Ци Ся чувствовал, что пальцы на его руке склеились, словно куриные лапки, поэтому он мечтал лишь об одном — вернуться в комнату, запереть дверь и в одиночестве разобраться с этой бедой.

Но Хэ Сяо только что вступил в новую должность, а выяснение обстоятельств недавнего ночного нападения было его первым делом на новом посту. Осмотреть место происшествия в личной комнате актера было неизбежно.

Хэ Сяо протянул руку и постучал по перилам террасы:

— Он в тот день спрыгнул отсюда?

Ци Ся держал руку за спиной, но спину выпрямил, приняв непринужденную и горделивую позу.

— ...Угу. — Если клей продержится слишком долго, удастся ли от него избавиться? Просто тоска зеленая.

Хэ Сяо спросил:

— Полиция не нашла отпечатков пальцев?

Ци Ся:

— ...Угу. — Эту гадость можно отмыть соляркой? Кажется, в детстве, когда руки пачкались битумом, использовали именно ее.

Хэ Сяо повернул голову, между его мужественными густыми бровей залегло несколько довольно глубоких морщин:

— Помимо того, что он окликнул тебя, убийца еще что-нибудь говорил?

Ци Ся:

— ... — Как бы раздобыть солярку незаметно для всех? Голова раскалывается.

Не дождавшись ответа, Хэ Сяо повернулся и увидел, что прекрасные глаза-фениксы Ци Ся устремлены на него, но на самом деле взгляд расфокусирован и смотрит сквозь него на улицу, а брови все еще сдвинуты в выражении глубочайшей скорби.

Хэ Сяо:

— Вспомнил другие зацепки?

Ресницы Ци Ся испуганно дрогнули, зрачки судорожно заметались, прежде чем снова сфокусироваться на Хэ Сяо:

— А?

Хэ Сяо:

— ...

— Ой, — Ци Ся опустил взгляд. — Он спросил меня: Ци Ся, что у тебя тут есть хорошего?

Хэ Сяо наконец понял, что Ци Ся только что витал в облаках. Привыкший действовать решительно и жестко, он вмиг стер с лица любые намеки на эмоции.

Он сделал два шага вперед и одновременно вытащил из кармана какой-то предмет, бросив его в сторону Ци Ся:

— Лови.

Ци Ся рефлекторно дернулся, но, выбросив руку вперед, что-то вспомнил и резко отдернул ее назад, спрятав за спину.

Маленький черный предмет описал в воздухе дугу и с шлепком упал на пол у кровати.

Хэ Сяо:

— ...

Ци Ся:

— ...

Хэ Сяо с бесстрастным лицом нагнулся, протянул руку и поднял его. Стоило его голове опуститься, как лицо Ци Ся мгновенно переменилось:

— Ой... Я сам!

Но было уже поздно.

Хэ Сяо скользнул взглядом под кровать и как раз заметил, что пол с боковой стороны застелен слоем плотного картона. На нем валялись разбросанные в беспорядке мелкие и крупные красные осколки с восковым блеском, а рядом стоял маленький белый пластиковый флакон с надписью 502 на этикетке.

Бросив быстрый взгляд на Ци Ся, тот отвернулся и уставился в потолок.

Хэ Сяо вытащил довольно крупный осколок и тюбик с клеем, поднялся и внимательно их осмотрел. Это действительно был красный коралловый кулон, из-за пропасти которого внизу уже собирались заявлять в полицию.

Уставившийся в потолок Ци Ся обвел его взглядом и предельно невозмутимо произвел:

— Обычно я люблю заниматься рукоделием.

Хэ Сяо пропустил мимо ушей историю про рукоделие:

— Сам вчера разбил?

Ци Ся опешил:

— С чего бы? Конечно, случайно задел.

Хэ Сяо:

— ... — И правда, еще легко отделались, что не вызвали полицию.

Ци Ся:

— ... — Смерть моя близка, с какого перепугу я это выболтал.

