Готовый перевод Wasteland Paradise: Frozen Lemon Tea / Парк на краю пустоши: Игры с чужой душой: Глава 2

Сюй Чжилэ кивнул:

— Круто!

Кто-то, полуудивленно, полушутливо, произнес:

— Ого, эти солнцезащитные очки тысяч десять стоят, не меньше. Чэнь-шао, твой друг такой щедрый.

Он сделал особый упор на слове друг.

Услышав похвалу насчет своей щедрости, Сюй Чжилэ расправил плечи, явно гордясь собой.

Чэнь-шао тут же представил всем Сюй Чжилэ:

— Сюй Чжилэ, сын моей маминой подруги, младше меня на год, считай, мой младший брат. Знакомьтесь, теперь все друг друга знаете, при встрече в будущем выручайте его.

— Само собой!

— Раз он младший брат Чэнь-шао, значит, и мой младший брат.

Сюй Чжилэ с улыбкой поздоровался с каждым по очереди.

С его появлением игра почему-то затихла, и все перешло к этапу вручения подарков.

Яо Чжибо и остальные преподнесли кроссовки, наушники и прочие вещи — сплошь брендовые товары. У Чэнь-шао не было недостатка в материальных благах, ни к чему из этого он не проявил особого интереса, лишь бросил взгляд и отложил в сторону.

На мгновение в прежде шумной обстановке воцарилась тишина. Кто-то спросил:

— А ты, Ци Чэнь? Чэнь-шао ведь частенько тебе помогал, неужто от тебя никаких знаков внимания?

Все перевели взгляд на Ци Чэнь, и Сюй Чжилэ тоже посмотрел туда, куда устремились глаза остальных. Уловив тонкую атмосферу между присутствующими, он смутно понял, какое место Ци Чэнь занимает в этой компании.

Он подумал: неудивительно, с чего бы друзьям Чэнь-шао носить подделки, это же такая позорища.

Он тоже в упор уставился на Ци Чэнь, желая отомстить за то, что тот только что проигнорировал его.

На Ци Чэнь упало несколько взглядов. Краем глаза он заметил лицо Сюй Чжилэ: тот задрал подбородок, выражение его лица было далеко от дружелюбного, но даже в этой спертой атмосфере и приглушенном свете его глаза оставались ясными и чистыми.

Ци Чэнь произнес:

— Денег нет.

Он безо всякого смущения признал свое стесненное финансовое положение, остальные же быстро потеряли интерес и вскоре нашли новую тему для разговора.

Сюй Чжилэ с любопытством спросил Чэнь-шао:

— Этот Ци Чэнь, он что, совсем бедный?

Чэнь-шао, уплетая фрукты, небрежно ответил:

— Ага, его мать работает у нас домработницей. У него еще есть больной брат, дома вечные долги, даже учебу в институте ему моя мама оплачивает.

— Ого, до чего же жалко, — удивился Сюй Чжилэ. — Впрочем, как ни крути, твоя мама — его благодетельница, раз уж ты по доброте душевной позвал его развеяться, он мог бы и не строить такую кислую мин.

Чэнь-шао бросил:

— Да он всегда такой.

Они не снижали голос, и этот разговор долетел до ушей Ци Чэнь. Ци Чэнь скосил глаза на логотип сбоку своих кроссовок, чувствуя, будто о барабанную перепонку царапает острая игла.

К пяти-шести часам вечера компания уже не могла усидеть в кабинете и заголосила, требуя еды. Чэнь-шао снял целиком японский ресторан гриля где-то в горах и позвал всех менять дислокацию.

Почти все эти избалованные достатком мажоры обзавелись машинами едва ли не сразу после поступления в университет, и на парковке толпилось несколько внедорожников, однако во время прежних посиделок с играми на костях и пальцах все успели пригубить алкоголя.

— Черт возьми, — выругался Яо Чжибо. — В такое время гаишники не особо свирепствуют, может, тогда...

— Вызывай трезвого водителя, — перервал его Чэнь-шао.

Кто-то пересчитал головы:

— На три машины мест хватит, давайте вызовем трех водителей, а?

Яо Чжибо предложил:

— Разве Ци Чэнь не пил? Он может сесть за руль одной машины.

Ци Чэнь стоял в стороне от толпы и, услышав свое имя, только тогда обернулся.

Секунду он молчал, соображая, о чем толкует Яо Чжибо:

— У меня нет прав.

