притворялся, что проигрываешь?

Цзян Яо улыбнулся: — Господин, вы не хотите помыть руки? Может, сначала отпустите меня?

Виктор замер, только сейчас осознав, насколько двусмысленно выглядит их поза: его бедра плотно прижаты к ягодицам Цзян Яо, а брюки из дорогой ткани подчеркивают каждый изгиб тела. Сквозь одежду отчетливо ощущалась упругость…

Виктор отступил на шаг: — Очень приятные на ощупь.

Цзян Яо спокойно ответил: — Да, мой костюм сшит на заказ, в ткань добавлена алмазная пыль для прочности, но ради комфорта…

Он с невинным видом принялся описывать состав ткани, глядя в зеркало. Виктор решил, что его поняли превратно: — Я имел в виду, что твои ягодицы очень приятные. Ты красив, а не одежда.

Цзян Яо хмыкнул и, повернув голову так, что его дыхание коснулось лица Виктора, произнес: — Да, потому что эти брюки…

И снова повторил то, что сказал минуту назад.

С такого расстояния Виктор видел в зеркале тонкую талию Цзян Яо, затянутую в жилет, и вспоминал едва уловимый аромат и прикосновения. По телу Виктора пробежала дрожь.

— Я ведь неплох собой, верно? — Виктор смотрел на Цзян Яо, переводя взгляд с его бровей на губы. — Знаешь, сколько людей в Феррари, Ред Булл и АМ мечтают переспать со мной?

Цзян Яо кивнул: — Красота господина Виктора известна всем. Вы определенно стоите того, чтобы с вами переспать.

Цзян Яо прищурился, превратив глаза в узкие щелочки, скрывающие опасный блеск под длинными ресницами. Телосложение у Виктора было великолепным.

Прямо как в пошлых слухах: у него была от природы «шлюшья» внешность, а он еще и не осознавал этого, вообразив, что может заполучить его? Цзян Яо тихо усмехнулся.

Виктор, полный уверенности, достал из кармана розу, сложенную из купюры евро, и протянул Цзян Яо: — Я забронировал номер на седьмом этаже.

Цзян Яо медленно расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Под ошарашенным взглядом Виктора он вдруг поднял указательный палец и, словно внезапно осенило, воскликнул: — О! Вы хотите сказать…

— Нет, так нельзя. Я дворецкий Семьи Шэнь, вы не можете меня увести! — Цзян Яо изобразил праведника и твердо отказался.

Виктор: — Ты что, прикидываешься дурачком?

Резкий толчок отбросил Цзян Яо назад, впечатав в умывальник. Губы Виктора накрыли его, яростно сминая и растирая!

Система издала пронзительный визг: «А-а-а-а-а!»

— Открой рот…

— Виктор… — выдохнул Цзян Яо.

Кончик языка нашел лазейку и проник внутрь, мягкий, как облако, хотя его хозяин воображал себя невероятно властным.

Виктор беззастенчиво грабил его. Цзян Яо лениво уперся руками в край раковины, но стоило ему пошевелиться, как это было принято за слабость, будто у него подкашиваются ноги.

Это лишь распалило Виктора, чье дыхание сбилось окончательно. Он раздвинул колени Цзян Яо, тот попытался уклониться, но был схвачен за подбородок и с силой притянут обратно.

Его губы распухли и покраснели, глаза заволокло влажной пеленой из-за нехватки воздуха.

Поцелуй Виктора становился все настойчивее, по телу разливалась истома. Цзян Яо словно не умел сопротивляться, позволяя Виктору брать свое, пока не покраснел, а от его одежды, пахнущей сосной, не повеяло чем-то липким и сладким.

— Пойдем со мной на седьмой этаж… — прошептал Виктор.

— Не стоит, благодарю за любезность, господин Виктор, — раздался голос Шэнь Мо из-за спины. Он стоял там уже некоторое время и воочию наблюдал, как Цзян Яо целуют до потери пульса. Закончив фразу, он перевел взгляд на губы Цзян Яо: — Управляющий Цзян, я не помешал?

Цзян Яо покачал головой. На лице еще играл румянец, он поднял руку, тыльной стороной стирая след, оставленный Виктором, и поморщился от боли: — Нет, господин. Я пришел за молодым господином Цзежуем, но потерпел неудачу…

Шэнь Мо холодно фыркнул: — Иди распечатай документ.

— Слушаюсь. — Цзян Яо застегнул пуговицы, поправил перед зеркалом внешний вид, поправил галстук — и снова стал тем самым неприметным дворецким.

Виктор заметил: — Твои губы опухли от моих поцелуев.

В зеркале Цзян Яо метнул в него косой взгляд и сухо бросил: — Немного больно.

Дыхание Виктора сбилось на секунду: — Я… я буду за тебя в ответе!

Но он и не обещал нести ответственность. Цзян Яо снова вымыл руки и вытер их: — Мне пора идти.

http://bllate.org/book/29035/3530191