Готовый перевод My Live-Streamed Fortune Telling, Daily Pampering by a Rough Man / Мои стримы с гаданиями: в плену у дерзкого мачо: Глава 7

С глухим стуком Ван Ци вместе со стулом завалился набок.

Какое-то время он растерянно хлопал глазами, сидя на полу, а затем снова поднялся на ноги, подбежал, вцепился в колено Нин Цзици и взмолился: — Мастер, раз уж вы смогли это предсказать, значит, у вас непременно есть способ меня спасти, верно?

Нин Цзици вздохнул и произвел: — Боюсь, эту напасть будет непросто разрешить.

— Умоляю вас, мастер! У вас ведь точно есть выход, да? Мне исполнится восемьдесят — тьфу, восемьнадцать всего через две недели, я правда не хочу умирать!

По правде говоря, Нин Цзици вовсе не пытался его запугать: в картине, которую Система только что передала ему синхронно с видением, царила сплошная тьма — сущая стоячая вода, в которой было совершенно непонятно, с чего вообще начинать распутывать этот клубок.

Прошлое Ван Ци на самом деле было донельзя простым. Его жизнь можно было назвать сплошной дорогой лежания на печи: ему не требовалось делать абсолютно ничего, чтобы превратиться в супербогатого наследника во втором поколении.

Хотя в детстве он жил в деревне, его дядя занимал пост главы посёлка, а отец занимался сельским туризмом. Благодаря мощному союзу чиновников и бизнеса их посёлок очень быстро прогремел на всю округу, превратившись в образцовую туристическую зону их городского округа.

Позже деловые обороты росли всё сильнее, и пять лет назад они перебрались сюда, выкупив огромное поместье целиком.

Будучи единственным сыном, Ван Ци вообще ни о чем не заботился — в будущем всё семейное состояние должно было достаться ему одному.

Вот только в столь невероятной, бросающей вызов небесам судьбе вдруг обнаружился подводный камень.

Причем такой, через который невозможно перешагнуть.

Нин Цзици сострадательно взглянул на него и поднял два пальца.

Ван Ци крайне удрученно произнес: — Мастер, я знаю, что мне осталось жить всего две недели.

Нин Цзици покачал головой и ответил: — Нет, я имею в виду, что напасть эта крайне зловещая, так что с вас потребуется доплата в размере еще двадцати тысяч юаней.

Мастер, да вы шутите! Меня же чуть кондратий не хватил! — глаза Ван Ци вмиг покраснели. — Плачу! Всё отдам!

Эх, истинно тебе говорю — мажор из богатой семьи. Донельзя избалованный домашними, еще не познавший всю суровость жизни, а уже слезы пустил?

Позже ты у меня еще наплачешься.

— Раз ты согласен, тогда я продолжаю задавать вопросы.

— Вопрос третий. — Нин Цзици опустил правую руку на плечо Ван Ци и тяжело надавил: — Этот вопрос крайне важен, от него зависит, смогу ли я тебя спасти, так что врать нельзя ни в коем случае.

Ван Ци со слезами на глазах уставился на него с предельно искренним выражением лица: — Спрашивайте, мастер.

— Когда ваша Семья Ван только поднималась на ноги в деревне, не случалось ли им погубить там какую-нибудь женщину?

Стоило этому прозвучать, как замер не только Ван Ци, но даже сидевший позади него с видом полнейшего отстранения Лу Сяо мгновенно перевел взгляд.

Ван Ци приоткрыл рот, долго о чем-то бормотал и в конце концов кивнул.

— Можно сказать и так, но это было случайностью.

— Та девушка была внучкой кого-то из односельчан, если прикинуть, она должна была быть на пару лет старше меня, и в детстве я даже звал ее старшей сестрой.

— Только вот удача у той семьи была не ахти: родившиеся перед ней два старших брата умерли, мать не вынесла горя и вскоре тоже скончалась. Отец, чтобы сбежать из этого скорбного места и заработать на жизнь, уехал на заработки, оставив лишь ее да деда с больной ногой.

Поскольку дед не мог трудиться, благополучие всей семьи держалось исключительно на тех грошах, что отец ежемесячно высылал из города.

Но с какого-то момента отец почему-то перестал присылать деньги, да и вообще пропал со связи, растворившись без следа, отчего жизнь и без того несчастных деда с внучкой стала еще тяжелее.

— Но как раз в те времена дела у моего отца шли в гору, и он объявил, что собирается развивать сельскую экономику и поднять благосостояние всей деревни.

— А раз затевается развитие, непременно нужно выкупать земли! Вот вскоре начальство и начало процедуру изъятия участков.

Ван Ци вздохнул и продолжил: — Но они жили исключительно за счет этого клочка земли, так что наотрез отказывались соглашаться на изъятие. Они считали, что мы загоняем их в угол и лишаем всяких средств к существованию.

— Особенно дед той девушки — упрямец каких мало, что ни говори, слушать ничего не желал, вбил себе в голову, будто мы силой отнимаем их землю.

Нин Цзици уточнил: — Так вы что, отняли ее силой?

Ван Ци тут же замотал головой: — Конечно нет! Мы всегда придерживались принципа добровольности, к тому же в таких тяжелых случаях мой отец даже тайком доплачивал из своего кармана.

— Что ж, твой отец — поистине великий благотворитель, — оценил Нин Цзици.

— И то верно, батя очень любит заниматься благотворительностью, у него в комнате даже полно поздравительных знамен висит.

— Раз так, отчего же та девушка погибла?

При упоминании об этом надменное выражение лица Ван Ци мгновенно скисло.

— Эх, всему виной ее дед. Как раз стоял сезон паводков, а те земли нашей деревни примыкали к реке, так что вода могла хлынуть в любой момент. В тот день как раз подписывали договор об изъятии, и ее дед решил, будто мой отец собрался силой отбирать землю, так что он в одиночку, опираясь на костыль, поковылял на поля, а как раз в тот день началась наводнение...

Взгляд Ван Ци потускнел, и он продолжил: — У деда была больная нога, убежать он никак не мог... и утонул.

— Внучка бросилась следом, пытаясь спасти деда, и тоже утонула.

После того как Ван Ци умолк, атмосфера во всей комнате вмиг стала невероятно давящей. Каждый, выслушав эту историю, почувствовал тяжесть на сердце.

Нин Цзици видел лишь ту стоячую воду да слышал женские крики о помощи — чтобы восстановить столь целостную картину, всё-таки требовалось вытянуть рассказ из самого участника событий.

— Как давно у тебя начались эти симптомы?

Ван Ци ответил: — Вообще-то кое-какие признаки стали проявляться едва мы переехали сюда, но тогда я думал, мол, только что покинул родные края, организм просто не привык к новой воде и пище, так что не придавал значения. Позже с каждым годом становилось всё хуже: сперва казалось, что здесь просто жутковато, потом начались головные боли, а со временем появилось ощущение, будто кто-то постоянно следит за мной из темноты.

— И вот в один из вечеров в прошлом месяце я увидел в нашем Лотосовом пруду женщину с длинными волосами — она расчесывала волосы прямо в воде!

— С той самой поры я решил, что сошел с ума.

На этих словах он снова не удержался и горько заплакал.

http://bllate.org/book/28538/3449847