Готовый перевод My Wife Found Me After Retirement / Пенсия, покой и нежданная любовь: Глава 12

Линь Шуанцзян без малейшего колебания сбросила вызов, и Се Наньчжи больше не перезванивала.

Вернувшись в маленький дворик, Линь Шуанцзян вошла в гостиную и увидела Жань Чжу, сидевшую лицом к жалюзи. Девушка держалась прямо: одной рукой она придерживала блокнот, а в другой сжимала разноцветную шариковую ручку, сосредоточенно выписывая что-то. Она даже не заметила, как кто-то вошел.

Линь Шуанцзян переоделась в длинное трикотажное платье молочно-белого цвета, на ногах у нее были светло-голубые шлепанцы. Ее густые черные длинные кудри были небрежно собраны резинкой и лениво падали на худую спину. Шаги в шлепанцах потревожили Жань Чжу, и та повернула голову.

Линь Шуанцзян подошла и опустилась на соседний бамбуковый стул. Сложив руки на груди, она спросила:

— Написала?

Жань Чжу чуть заметно кивнула, закусила губу, поднялась с блокнотом в руках и произнесла:

— Хочешь посмотреть? Я сосчитала, здесь пятьсот пятьдесят слов.

— Не хочу. Сократи эти пять с лишним сотен слов до пятидесяти. Опиши и представь эту баночку йогурта так, чтобы любой, услышав твой рассказ, понял: откуда этот йогурт родом? Какова его предыстория? Каковы рецептура и вкус? Хорошо ли качество молока? Можно ли покупать его без опаски? И сможет ли кто-нибудь полюбить пить этот йогурт?

Линь Шуанцзян прямо посмотрела в глаза Жань Чжу. Ее взгляд в такие моменты был холодным и отстраненным, отчего Жань Чжу покраснела и стала еще осторожнее.

Она засомневалась. Требования Линь Шуанцзян казались слишком долгими и сложными — она и представить не могла, что ради обычной баночки йогурта придется исписать столько бумаги, да еще и уместить все это в пятьдесят слов.

Девушка собиралась написать так, чтобы Линь Шуанцзян в дальнейшем полюбила этот йогурт, но посчитала, что пятьсот слов — это слишком много, ей ни за осилить такой объем. Поэтому она изложила множество собственных впечатлений, совсем не ожидав, что теперь Линь Шуанцзян потребует урезать всё до пятидесяти слов.

Жань Чжу опустила взгляд. Ее сияющие, влажные персиковые глаза заблестели, она несколько раз пошевелила губами, прежде чем тихо проговорить:

— Я ничего этого не знаю. Раньше я никогда не пробовала такой йогурт.

— Можешь поискать в интернете. Как закончишь, покажи мне, — Линь Шуанцзян откинулась на спинку бамбукового кресла и закрыла глаза. — Пиши не спеша.

Жань Чжу посмотрела на нее. Лицо красавицы даже с закрытыми глазами оставалось холодным, и на нем не смягчилось ни единое выражение.

Правая рука Жань Чжу сжалась в маленький кулачок, мысленно подбадривая себя. Обретя былой боевой настрой, она повернулась к Линь Шуанцзян и произнесла:

— Я справлюсь.

Линь Шуанцзян чуть приподняла левую руку в знак ответа.

Жань Чжу достала из сумочки телефон и уже собиралась спросить у Линь Шуанцзян пароль от сети, как та внезапно бросила:

— От одного до девяти.

Жань Чжу ввела комбинацию цифр и подключилась к интернету. Вбив в поиск название йогурта, она увидела множество результатов. Самая первая ссылка вела на сайт Сельскохозяйственного университета провинции J, и Жань Чжу внимательно изучила всю информацию.

Оказалось, что этот бренд йогурта выпускается Сельскохозяйственным университетом провинции J и имеет пятнадцатилетнюю историю.

Она читала медленно. Разобравшись с историей йогурта и отзывами пользователей сети, Жань Чжу обнаружила, что у этого продукта потрясающая репутация, но объемы производства невелики. По словам комментаторов, его трудно достать: большую часть партий поставляют в провинцию J, а в другие регионы продают крайне редко.