— Ой, забыл, — Яо Чжибо потыкал в экран телефона. Рядом всегда было полно водителей, готовых взять заказ, и через несколько минут к ним подошли трое молодых людей, катящих складные самокаты.

Остальные по очереди уселись по машинам, и на месте остались только Ци Чэнь и Сюй Чжилэ.

В машине Чэнь-шао еще оставались свободные места; он устроился на пассажирском сиденье спереди и велел им скорее залезать.

Сюй Чжилэ поднял взгляд на Ци Чэнь, словно ожидая, пока тот откроет дверь. Это был избалованный барич, привыкший к тому, что его обслуживают.

Сюй Чжилэ хотел занять место позади переднего пассажира, чтобы оказаться ближе к Чэнь-шао.

Задрав голову, он заметил, что линия подбородка у Ци Чэнь была резкой, а в полумраке черты лица казались на удивление четкими.

Кожа у этого парня была белой, болезненно-бледной, веки чуть припущены, отчего вид у него был сонный и вялый. Он все медлил, и Сюй Чжилэ не выдержал:

— Эй, полезай давай.

Ци Чэнь невозмутимо спросил:

— Как она открывается?

Ему уже доводилось ездить с Чэнь-шао, но в семье того была не одна машина, и эта оказалась совсем не той моделью — привычной ручки, за которую можно дернуть, он не нащупал.

— А? — в глазах Сюй Чжилэ мелькнуло веселье. Он ткнул пальцем в продолговатую зону: — Разве не здесь?

Чэнь-шао опустил стекло и бросил с раздражением:

— Нажми просто, не тяни.

Ци Чэнь протянул руку, надавил с одной стороны, с другой корпус подался наружу, и стоило потянуть — дверь открылась.

Он согнулся и нырнул внутрь. На самом дальнем конце заднего сиденья валялись диванная подушка и плед. Ци Чэнь устроился посередине, а когда Сюй Чжилэ забрался следом, тот слегка нахмурился:

— Сдвинься-ка в сторону.

Ци Чэнь отодвинулся, но его длинные ноги все равно уперлись, стесненные теснотой. Сюй Чжилэ не глядя на него вытянул шею вперед, положил руку на спинку переднего сиденья и заговорил с Чэнь-шао.

Он жаловался на забитое расписание в колледже, на то, что преподаватели еще и посещаемость проверяют, а также на то, что из-за жуткой жары в начале учебы и совпадения с годовщиной вуза военную подготовку отменили — они уж думали, пронесло, а теперь, на втором курсе, ее все равно приходится отрабатывать.

Хотя речь шла о жалобах, тон его звучал живо и эмоционально: то он что-то бормотал вполголоса, то голос его взмывал вверх. Чэнь-шао, гоняющий игру на телефоне, отвлекался на полсекунды, чтобы ответить:

— Можешь кого-нибудь попросить отсидеть за тебя.

— Военная подготовка — дело утомительное, не забудь намазаться кремом от солнца.

Стоило Чэнь-шао подать голос, как Сюй Чжилэ заводился еще сильнее, рассказывая, что их колледжи разделяет всего одна дорога, но он еще ни разу не бывал на экскурсии в университете Чэнь-шао.

Сам он учился в институте второй категории, а Чэнь-шао с Ци Чэнь — в другом престижном вузе в университетском городке, причем на разных специальностях: Чэнь-шао еле-еле проходной балл набрал, тогда как Ци Чэнь обошел его больше чем на сорок очков.

В старшей школе родители держали Чэнь-шао в ежовых рукавицах, нанимая именитых репетиторов по каждому предмету в надежде, что он поступит в хороший вуз и исполнит мечту старших в семье. Но добравшись до института, парень пустился во все тяжкие, думая только о еде, развлечениях и знакомствах с красотками, так что каждую сессию пересдавал долги.

В общаге Чэнь-шао не жил и на занятиях появлялся от силы пару раз в неделю:

— На что там смотреть, не достопримечательность ведь.

— Ой, — Сюй Чжилэ скривил губы. Заметив его упавшее настроение, Чэнь-шао немного погодя исправился: — Впрочем, захочешь приехать — в любое время пиши.

— Ладно, — Сюй Чжилэ снова расплылся в улыбке.

Все его мысли были написаны на лице, и Ци Чэнь подумал, что Яо Чжибо был прав.

Сюй Чжилэ — гей, и он влюблен в Чэнь-шао.

Поскольку выдался выходной, на гору тянулось немало машин, и в пути они немного застряли, так что их экипаж прибыл последним.

