Готовый перевод Choose Me For First Love I'm Super Sweet / Первая любовь: выбери меня, я такой сладкий: Глава 11

— Ты ещё посмеешь? А? Ещё посмеешь? — Лоу Чэн придавил его к себе. Сначала он хотел проучить его, вызвать у него отвращение, но когда Дин Сюэжунь остался совершенно неподвижным, он тоже замер. Сразу после этого Лоу Чэн отчётливо почувствовал, как горячее дыхание Сяо Дина овевает его кожу.

Лоу Чэну вдруг стало невыносимо щекотно, и на мгновение в его голове словно проскочила искра электрического тока.

Он на миг опешил, но Дин Сюэжунь опомнился первым и, с пылающим от смущения лицом, выпростал руки из-под его одежды: — Лоу Чэн, ты...

Кожа у Дин Сюэжуня была невероятно белой, с холодным фарфоровым отливом, и Лоу Чэн ещё никогда не видел, чтобы тот краснел. В его сердце шевельнулось странное чувство, а следом он громко расхохотался, высоко задрав брови: — Сяо Дин? С чего это ты вдруг покраснел?

Кончик носа Дин Сюэжуня всё ещё улавливал тот самый запах, смешавшийся с прохладным воздухом после зимнего солнцестояния, и тончайшими нитями проникал в его носовые проходы.

Клёны у школы сбросили листву, прозвенел звонок с уроков. Их звонком была мелодия на саксофоне от Келли Кинг — плавная и нежная.

Лоу Чэн расслышал, что Дин Сюэжунь что-то сказал, но не разобрал слов. Он слегка подался вперёд: — Что ты сказал?

— Я сказал... — Дин Сюэжунь, казалось, ощущал, как этот обжигающий жар разливается по всем его конечностям. У него дрожали руки. — От тебя разит как от бабника.

— ...

Лоу Чэн впервые слышал от Дин Сюэжуня столь нецензурные слова, да ещё и с изрядным налётом наглости. Лоу Чэн простоял в полном оцепенении добрых несколько секунд: — Это от тебя разит, ты... Ты, блядь, надышал мне прямо в грудь!

— И что с того?

— ...Да ничего. — Лоу Чэн даже забыл потребовать у него школьную форму обратно. — Я домой, пока.

Дин Сюэжунь прижал его школьную форму к груди, вернулся в общежитие и положил её на свой стол. Спустя какое-то время он вывесил сине-белую форму сушиться на самое солнцеецепное место на балконе.

Форма пробыла у него на коленях целый урок и всё ещё хранила запах Лоу Чэня, но вовсе не запах пота.

Дин Сюэжунь тихонько вздохнул.

Днём шли два урока английского подряд, и учительница английского вдобавок нагло отжала под свой предмет один урок самоподготовки. Ещё до начала занятия она велела старосте раздать всем по комплекту пробных вариантов.

Хотя они учились только во втором классе старшей школы, темп в их классе был чрезвычайно быстрым, а учитывая специфику такого предмета, как английский, они решали реальные экзаменационные варианты прошлых лет для поступления в университет.

Учительница английского объявила: — Как и на любых других экзаменах, никаких разговоров, никаких телефонов. Книги со столов убрать, решаем молча. Сдадим сегодня после уроков.

Из-за предстоящего экзамена Лоу Чэн просто-напросто испарился. Учительница английского пристально глянула на пустующее место в классе и покачала головой.

Лоу Чэн не ходил на вечерние занятия, и все учителя знали, что он отправился на курсы по подготовке к TOEFL.

Но с уровнем английского самого Лоу Чэна — какие к чёрту курсы TOEFL.

Дин Сюэжунь решал задания очень быстро, к тому же этот выданный учительницей вариант он уже видел раньше — он покупал сборник с прошлыми экзаменационными темами.

Учительница выделила на работу три урока, но он справился ещё до того, как закончился второй урок. Перепроверив ответы, он принялся за другие дела.

Телефон тихонько завибрировал.

Дин Сюэжунь не обратил внимания, но следом аппарат завибрировал ещё несколько раз.

Сообразив, что это вряд ли рассылка от сотового оператора, он достал телефон и бросил на него взгляд.

И правда, от Лоу Чэня.

Сяо Дин, я забыл отдать тебе карточку для столовой.

Но я уже уехал из школы.

Отдам вечером, жди моего звонка, я позвоню.

Дин Сюэжунь посмотрел на его сообщения, собираясь ответить, что из-за какой-то булочки не стоило беспокоиться, на его карте есть деньги, но... Напечатав несколько слов, он стёр их и в итоге отправил другое сообщение: — Почему тебе обязательно нужно съесть булочку именно завтра?