Хэ Сяо прищурился и глубоко вздохнул, признавая поражение.

Разбить собственную вещь и спрятать ее под кровать, а потом пытаться склеить красный коралл суперклеем 502, намертво перепачкав собственные пальцы — это полностью перевернуло его представления о Ци Ся.

Красавец, обитающий на недосягаемых небесах, вроде бы не должен заниматься столь неэлегантными вещами.

Но сейчас дело было вовсе не в этом. Вспомнив странную скрюченную форму лапы, которую Ци Ся секунду назад выставил и тут же спрятал, Хэ Сяо протянул руку и схватил его за запястье.

Ци Ся молниеносно отпрянул, вытаращив глаза так, будто перед ним разверзлась бездна:

— Ты что делаешь?

Взгляд Хэ Сяо постепенно помрачнел, но он отдернул протянутую руку:

— Твои руки нужно подержать в горячей воде.

Ци Ся ошеломленно смотрел на него и спустя долгое время выдавил:

— Я сам.

Хэ Сяо не стал настаивать, но у самой двери Ци Ся на всякий случай неуверенно переспросил:

— Горячая вода и правда помогает, если склеило 502-м?

Хэ Сяо нахмурился:

— Угу. — Подумав об уникальном таланте Ци Ся находить приключения на ровном месте, он уточнил: — Ты сам справишься?

— Конечно, — ответил Ци Ся.

Он отвернулся и толкнул дверь. Хэ Сяо уже собирался засунуть коралловые обломки обратно под кровать, как вдруг услышал грохот.

Бросив вещь на пол, Хэ Сяо в несколько шагов преодолел расстояние до ванной комнаты и, заглянув внутрь, тут же влетел вовнутрь.

Ци Ся лежал на полу ванной в крайне причудливой позе, одной рукой вцепившись в рамы умывальника. Ванная комната находилась на две ступеньки выше коридора, и сейчас там стояло столько воды, что можно было разводить уток. Хэ Сяо зашел по щиколотку в воде, одежда Ци Ся была насквозь мокрой и покрытой пятнами, а рядом шумела на полную мощность ванна, из которой через края потоками переливалась вода.

Хэ Сяо полуприсел и, просунув руки под спину и колени, приподнял его:

— Где болит?

Ци Ся с замиранием сердца произвел:

— Нигде не болит, я просто забыл, что набрал ванну, вошел и поскользнулся...

Хэ Сяо напряг руки:

— Обопрись всем весом на меня, попробуй встать.

Хотя между ними оставалось еще два слоя одежды, Ци Ся чувствовал жгучий, почти невыносимый стыд от соприкосновения тел. Однако в текущей ситуации ему оставалось лишь силой воли игнорировать тот факт, что его поддерживает мужчина. К счастью, взгляд Хэ Сяо не задерживался на его лице, избавляя от лишних мучений.

По-настоящему Ци Ся не ушибся, и подняться особого труда не составило. Хэ Сяо сорвал с крючка полотенце, швырнул ему, а сам молча повернул кран, вытащил пробку и спустил воду, не выказав ни единым взглядом или движением ничего лишнего.

Ци Ся глубоко выдохнул и принялся вытирать полотенцем волосы.

— Ци Ся! — Я так и знала, что коралл у тебя! — раздался снаружи пронзительный женский визг.

На лице Ци Ся застыло выражение надвигающейся катастрофы. Швырнув полотенце прямо в ванну, он стремглав бросился к двери, намереваясь ее захлопнуть.

Хэ Сяо, в которого неожиданно полетели брызги, с силой провел ладонью по лицу:

— ... — Всё равно ведь уже всё увидели, какой смысл закрывать дверь?

То, что Ци Ся умудрился разломать, а потом попытался в одиночку починить с помощью суперклея, было свадебным подарком, изготовленным из резного красного коралла в виде цветущих на одном стебле лотосов, предназначавшимся для одного человека.

