Готовый перевод My Daoist Temple Went Bankrupt, But My Mysticism Blew Up / Даосский храм в руинах: как я стал звездой метафизики: Глава 3

— Сейчас я тоже в замешательстве. Маршрут подходящий, еда вкусная, да и в придачу к этому такой привлекательный человек из народа... Если бы не интерьер и не то, что о месте мало кто знает...

— Интерьер можно изменить, мы сами выделим на это средства! Ты только подумай: этот владелец так искусно разбирается в метафизике, это же бесплатный приток популярности, который сам идет в руки!

Ли Биньюй, услышав это, задумался на несколько секунд и произнес:

— Ну что ж, посмотрим, прав ли он будет завтра. Если у него действительно есть такие способности, думаю, всем это будет очень интересно.

Цзян Юй даже не подозревал, какая невероятная удача свалилась на его гостевой дом. Когда он приехал с ними в компанию, его сердце все еще было переполнено потрясением.

Владеть зданием в самом центре города — о таком богатстве он даже мечтать не смел.

На самом деле в его окружении тоже были очень богатые даосы, ведь люди, занимающиеся этим ремеслом, часто сталкиваются с состоятельными клиентами. Но наставник с самого детства учил его, что в каждом деле есть свои правила, и если запрашивать заоблачные суммы, это непременно приведет к возмездию.

Обойдя здание, Цзян Юй уже примерно понимал, в чем дело.

— На том этаже, где вы находитесь, с южной стороны, должно быть какое-то растение? Думаю, стоит поискать в почве.

Ли Биньюй после этих слов окончательно поверил ему. Иначе как можно было настолько точно определить их внутреннюю планировку? Тем более, что это было именно денежное дерево.

— Это, это, это… здесь действительно что-то есть!

Они позвали уборщиков, которые обычно ухаживали за растениями, и те перерыли всю землю. В самом низу они вытащили завернутый в водонепроницаемую пленку талисман, нарисованный на желтой бумаге кровью.

Другие сотрудники группы, пришедшие поглазеть, были напуганы до смерти. Страх сменился крайним отвращением.

— Да уж, кто знает, сколько времени эта дрянь тут пролежала. Вот же твари, решили играть грязно, никакой морали.

— Ха-ха, ты занижаешь их моральные принципы, а оказывается, даже до их низшей точки не дотягиваешь. Поистине открыли мне глаза.

Цзян Юй попросил принести зажигалку. Пламя, которое никак не разгоралось в руках других, легко поглотило талисман, оставив лишь горстку пепла.

В тот же миг, как талисман вспыхнул, температура в комнате словно поднялась на несколько градусов, воздух снова стал свежим. Люди, находившиеся здесь, только теперь внезапно осознали, какие огромные изменения незаметно происходили в их рабочей среде.

Самое странное, что никто из них этого не замечал.

Увидев, что все пришло в норму, Цзян Юй с элегантностью извлек свой QR-код для оплаты.

— Оплату остатка принимаю как наличными, так и переводом!

***

В одном из боковых залов Царства Мертвых человек, сидевший в кресле, склонился над бумагами и даже не поднял головы. В ярком контрасте с ним рядом без дела парил антигравитационный призрак.

— Слышь, Сюй Хуайчжоу, сколько еще ты собираешься поддерживать свою личность актера в мире живых? Ты уже снялся в стольких фильмах в жанрах ужасов, саспенса и фэнтези, неужели тебе не надоело? По твоей привычке, ты должен был умереть в двадцать с лишним лет и вернуться сюда на отдых, а там уже смотреть по обстоятельствам. Что, подсел на актерство?

Мужчина, которого звали Сюй Хуайчжоу, невозмутимо взглянул на бездельничающего коллегу и ответил спокойным тоном:

— Возвращение сюда не назовешь отдыхом. По правде говоря, оставаться там куда спокойнее. Просто в последнее время и в мире живых, и в загробном неспокойно. Вроде бы какое-то время все было тихо, а теперь повсюду происходят неприятности. Те старые даосы в мире живых либо косны и бездарны, либо слишком высокомерны, рук уже не хватает.

Закончив, он прекратил писать, поднялся и посмотрел за пределы зала, где мерцали призрачные огни и повсюду виялась черная ци, а в ушах стоял вой несправедливо погибших свирепых призраков. Сюй Хуайчжоу нахмурился, явно недовольный таким белым шумом, и плотно закрыл окно.

— У Юэ Сина разрушили технику Пяти призраков, приносящих богатство. Источник магии не похож на тех даосов, что встречались раньше. Похоже, появился кто-то интересный, можно вернуться и посмотреть. Что касается смены личины — в любом случае сначала закончу все дела, иначе кому-то другому придется выполнять мою работу.

Услышав это, его собеседник, который и так чувствовал себя неловко, начал постепенно становиться прозрачнее. Он закричал, что ветер слишком силен и ничего не слышно, и с хлопком исчез в воздухе, уронив ручку, которую держал для вида, так что она разломилась пополам.

…Все такой же безответственный.

***

— Эй, логистика! Быстрее, быстрее, в последний раз проверяем декорации, скоро начинаем съемки!

Цзян Юй, которого притащили во временную гримерку поправить макияж, с безнадежным видом улыбнулся. Он никак не мог понять, как события приняли такой оборот.

Всего несколько дней назад, когда он снял злые чары и собирался забрать деньги, люди из съемочной группы преградили ему путь с умоляющим видом:

— Мы сейчас готовим шоу, нам нужно собрать всех гостей вместе и снимать в красивом, живописном месте. Поэтому мы надеемся, что Гостевой дом Цинъян согласится на сотрудничество и станет основным местом съемок.

