Готовый перевод I Own This Mountain / Моя гора — моя крепость: Укрощение древних тайн: Глава 12

Системный кот с виноватым видом откликнулся:

— …Оу.

Пока человек и кот препирались к обоюдному удовольствию, из кустов у него за спиной внезапно вылетела черная тень и бросилась прямо на спину Чэнь Цзи. Чэнь Цзи смутно что-то почувствовал, обернулся и увидел, что толстая с человеческую руку гадюка молнией бросается на него. Успей он среагировать в этот момент — было бы уже поздно, оставалось лишь быстро завалиться на правый бок в надежде, что эта тварь не укусит его в тело.

В тот же миг перед глазами Чэнь Цзи погрузилось во мрак, и он только почувствовал, как что-то мохнатое пронеслось по его щеке. Оглушительный рев слился воедино с легкими шагами. Чэнь Цзи моргнул и увидел, что та самая виденная им недавно Белая Тигрица держит в пасти ту самую гадюку.

Стоило Чэнь Цзи посмотреть на нее, как ее клыки сомкнулись, брызнула свежая кровь, и змеиная голова отлетела от ее губ на землю, оставив на ней кровавый след.

Мгновение спустя опустилась тяжелая тигриная лапа, прижав к подушечкам ту змеиную голову, которая была больше ладони Чэнь Цзи. Белоснежный мех обагрила кровь, являя грозное величие.

Чэнь Цзи сидел на земле и тяжело дышал, Белая Тигрица находилась всего в шаге от него, он даже чувствовал смрад змеиной крови. Тигриная лапа, прижимавшая голову змеи, была прямо перед ним, а из-за края лапы и земли выглядывали черные глаза, уставившиеся прямо на него.

Белая Тигрица безразлично посмотрела своими бирюзовыми глазами на Чэнь Цзи, после чего улеглась на том же месте. Змеиная голова от ее движения отлетела в кусты неподалеку, а она, прижав лапой змеиное туловище, неторопливо принялась пережевывать змеиное мясо.

Толстая, с человеческую руку, королевская кобра казалась для Белой Тигрицы не более чем палочкой пряного снэка: пара жующих движений — и половины змеи как не бывало.

Системный кот только тут сообразил и истошно завопил:

— Охренеть! Какая она сильная!

Чэнь Цзи машинально кивнул.

Непонятным образом Чэнь Цзи почувствовал, что Белая Тигрица вовсе не собирается причинять ему вред. Он медленно поднялся с земли и с той же скоростью стал пятиться назад. Белая Тигрица совершенно не собиралась преследовать его: она опустила голову и сосредоточенно грызла свой снэк. Увидев это, Чэнь Цзи повернулся спиной и побежал по направлению к дому.

Он больше не смел искать никакие растительные красители — поскорее вернуться домой было куда благоразумнее.

Системный кот даже снова включил панорамное сканирование, до смерти боясь появления еще одной гадюки, и попутно шепотом зудел над ухом у Чэнь Цзи:

— Чэнь Цзи, твоя этакая глушь — просто смертельно опасное место, матушка моя… Ты видел эту змею?! Толще твоей руки! И дл-и-инная какая! Сидела в кустах ни жива ни мертва, а как бросилась — так с места в карьер! До чего же жутко!

Чэнь Цзи отозвался невнятным звуком, размышляя, с чего бы это вдруг. Такие змеи, как гадюки, не боятся людей и обладают сильнейшим территориальным инстинктом, однако в большинстве случаев, если их намеренно не провоцировать, гадюки вовсе не горят желанием нападать на страшных двуногих обезьян — в конце концов, даже убив человека, змея не сможет его проглотить, да и к тому же большинство двуногих обезьян, осознав, что их укусили, предпочтут прихватить гадину с собой на тот свет.

В конце концов, в критический момент между жизнью и смертью кто станет экономить те доли секунды?

Когда Чэнь Цзи добрался до дома, дядя Лю и остальные как раз приступили к послеобеденной работе. Увидев, что Чэнь Цзи возвращается чумазый и в совершенно растрепанном виде, они торопливо бросились к нему навстречу, подхватили его вещи и, поддерживая под руки, засыпали вопросами:

— Сяо Чэнь, да что с тобой стряслось?!

Чэнь Цзи усадили на скамеечку, и он жадно гтал воздух, а ноги его казались словно налитыми свинцом. Дядя Лю, заметив это, поспешно налил воды и протянул Чэнь Цзи. Тот напился и с большим трудом перевел дыхание, после чего проговорил:

— На горе встретил здоровенную гадюку, всю дорогу за мной гналась.