Правда, свадьбы как таковой еще не было: вчера один актер, с которым Ци Ся отыграл в двух совместных дорамах, публично огорошил всех новостью о том, что уже женат, и в узком кругу намечалось частное празднование.

Поговаривали, что этот актер обожал изделия из резного красного коралла и в свое время за баснословные деньги приобрел несколько подобных статуэток. Статус Ци Ся был выше, да и двигались они в разных амплуа, однако агенты и команды обоих артистов поддерживали хорошие отношения, поэтому на этот раз женщина-ассистент подошла к выбору подарка с особым усердием, пытаясь угодить имениннику.

Кто же знал, что сам Ци Ся взбунтуется, ткнет пальцем в пару небесно-голубых фарфоровых ваз и с пеной у рта начнет доказывать, что они лучше любых коралловых поделок.

На вопрос о причинах он ничего вразумительного ответить не смог, поэтому вчера женщина-ассистент просто проигнорировала его каприз, а в итоге к вечеру подарок исчез.

Когда пришел Хэ Сяо, временную охрану из студии и женщину-ассистента он отпустил домой, так что за обеденным столом остались только они вдвое — два мужчины и одна женщина.

Выдержав несколько минут свирепых взглядов женщины, Ци Ся отложил палочки и выдал чистую правду:

— Я правда случайно его уронил и разбил.

Женщина-ассистент парировала:

— Тогда какого черта тебя посреди ночи понесло в кладовую?

Ресницы Ци Ся затрепетали:

— Полюбоваться своей коллекцией. Разве он станет трепать на каждом углу о том, что подменил упакованный резной коралл на фарфоровые вазы?

Женщина-ассистент, разумеется, не поверила:

— Раз разбил эту вещь, почему сразу не сказал мне?

Ци Ся:

— ... — Пожалуй, стоит сначала продумать легенду.

Он подпер голову рукой и посмотрел на Хэ Сяо, который, опустив голову и не издавая ни звука, с аппетитом уплетал еду.

Обычно Ци Ся и женщина-ассистент питались очень легко, но домашняя помощница была родом из Хунани, и сегодня выдался редкий день, когда удалось приготовить несколько жирных, насыщенных блюд. Красное мясо в соевом соусе было сделано с таким усердием, словно кухарка вложила в него всю свою жизнь и все мастерство.

Хэ Сяо ни за границей, ни на родине не пробовал столь аутентичного тушеного мяса. Он уплетал еду за обе щеки, продолжая следовать своему привычному размашистому стилю, так что скорость, с которой он сметал всё подчистую, полностью оправдывала старания повара.

Ци Ся:

— ... — Сколько же времени он голодал? Ци Ся все меньше понимал, через какие тяжкие испытания пришлось пройти Хэ Сяо после того, как с ним расправился Вэй Ян.

Какая жуть!

Хэ Сяо поднял голову, чтобы взять еду, и случайно встретился взглядом с Ци Ся. Тот пронзительно смотрел на него, и скорость пережевывания пищи у Хэ Сяо заметно замедлилась.

Он совершенно не умел расшифровывать подобные исполненные жалости к миру взгляды. Проследив за глазами Ци Ся до того, что лежало под его палочками, Хэ Сяо молча забрал палочки обратно и уверенным движением пальцев пододвинул всю тарелку с красным мясом прямо к Ци Ся.

Ци Ся торопливо вернул ее обратно:

— Ешь, ешь ты.

Хэ Сяо ничего не ответил и зачерпнул еще ложку риса. Ци Ся приоткрыл рот:

— ... — Теперь пойдем за Ци-гэ, будет нам и мясо. Ладно, фраза слишком подростковая, не для него.

Женщина-ассистент продолжала пилить его в своем репертуаре:

— Эй, да ты часом не принял всерьез слова фанатов и не завидуешь тому, что Чу И женился?