Деревня Таохуа находилась в провинции Z, а между провинциями Z и J лежали еще две другие. Поэтому Жань Чжу была весьма удивлена, обнаружив такой йогурт у Линь Шуанцзян.

Пока Жань Чжу раздумывала, как уместить рассказ о йогурте в пятьдесят слов, Линь Шуанцзян сидела в беседке во дворе и ела виноград. Ягода за ягодой — она умяла всю гроздь и даже немного переела.

Она сдвинула тарелку с фруктами к центру каменного стола и посмотрела на рыбок в пруду. Большинство из них были самыми обычными местными видами. В свое время она заказывала совсем мелких мальков, поэтому за время содержания, питаясь лишь водной травой и без единой граммульки искусственного корма, рыбы росли не слишком быстро.

Пока Линь Шуанцзян отсутствующим взглядом смотрела на рыбешек, из-за угла под раскрытым зонтом появилась Руань Юй. Она жила не здесь, а на стороне Бабушки Линь — вместе с водителем и двумя нянями-помощницами, там же они обычно и обедали.

Войдя в беседку, Руань Юй сложила зонт, повесила его на бамбуковые перила, бросила беглый взгляд в сторону гостиной и повернулась к Линь Шуанцзян:

— Сяо Чжу где?

— Внутри, — Линь Шуанцзян тоже глянула вглубь дома, нахмурилась и перевела взгляд на стоявшую перед ней большую белую чашку.

— Может, оставишь ее? — с улыбкой предложила Руань Юй. — Мисс Се болтала со мной по телефону почти час, всё уговаривала оставить девочку здесь. Редко увидишь, чтобы она так за кого-то переживала. И правда, из любви к кому-то жалуешь и птиц на его крыше, да и относится она к ней как к родной младшей сестре.

— Мне не нужны нахлебники, — Линь Шуанцзян взяла большую чашку, но пить не стала — лишь сняла крышку и заглянула внутрь, где на самом дне виднелась чистая прозрачная вода. — Она ничего не умеет. Оставить ее здесь, чтобы она меня раздражала? Она даже сорняки выполоть не в состоянии.

— Мисс Се будет содержать ее, это всего лишь лишняя пиала риса, — вздохнула Руань Юй. — Девочка такая несчастная: ослепла в два года, и только-только ей удалось вернуть зрение, как отец с братом задумали использовать ее, чтобы угодить сильным мира сего. Считай, что совершила доброе дело.

Руань Юй пристально вглядывалась в лицо Линь Шуанцзян, надеясь заметить хоть тень сочувствия, но потерпела неудачу. Линь Шуанцзян осталась невозмутима — она лишь водрузила чашку на место и потерла виски обеими руками.

Улыбка на лице Руань Юй слегка натянулась, но она все же мягко продолжила:

— Нельзя ли приглядеться к ней подольше? Понять, к чему у нее лежит душа? К тому же, Се Наньчжи... Эх, если вот так взять и прогнать девчонку, разве Се Наньчжи не примчится сюда устраивать скандал?

Линь Шуанцзян чувствовала лишь, как ноют виски, раскалывается голова и болит буквально каждое движение тела.

Она криво усмехнулась. Какая-то доля жалости к Жань Чжу у нее все же была, но проснулась она вовсе не из-за Се Наньчжи, а из-за самой Жань Чжу.

— Я подумаю еще, — Линь Шуанцзян помассировала переносицу.

Руань Юй тут же радостно воскликнула:

— Тогда я пойду готовить! Оставим ее пообедать у нас, только плату брать не будем.

Линь Шуанцзян равнодушно угукнула.

Это означало согласие.

Шаги Руань Юй сразу стали легкими и быстрыми. Направившись на кухню, она вспомнила, что все продукты привезли рано утром — они были еще совсем свежими, в основном местные овощи и мясо.

http://bllate.org/book/28702/3470496