Видя, что Цзян Юй приподнял бровь, собираясь отказаться, собеседник поспешно добавил:

— Наша программа очень популярна, мы не только прорекламируем гостевой дом и поднимем местный туризм, но и возьмем на себя расходы на ремонт интерьера. И мы заплатим вам два миллиона за два месяца.

Время остановилось на секунду, и Цзян Юй, как будто у него никогда не было мыслей об отказе, мгновенно ответил:

— Конечно, это возможно. Дело не в деньгах, это ведь благое дело — развивать индустрию и приносить пользу людям.

В тот момент человек не спешил подписывать контракт, а выдвинул другое требование:

— Когда программа выйдет в эфир, вам нужно будет появиться в ней как постоянному участнику и быть в кадре. Мы, конечно, увидели ваши способности, и съемочная группа не будет вмешиваться в ваши действия. Но поскольку вы еще не известны, в программе вы неизбежно станете фоном или тем, кто оттеняет артистов. Надеюсь, вы к этому готовы. Если согласитесь, мы сразу добавим еще миллион.

Так Цзян Юй волею судьбы стал гостем популярного шоу. Почему бы и не попробовать что-то новое в жизни?

Как раз когда он закончил дела и собрался прогуляться по окрестностям, чтобы подышать свежим воздухом, за спиной раздался мужской голос:

— Уважаемый учитель, я Ян Мо. Как вас зовут?

Обернувшись, он увидел миловидного парня с невинным лицом и идеально выверенной улыбкой.

— Прошу прощения, я думал, что пересмотрел уже достаточно новостей шоу-бизнеса, но не ожидал, что они найдут учителя, которого я не знаю.

На первый взгляд это звучало как самобичевание, но на самом деле скрывало долю язвительности. Увидев, что Цзян Юй молчит, тот продолжил:

— И правда, если выбрать правильный путь, даже воробей может взлететь на дерево утун. Тоже неплохо, выбор важнее усилий.

Злоба была настолько очевидной, что даже дурак понял бы это. Вероятно, оппонент решил, что раз Цзян Юй — человек непубличный, он не осмелится ответить в лицо, поэтому даже не пытался притворяться.

Но, простите, артист вы или пациент психиатрической клиники — сделать так, чтобы Цзян Юй проглотил обиду, невозможно. Тем более, что этот братец сам выглядит как человек, полный пороков.

— Друг, раз ты похвалил меня за умение делать выбор, послушай моего совета: расстанься с тем, с кем сейчас. Впрочем, нельзя сказать расстанься, ведь разве можно называть отношениями то, что тебя содержат? — небрежно сказал Цзян Юй тоном, будто обсуждал цену на капусту на рынке, с приятной улыбкой в уголках глаз.

Не дожидаясь ответа, он добавил:

— Зло, причиненное другим, всегда возвращается бумерангом. Тебе должно быть лучше меня известно, что за чрезмерное использование темной магии ждешь расплата. Поэтому скажи своему старому любовнику, чтобы больше следил за здоровьем. Человеку под пятьдесят, в самый расцвет сил, не стоит умирать дома, не успев даже оставить завещание.

После этих слов Ян Мо лишился дара речи. Он долго мычал, но не смог выговорить ни слова. Его взгляд из презрительного постепенно превратился в испуганный. Ведь он присосался к этому спонсору именно из-за его влияния. Любого конкурента, который ему не нравился, или получение нужных ресурсов — все это можно было решить. В индустрии об этом почти никто не знал, кроме его помощника и пары близких людей. Кто же этот человек на самом деле?

— Ой, оба учителя здесь! Скорее, скоро начинаем съемки!

Голос сотрудника прервал их диалог. Цзян Юй с улыбкой помахал рукой на прощание и, повернувшись, направился перед объективами камер спокойно бездельничать. Он выглядел как скромный человек, который не хочет привлекать внимания, и ни следа былой резкости не осталось.

Ян Мо стиснул зубы, достал телефон и, сказав что-то на ту сторону, восстановил свое привычное выражение лица. Когда-то он был третьесортным актером и натерпелся немало бед. С того момента, как он нашел нынешнего спонсора, Ян Мо поклялся: все, что он хочет получить, должно быть принесено ему на блюдечке.

Может, у этого Цзян Юя и есть какие-то способности, но что с того? В конце концов, он просто обычный владелец гостевого дома, а деньги на ремонт дала съемочная группа — он-то знает. Неважно, действительно ли он какой-то скрытый талант или его просто усиленно продвигают сверху, пусть это шоу станет для него «звездным часом».

Как только шоу вышло в эфир, его тут же заполнили ожидавшие зрители, а экран — потоки комментариев. Когда упоминали имена других, фанаты тут же начинали рекламировать своих кумиров, а в худшем случае — начиналась перепалка фанатов и хейтеров.

[Бред, они так нагло пропихивают «своего», съемочная группа совсем страх потеряла?]

[Тоже мне, владелец гостевого дома из народа! При такой-то внешности скажете, что его не выбирали специально? Считают зрителей за идиотов, что ли?]

[Сил нет, он там опять бездельничает, о чем он вообще думает! Дайте инструкцию, как уйти из индустрии.]

Глядя на бегущую строку с проклятиями, Цзян Юй на этот раз проявил избирательную слепоту и перевел взгляд в сторону. Злиться хотя бы секунду — значит проявить неуважение к трем миллионам и оплаченному ремонту.

http://bllate.org/book/28410/3433344