В заказанном Чэнь-шао ресторане мясо должны были жарить официанты, но какая атмосфера, когда над душой стоит посторонний человек, поэтому компания решила готовить самостоятельно.

Едва на стол подали говядину и свиную грудинку, как все дружно принялись выкладывать мясо на противень, однако, увлекшись болтовней, тут же забыли его вовремя перевернуть, и когда полезли палочками, верхний слой безнадежно подгорел.

И только на противне перед Ци Чэнь мясо прожарилось равномерно и источало аппетитный аромат зиры.

Общих тем для разговора с этой компанией у него не было, так что он сосредоточился исключительно на еде.

Сюй Чжилэ сидел за соседним столом. Он ухватил кусочек говядины с ананасами, но снизу тот намертво прилип к панели и выглядел совершенно черным и уродливым.

Сморщившись от брезгливости, парень отбросил его, а затем, хитро блеснув глазами, вытянул палочки и полез на чужой противень к Ци Чэнь за говяжьими ребрами.

Ци Чэнь как раз собирался взять остатки, чтобы освободить место для новой партии. Не успели его палочки коснуться мяса, как рядом молниеносно мелькнули чужие палочки и увели ребра.

Подняв голову, он увидел, как Сюй Чжилэ отправляет кусок в соусник.

Пока Сюй Чжилэ пережевывал еду, его щеки заметно раздувались. Проглотив кусок, он снова зыркнул в сторону Ци Чэнь.

Ци Чэнь: «…»

По правде говоря, Сюй Чжилэ тоже не находил общего языка с Яо Чжибо и остальными. Те болтали о матчах, а он терпеть не мог спорт и даже правил баскетбола толком не знал. Они обсуждали гонки, а у Сюй Чжилэ не было прав — он считал, что в них нет нужды, раз в семье есть водитель, готовый в любую минуту отвезти куда скажешь, так зачем тратить на это силы.

Зато ему нравилось, с каким дерзким и воодушевленным видом Чэнь-шао рассуждал о спорте и гонках.

Сюй Чжилэ был знаком с Чэнь-шао совсем недолго: с прошлого года их матери зачастили вместе играть в маджонг, а пару месяцев назад в случайном разговоре зашел вопрос о детях, тут-то они и выяснили, что те учатся неподалеку друг от друга. Услышав, что Чэнь-шао студент престижного вуза, мать тут же загорелась идеей свести парней, чтобы они подружились.

С первого же взгляда Сюй Чжилэ проникся к Чэнь-шао симпатией: тот идеально подходил под его идеал — высокий, солнечный, красивый, щедрый и уверенный в себе.

Поэтому он старался чаще пересекаться с Чэнь-шао. Пусть Чэнь-шао и выглядел натуралом, но раз уж он, Сюй Чжилэ, положил на кого-то глаз, разве можно сдаваться, даже не попробовав?

У Чэнь-шао было много друзей, он пользовался популярностью и всеобщим расположением, что лишь лишний раз доказывало: парень он отличный. Однако одно дело пытаться влиться в компанию Чэнь-шао, и совсем другое — когда в животе урчит от голода.

Мясо на их гриле почему-то вспыхнуло огнем, и угольки выглядели настолько непрезентабельно, что аппетит пропал начисто. Остальные выпивали и на еду особого внимания не обращали, не придавая этому значения.

Пришлось делать вид, будто он просто так тянется к тарелке Ци Чэнь, подцепляя один кусок за другим. На самом деле для этого ему приходилось сильно выгибаться и вытягивать руку во всю длину.

Мясо в этом заведении подавали свежее и отборное, а соусы были на редкость ароматными. Рука Сюй Чжилэ снова потянулась к чужому столу, но Ци Чэнь подал голос:

— Только что положил, еще не готово.

— Ой.

Сюй Чжилэ отдернул руку и тут же заявил:

— Хочу говядину с ананасами.

Это прозвучало как приказ Ци Чэнь пожарить ему еще.

Ци Чэнь коротко бросил: «Угу», а в следующий заход выложил целую порцию ананасов с мясом на ту половину противня, что была ближе к Сюй Чжилэ.

Сюй Чжилэ уставился на них и раз пять переспросил Ци Чэнь: «Уже прожарилось?», «Готово?»

Получив утвердительный ответ, он тут же закинул в рот куски, густо обмакнув их в кисло-острый соус.

Насладившись желанной едой, он по привычке облизал губы, а его кадык дернулся, словно он сглатывал слюну.

http://bllate.org/book/28691/3468775