— Хочу и всё, у тебя есть возражения?

Этот его мальчишеский тон заставил Дин Сюэжуня растерянно гадать, что же ответить. Экран телефона светился; опустив голову, он задумался и решил, что Лоу Чэн, возможно... хочет не столько булочку, сколько именно ту булочку, которую купит он.

— Хорошо, я жду твоего звонка, — ответил он.

Все вокруг тихонько решали тесты, и действия Дин Сюэжуня со смартфоном выглядели довольно заметно. Староста класса Чэнь Чжибан направился в конец класса набрать воды и вдруг заметил яркий свет на его парте.

Проходя мимо Дин Сюэжуня, он даже не удостоился никакой реакции.

Чэнь Чжибан презрительно покосился на него, поднялся на возвышение к учительскому столу и, наклонившись к учительнице английского, бросил: — Мисс Ди, кажется, кто-то списывает.

Учительница английского, занятая созданием презентации, сразу подняла голову: — Кто?

Чэнь Чжибан ответил: — Сосед Лоу Чэня, Дин Сюэжунь. Я видел, как он сидит в телефоне...

Учительница бросила взгляд в ту сторону и действительно обнаружила неладное. Нахмурившись, она сошла с подиума.

Заметив, что преподаватель направляется к нему, Дин Сюэжунь заблокировал экран телефона и прикрыл его тетрадью с заданием.

Учительница английского подошла к его парте, остановилась и постучала по дереву. Дин Сюэжунь не шелохнулся, молча сжимая в пальцах ручку.

— Ты пользовался телефоном? — её голос звучал строго.

Дин Сюэжунь знал, что она наверняка всё видела и что лгать бесполезно. Держась совершенно спокойно, он тихо ответил: — Да, пользовался.

Хотя мисс Ди и Дин Сюэжунь говорили тихо, в классе стояла такая тишина, что было бы слышно падение иголки, и этот инцидент сразу привлёк внимание всех учеников.

— Что там происходит?

— Не знаю... Вроде бы... он попался на списывании?

— И правда, кажется, да? Мисс Ди забрала у Дин Сюэжуня телефон... — В их школе уже ловили учеников на жульничестве, но в таком классе, как четвёртый, отличники гнушались списывать — они честно и упорно учились. Поэтому, когда подобное случилось впервые, отношение к этому странному новичку мгновенно изменилось.

Дин Сюэжунь выключил телефон и отдал его, а затем сдал и свой бланк с заданиями, чётко и чеканно поясняя каждое слово: — Я уже решил тест. Я пользовался телефоном не для того, чтобы искать ответы, и я не списывал. Я просто закончил работу и достал телефон поиграть.

— Прошло чуть больше часа. — Учительница английского отнеслась к его словам с недоверием. Мало того что попался на жульничестве, так ещё и врёт! Возненавидев подобных учеников всей душой, она повысила голос: — Говоришь, закончил? Сам всё написал?

Дин Сюэжунь спокойно кивнул, ничуть не испугавшись её взгляда, и каждое его слово прозвучало твёрдо: — Я не списывал.

— Телефон я забираю. — Она прихватила бланк с ответами Дин Сюэжуня. — Придёшь заберёшь после окончания семестра.

Закончив говорить, она развернулась и вернулась к учительскому столу. Затем, взяв со стола другой бланк, она снова спустилась в класс, швырнула бумагу на парту Дин Сюэжуня и строго приказала: — Час. Пиши у меня на глазах.

Дин Сюэжунь с улыбкой опустил голову. Сняв колпачок с перьевой ручки, он вывел на бланке своё имя. Его полууставной почерк был настолько безупречен, будто отпечатан в прописях.

Одноклассники зашептались: — Что такое? Мисс Ди что, дала ему другой вариант, не такой, как у нас?

— Он что, реально списывал?

— А я-то думал, он умник. Учительница спрашивает на уроке — на всё ответить может.

— Говорит, что всё решил и не списывал. Да как такое возможно? Я только до задания с текстом дошёл.

Староста бросил: — Ложь не может длиться вечно. Подождите, сейчас вся его личина спадет.

— Выходит, он всё это время притворялся отличником?

Одноклассники испытывали крайнее презрение к тем, кто жульничает.

Дин Сюэжуню было совершенно некогда прислушиваться к чужим оценкам. Этот вариант, по воле случая, он тоже уже прорешивал раньше, так что слова текли из-под его пера словно по наитию свыше.

На возвышении учительница английского время от времени бросала взгляды на Дин Сюэжуня, замечая, что тот пишет непрерывно и не совершает никаких лишних движений.

Она мельком проверила первый выданный Дин Сюэжуню вариант и обнаружила, что процент правильных ответов невероятно высок.