Чу И был тем самым актером, с которым Ци Ся сыграл в двух подряд бромансах.

услышав это имя, Хэ Сяо не поднял головы. Продолжая пережевывать еду, он замер с палочками в руках: этого человека он знал и даже встречал лично, как и то, что Ци Ся постоянно шипперили с ним в интернете.

Он инстинктивно поднял глаза на Ци Ся. Тот с легким неудовольствием на красивом лице смотрел в сторону женщины, его чистые глаза оставались прозрачными, но взгляд не имел фокуса.

Женщина-ассистент нанесла контрольный удар:

— Ты просто из тех, кто говорит одно, а думает другое.

Однопоточный мозг Ци Ся наконец докрутил мысль до конца, и он взъярился:

— Уйди!

Женщина-ассистент мгновенно переключилась в режим трагической героини, вытирая несуществующие слезы:

— До чего же сурово сердце Вашего Величества... Я ведь прислуживала вам целых три года...

Ци Ся стремительно подскочил на ноги, его взгляд помрачнел, аура вмиг стала властной и грозной. Задрав подбородок, он с высоты своего величия презрительно окинул женщину взглядом и холодно произнес:

— Подлая баба по фамилии Чан, мелешь чушь, клевещешь на пустом месте, дерзишь перед императорским взором и пренебрегаешь небесным величием — сие есть тягчайшее преступление! Жалую тебе ссылку в холодный дворец на искупление вины, без высочайшего указа не смей и носу казать наружу. Эй, стража!..

Он бросил взгляд в сторону — кроме Хэ Сяо, рядом никого не было.

Они еще не были настолько близки, чтобы Ци Ся осмелился назвать его главным евнухом Хэ, поэтому ему пришлось спешно проигнорировать логические нестыковки и воскликнуть:

— Генерал Хэ!

Генерал Хэ впервые вблизи наблюдал сцену, где его кумир являл собой столь мимолетное божественное зрелище, что даже забыл про еду, не говоря уже о том, чтобы пошевелиться или издать звук.

У Ци Ся порой отменно соображала голова — например, сейчас, когда его зрачки пару раз метнулись туда-сюда и он волевым усилием выровнял ситуацию:

— Впрочем, ладно. Находясь в походе, полководец может не подчиняться приказам монарха.

С этими словами он взмахнул рукавом и развернулся, и его силуэт мгновенно исчез из поля зрения Хэ Сяо.

Хэ Сяо:

— ...

На лице женщины-ассистента не осталось и следа от только что разыгранного спектакля:

— Шеф человек с прекрасным характером. Даже когда у него на душе скребут кошки, он никогда не срывает злость на нас, максимум — побурчит в одиночку.

Хэ Сяо отложил палочки, широко раскинул руки, опершись ими о край стола, и хранил молчание.

Женщина-ассистент улыбнулась:

— Но не думайте, что из-за этого наша работа становится проще — сегодняшнее представление вы и сами видели.

— Наверное, вы уже успели кое-что узнать. Госпожа Цю Яньлинь, наш второй босс в студии и по совместительству супруга президента AC Медиа, является единственным менеджером шефа — именно поэтому я так и остаюсь всего лишь ассистентом. Шеф — ее кузен и ее главное дело жизни. Последнее время у нее возникли проблемы со здоровьем, из-за чего ей пришлось выпустить бразды правления из рук на несколько месяцев. Она — главная опора карьеры шефа, и вообще-то Ци Ся совершенно не вписывается в рамки нашего круга.

Хэ Сяо достал пачку сигарет, постучал ею о край стола, вытащил одну и щелкнул зажигалкой.

Женщина-ассистент перевела на него взгляд и произнесла уже серьезно:

— А теперь давайте поговорим о том, что из себя представляет наш шеф и что конкретно вам придется делать.

Хэ Сяо сделал глубокую затяжку, спрятал пачку обратно в карман и только после этого повернул голову к ней.

http://bllate.org/book/28846/3488607