— А?! — дядя Лю опешил. Гадюки — это ведь невероятно опасно, кто же не знает, что если тебя цапнет эта тварь, то даже при хорошем раскладе полжизни потеряешь? Он принялся встревоженно оглядывать руки и ноги Чэнь Цзи и в суматохе полез за телефоном: — Она тебя не укусила?!

— Нет, убежал быстро.

Чэнь Цзи немного передохнул и продолжил:

— Эта змея метра три в длину, толще моей руки. Дядя Лю, вернись в деревню и предупреди всех: на горе теперь нужно держать ухо востро.

Хотя эту конкретную змею прикончили, нет никаких гарантий, что не появится вторая — в конце концов, в одном лесу двум тиграм не ужиться, если только они не разнополые.

Дядя Лю закивал:

— Нужно, обязательно нужно. До чего же опасно! Попозже нам надо будет запастись противозмеиным средством, когда пойдем на гору.

Чэнь Цзи тоже считал, что это необходимо. Он прожил в этом храме семь лет и никогда не видел, чтобы сюда заползали змеи, а во время нынешнего ремонта полностью упустил это из виду. Теперь же он подумал, что вокруг Храм Шаньцзюня нужно высадить растения, отпугивающие змей, червей, крыс и муравьев, а еще купить пару больших ящиков змееядов, чтобы ядовитые твари не шныряли прямо на порог.

Убедившись, что с Чэнь Цзи все в порядке, дядя Лю перевел взгляд на бамбуковый корог, доверху набитый всевозможными грибами, рядом с которым висели еще два больших пакета, и снова повеселел:

— Сяо Чэнь, а добра-то ты сегодня на горе добыл немало!

Чэнь Цзи поколачивал себя по ногам:

— Дядя, заберите-ка парни пару пакетов домой, я ведь один всё равно не съем, а сохранить не получится — погода еще не та, чтобы сушить.

Дядя Лю не стал церемониться с Чэнь Цзи: это же поистине сокровища, с таким качеством их на рынке за две-три сотни юаней за цзинь продают!

Мысленно он вновь восхитился тем, что у Сяо Чэня определенно есть какой-то особый дар. Они всю жизнь жили у подножия горы и как никто знали, что грибов с каждым годом становится все меньше. За последние годы он и впрямь не видал никого, кто смог бы принести с горы целый короб грибов. Даже старый дедушка Чжан, самый опытный человек на краю деревни, пробегав все утро, набирал в лучшем случае треть от того, что добыл Чэнь Цзи, не говоря уже о превосходном качестве этих грибов.

Чэнь Цзи пошел мыться, заранее приняв лекарство, так как у него было какое-то смутное предчувствие, что он вот-вот сляжет с температурой. Бросив пару слов дяде Лю и остальным, он отправился спать, а когда проснулся — было уже восемь часов вечера, причем от недомогания не осталось и следа. Едва открыв глаза, он увидел Системного кота, который с тупым выражением лица свернулся калачиком в ногах кровати, судя по всему, зависая в интернете.

— Чэнь Цзи, ты проснулся!

В глазах Системного кота вмиг вспыхнул прежний блеск, он неторопливо поднялся и сладко потянулся, так что его пузатое брюшко прижалось прямо к одеялу. Медленно приблизившись к голове Чэнь Цзи, он потерся о его щеку:

— Пульс восемьдесят один удар в минуту, сатурация девяносто девять процентов, температура тридцать шесть и четыре, функции организма в норме.

Чэнь Цзи поднял руку, прижал Системного кота к груди и принялся массировать его животик:

— Проголодался?

— Голоден~ — Системный кот перевернулся в его объявлениях, демонстрируя беленькое пузико. — Ждал тебя, чтобы поесть… Ах да, дядя Лю только что попросил тетушку Лю передать сюда двух домашних кур, велел тебе подкрепиться.

Люди в деревне придавали большое значение взаимности и отличались душевной теплотой: получив грибы от Чэнь Цзи, дядя Лю тут же велел тетушке Лю принести пару куриц, причем их даже забили и уложили в холодильник, прежде чем уйти. Если бы дядя Лю и тетушка Лю умели обращаться с здешней индукционной плитой, они бы безоговорочно сами сварили суп и оставили его подогреваться для Чэнь Цзи.

Чэнь Цзи с укоризной посмотрел на Системного кота, а тот с ухмылкой потерся о него головой, вытянув пухлые лапки прямо на ладонь Чэнь Цзи, чтобы тот поиграл с его мягкими подушечками.

Потискав лапки пару раз и окончательно придя в себя, Чэнь Цзи поднялся с постели и запихнул Системного кота обратно под одеяло:

— Жди, я пойду готовить. Раз уж как раз есть тяньма, грех ее не использовать.