Многие могли сдать английский на высший балл, и она не сказать чтобы не доверяла ученикам, но использование телефона во время экзамена, независимо от того, искали ли там ответы, приравнивалось к читерству.

Прошлого Дин Сюэжуня она не знала: этот ученик на уроках то вёл себя сосредоточенно, то витал в облаках, да и когда он только перевёлся, все учителя видели его побитую физиономию — всем своим видом он не походил на пай-мальчика.

Спустя какое-то время она сошла с подиума и прошлась по рядам. Проходя за спиной у Дин Сюэжуня, она намеренно задержалась на целых две минуты.

И эта заминка произвела на неё сильное впечатление.

Дин Сюэжунь как раз заполнял пропуски в тексте. Скорость его чтения поражала воображение: он молниеносно выбирал правильные слова, ни секунды не колеблясь, а каждое движение пера было исполнено уверенности.

Учительница английского невольно удивилась, подумав, что, возможно, Дин Сюэжунь действительно не пользовался поиском, а просто из-за бешеной скорости решения заданий закончил всё раньше времени и от скуки полез в телефон.

Молча обогнув его парту, она дождалась конца урока. Поднявшись на ноги, она объявила: — Кто не дописал — отложили ручки, сдаём работы.

Дин Сюэжунь вывел последнее слово в эссе, завершив его изящным росчерком буквы S прямо на блокноте, подложенном под листок.

Он сдал работу. Учительница английского бегло просмотрела её, а после окликнула: — Дин Сюэжунь, учитель была неправа насчёт тебя. Но телефон я тебе не верну — придёшь заберёшь после финальных экзаменов, я сохраню его в целости.

— Спасибо, мисс Ди, пользоваться телефоном на экзамене с моей стороны было ошибкой.

Дин Сюэжунь сам признал свою вину, избавив учительницу от неловкости.

О чём именно говорили учитель и ученик, никто не знал, но в глазах остальных ребят это явно не предвещало ничего хорошего.

Чэнь Чжибан громко во всеуслышание издевался над ним в классе: — Учиться не умеешь — ладно, раз не шаришь, сидел бы тихо. Но мало того что списал, так ещё и не признаётся — и что это за поведение? Натворил дел, а ответить не смеет...

Дин Сюэжунь молча прошёл мимо него.

Теперь перед ним встала другая проблема: телефон конфискован, решать задания через приложения теперь не получится, а его стримы придётся временно прекратить.

Сегодня Лоу Чэн говорил, что позвонит ему вечером и принесёт карточку в столовую.

Судя по характеру Лоу Чэня, если дозвониться не удастся, завтра он встретит его мрачнее тучи.

В девять часов вечера, после окончания вечерних занятий, Дин Сюэжунь собрал рюкзак и вышел из школы.

Магазинчики напротив школы в это время кипели жизнью: аккуратные ряды ярко освещённых витрин привлекали множество учеников-дневников, зашедших перекусить перед сном.

Влившись в толкучку людей, Дин Сюэжунь вышел за ворота и повернул направо.

Справа находился жилой комплекс с очень приятной на вид территорией. Судя по всему, за стенами скрывались сплошные коттеджи. Строить виллы прямо у стен школы — такое покупали разве что родители учеников, ведь вокруг вечно стоял невообразимый шум.

Дин Сюэжунь подошёл прямо к будке охраны у ворот жилого комплекса и вежливо обратился: — Здравствуйте, я принёс товарищу вещь, но забыл телефон.

На нём была форма Шестой средней школы, на носу сидели очки, а сам он выглядел интеллигентно и примерно — вылитый прилежный ученик.

— Мой товарищ ездит на мотоцикле, кажется, сапфирово-синего цвета. Он уже вернулся домой?

Стоило ему упомянуть мотоцикл, как охранник сразу вспомнил: — А, ты про него. Он вечно возвращается поздно, но заходил ли он сегодня — я не знаю. Малец, а номер его дома ты помнишь? Может, сходишь постучишь, спросишь?

Дин Сюэжунь номер дома не знал. Он уже заглядывал в канцелярию в регистрационный журнал, и адрес Лоу Чэня вовсе не принадлежал этому соседнему комплексу.

На самом деле, если бы он захотел, узнать номер телефона Лоу Чэня не составило бы труда, но он не стал расспрашивать никого из посторонних.

Дин Сюэжунь кивнул охраннику: — Тогда я немного подожду его здесь, спасибо вам.

Он остался стоять под порывами промозглого ночного ветра, и его тонкая школьная форма надувалась от сквозняка, подчёркивая хрупкую фигуру.

После первых заморозков погода начала постепенно холодать, а после зимнего солнцестояния температура и вовсе рухнула вниз. Дин Сюэжунь, привыкший проводить дни в тепле классов, никак не ожидал, что на улице может быть так люто холодно. Он невольно застегнул молнию куртки до самого верха и постучал ногами о землю.

Охранник, видя, как тот продрог, сжалился: — Малец, не хочешь зайти подождать внутрь? Там хоть теплее, а на улице совсем стужа.

Дин Сюэжунь отказался. Он отошёл к росшему рядом раскидистому дереву: отсюда просматривались и школьные ворота, и въезд в жилой комплекс.

Он стоял и ждал. Руки онемели от холода, вскоре ноги тоже перестали слушаться, и всё его тело превратилось в ледяной ком.

Но к счастью, Лоу Чэн вернулся до одиннадцати вечера. Дин Сюэжунь издалека услышал приятный рокот мотоциклетного мотора. Лоу Чэн вёл байк, одновременно разговаривая по телефону и щедро пересыпая речь отборным матом: — Да ты чё трубку сбрасываешь, мать твою.

— Ты чё, сука, мой вызов скинул?

— Твою мать, неужто в ЧС кинул?

— И в Вичате трубу не берёшь...

Мотоцикл Лоу Чэня на мгновение замер у школьных ворот. Вспыхнул яркий свет фар, он опустил длинную ногу на асфальт, снял шлем и сделал ещё одну попытку дозвониться. Заметив, что школа погрузилась во тьму, Лоу Чэн с досадой сдался и принялся бормотать себе под нос: — Ну погоди у меня, отец родной, если завтра же с тобой не разберусь, то не буду носить твою фамилию!

Едва он договорил, как боковым зрение заметил фигуру под тем деревом у жилого комплекса.

Приглядевшись, он узнал слепяще-белую кожу и тощую, почти призрачную фигуру старшеклассника в бесформенной школьной форме. Кто это был, если не Дин Сюэжунь?

Лоу Чэн снова натянул шлем и, спрятавшись под защитным стеклом в душной темноте шлема, мысленно проговорил: — Всё, что я только что сказал — не считается, я ни за что не возьму его фамилию!

Дин Сюэжунь прислонился спиной к стволу дерева, засунув руки в карманы куртки. Широкий воротник скрывал половину его лица, а на щеках не осталось ни кровинки.

Только когда Лоу Чэн на медленном ходу подрулил прямо к нему, Дин Сюэжунь тихо позвал: — Лоу Чэн.

Лоу Чэн стянул шлем, тряхнув взъерошенными чёрными волосами, и бросил небрежным тоном: — Значит, на мои звонки не отвечаем. Ну ты даёшь.

— Мой телефон забрали, — Дин Сюэжунь тихо посмотрел на него и зябко ёжнулся от холода. — Ещё днём, когда ты мне написал, она его увидела.

Лоу Чэн сперва замер, ошеломлённый услышанным. Всмотревшись в Дин Сюэжуня, он заметил пугающие мелодии — тот казался насквозь промёрзшим.

— ...Сколько ты здесь прождал? — Его мотоцикл издавал низкое, ровное урчание на холостом ходу — знатоки техники душу готовы были отдать за этот звук, полный денежного престижа.

Дин Сюэжунь ответил: — Недолго, как уроки кончились, так и вышел.

— Ты что, додуматься не мог сходить одолжить телефон и позвонить мне? Да нет телефона — и плевать на меня, я бы в любом случае не дозвонился и уехал домой.

— Забыл. Я боялся, что ты не сможешь дозвониться, поэтому вышел подождать тебя, — Дин Сюэжунь обхватил себя руками, невольно дрожа от холода. — Не дождался бы — ушёл.

Лоу Чэн впервые в жизни встречал человека с таким складом характера. Старшеклассники обычно просты и понятны, но его сосед по парте был совсем другим — от него у Лоу Чэня оставалось какое-то сложное ощущение.

К тому же он оказался до безумия верен своему слову в таких мелочах.

Глядя на то, до какой степени тот закоченел — даже кончик носа покраснел, — Лоу Чэн почувствовал странную, необъяснимую волну укола совести: — Ну и нахрена было торчать у будки охраны?

С ветки сорвался и полетел вниз лист. У Дина Сюэжуня даже ресницы казались заиндевевшими; он вдруг моргнул, поднял глаза на Лоу Чэня, и застывший в них лед словно растаял. Дин Сюэжунь тихо произнёс: — ...Я забыл.

— ...Ну чисто тупица из отстающих, умом не вышел! — Лоу Чэн заглушил мотор и дерзко вздернул подбородок: — Погнали, старший брат угостит тебя тушёной бараниной.

http://bllate.org/book/28497/3445355