У каждого китайца с рождения есть некий скрытый талант: когда наступает момент, и выбора не остается, даже человек, никогда не приближавшийся к плите, обычно не готовит откровенную гадость. Чэнь Цзи не был исключением.

Будучи в прошлом элитным и высококлассным работником формата 996, он вряд ли мог похвастаться выдающимися кулинарными талантами, зато его способность к обучению была на высоте.

Курица была забита сегодня же, эталонная домашняя птица: жир желтый, но не рыхлый, шкурка упругая, а мясо плотное. Следуя рецепту, Чэнь Цзи сначала бланшировал курицу в кипятке, убрав едва заметную кровавую пенку, бросил внутрь небольшой кусочек свежей тяньма, добавил немного имбирного и лукового порошка и захлопнул крышку.

Выбрав на мультиварке функцию ускоренного приготовления под давлением, он уже через пять минут почувствовал, как из щели под крышкой поплыл густой и аппетитный аромат. Чэнь Цзи глубоко вздохнул, мысленно похвалив себя, а затем ухватил и принялся мыть несколько красных сыроежек.

Грибы были либо полураскрытыми, либо только-только распустившимися — мелкие букашки даже не успели по ним поползать, как Чэнь Цзи уже сорвал их. Под струей воды даже складки шляпок сияли белизной; он нарезал их ломтиками и отложил в сторону. Достав из запасов кусок вяленого мяса, он порезал его ломтиками и бросил в разогретое масло для обжарки. Когда жир на вяленом мясе стал прозрачным и стеклянным, он закинул туда грибные ломти. Всё это зашворчало и зашкворчало так упоительно, что державший лопатку Чэнь Цзи едва не захлебнулся слюной.

Он попробовал грибы на соль: во рту сначала ощущался маслянистый и солоноватый вкус вяленого мяса, за которым следовал неповторимый насыщенный аромат грибов. Этот особый дух подарил языку несравненные, чудесные ощущения. Чэнь Цзи молча съел еще кусочек, втайне считая себя маленьким гением: ему уже казалось потрясающе вкусно, и никаких дополнительных приправ больше не требовалось.

В таких хлопотах прошло с полчаса, и Чэнь Цзи открыл мультиварку, ощутив, как поднимающиеся клубы пара бьют ему в лицо.

Вообще-то Чэнь Цзи не слишком жаловал куриный суп, но сегодняшняя миска была совсем другой. Целебная сила тяньма идеально нейтрализовала куриный душок, цвет бульона из золотистого превратился в янтарно-коричневый, а сам он был донельзя прозрачным — не заметно ни малейшей примеси. Черпнув поварешкой немного бульона на пробу, Чэнь Цзи ощутил сначала обжигающий жар, а затем — невероятную, чистую свежесть!

Да такую свежую, что на кончике языка словно пустились в пляс маленькие человечки.

От этого глотка вкусовые рецепторы, будто заблокированные пережитым страхом, разом раскрылись, тело вновь заполнилось самыми разными ощущениями, и Чэнь Цзи по-настоящему проголодался.

Он постарался мысленно припомнить и еще раз тщательно проверил: при мытье грибов туда точно не могло затесаться каких-нибудь галлюциногенных мухоморов.

Обернувшись за мисками, он взял один комплект, затем на секунду замер, достал еще два и разложил приготовленные блюда на три порции. Больше всего досталось ему с Системным котом, а две другие порции были примерно равны — пусть немного, но в самый раз, чтобы наполнить тарелку и пиалу.

Первую порцию Чэнь Цзи отнес в главный зал: по традиции воскурил благовония, отвесил поклоны и водрузил еду на жертвенный стол — Дедушка Шаньцзюнь кушает первым!

Погода стояла прохладная, так что завтра днем, убрав тарелки, он сможет всё это разогреть на обед.

Вторую порцию он вынес за пределы храма и оставил на земле у развилки тропинки, ведущей к вершине горы, также воткнув три палочки благовоний.

Только после этого на душе у него потеплело, и он вернулся в храм ужинать.

Хотя, оставляя порцию на перекрестке, он в глубине души думал о Белой Тигрице, но прекрасно понимал, что та вряд ли явится — скорее всего, еда достанется какому-нибудь другому зверю или бог весть кому еще. Ну и ладно: раз уж он сегодня благополучно спустился с горы, неважно, кто именно его защитил — достаточно было просто мысленно выразить благодарность.

Системный кот, проявив величайшую солидарность, уже поджидал Чэнь Цзи у стола. В свете лампы его глаза казались ярко сияющими и невероятно вежливыми:

— Ты опять ходил делать подношения Шаньцзюню?

— Угу, — Чэнь Цзи зачерпнул пиалу и протянул Системному коту. — Ешь.

http://bllate.org/book/28744/3475351