Готовый перевод No More Raising Sims / Больше никаких игр в отца: выживание в теле злодея: Глава 6

Он велел дяде Чжоу отвести его, чтобы вымыть тело и переодеться, однако дядя Чжоу даже не смог к нему прикоснуться: мальчик оттолкнул его изо всех сил. Всё его маленькое тело излучало сопротивление и отторжение, а на лице застыло свирепое выражение.

Вся его поза так и кричала: подойдёшь — разорву!

Дядя Чжоу беспомощно посмотрел на Шэнь Сюйбая.

Но на этот раз не помогало даже если сам Шэнь Сюйбай пытался его поймать: мелкий паршивец улептывал с невероятной скоростью. Разъяренный Шэнь Сюйбай снова достал верёвку:

— Вяжите его!

Приложив невероятные усилия, они наконец поймали и связали Гу Сэ. Во время этой суматохи мальчик даже случайно пнул Шэнь Сюйбая по руке, да так больно, что тот невольно шикнул.

Когда Гу Сэ усадили в ванную и привязали, выражение его лица было крайне свирепым. Но в конце концов он был всего лишь ребёнком, и какими бы ни были его пухлые щёчки, напугать Шэнь Сюйбая они никак не могли.

Шэнь Сюйбай смотрел на него сверху вниз и размышлял: неужели Гу Сэ боится его? Или боится того, что он станет мыть его, обнажив его тело, или чего-то ещё?

Шэнь Сюйбай повернулся к остальным:

— Я сам его помою, выходите.

Гу Сэ испуганно задрожал и выдавил:

— Я сам.

Он ни в коем случае не мог позволить другим увидеть его.

Прошлой ночью его продержали в чулане до самого утра, поэтому он весь испачкался. Это место было таким маленьким и разваливающимся, что в нём не было ни ванной, ни туалета. Проснувшись среди ночи, он звал на помощь, но никто не откликнулся, и в конце концов он не смог сдержаться, немного испачкав штаны.

Если молодой господин узнает об этом… Самолюбие Гу Сэ вырвалось наружу, неподвластное никакому контролю.

— Ладно. — Шэнь Сюйбай согласился слишком быстро, в его голосе даже послышалось некоторое ободрение: — Так лучше. Если у тебя есть ко мне требования, озвучивай их словами, а не отмахивайся от моей помощи языком тела.

Он расстегнул манжеты и закатал рукава, обнажая красные следы на белых запястьях.

Гу Сэ мгновенно затих. Глядя на ранки на запястьях молодого человека, он крепко сжал губы.

— С сегодняшнего дня я буду заботиться о тебе, — голос Шэнь Сюйбая звучал спокойно. — Ты больше не никому не нужный ребёнок семьи Гу, ты — мой наследник. Если чего-то хочешь, можешь прямо об этом сказать, а не действовать подобными методами.

— Запомни: я единственный, кто будет относиться к тебе хорошо без всяких условий, — мягко наставлял Шэнь Сюйбай. — Можешь пока не верить мне, но время всё расставит по местам. Поэтому запомни одно: здесь нельзя нарушать мои правила, делай так, как я говорю.

— Если ты сможешь вымыться самостоятельно и при этом не намочить свои раны, я согласен.

Тон Шэнь Сюйбая стал ещё мягче, в нём проскользнула нежность:

— Справишься, малыш Гу Сэ?

Гу Сэ сильнее сжал в кулаке пеньковую верёвку, ещё раз глубоко посмотрел на красные следы на чужих запястьях и медленно кивнул.

Шэнь Сюйбай довольно улыбнулся:

— Больше чтобы этого не повторялось.

Выйдя наружу, молодой человек бросил взгляд на подглядывавшего у двери Цинь Сюня, развернулся и повёл его в другую комнату.

Внутри оказалось зеркало с двусторонним обзором.

Цинь Сюнь посмотрел на отражение Гу Сэ, который старательно тёр одежду, а затем перевёл взгляд на Шэнь Сюйбая.

—…

Ужасный родитель.

Цинь Сюнь слишком хорошо знал своего друга детства и по совместительству инвестора-демона: всё, что входило в его планы, было безупречно, а ко всему остальному он относился крайне лениво.

Похоже, у этого благородного молодого господина появился новый план.

К тому времени уже совсем стемнело. Шэнь Сюйбай выпил чашку кофе, пока Гу Сэ приводил себя в порядок и переодевался в чистую одежду.

Помощница подала на стол еду. Шэнь Сюйбай накладывал в пиалу суп для Гу Сэ и одновременно методично отдавал распоряжения:

— Наймите для виллы ещё одного диетолога. Требования: балл по IELTS не ниже восьми, либо диплом переводчика английского языка высшей категории, знание нескольких языков, профильное образование не ниже бакалавриата, женщина. Будет присматривать за бытом маленького господина и составлять для него лечебно-питательное меню. Требуется опыт работы от двух лет, лучше всего — недавняя выпускница.

—? — Дядя Чжоу засомневался: — Сэр, едва ли у недавней выпускницы найдётся двухлетний опыт работы.

Шэнь Сюйбай сделал жест рукой:

— Я же говорю: желательно. Если у неё хороший характер, можно рассмотреть кандидатуру. Зарплату установите в сто тысяч в месяц.

Дядя Чжоу на мгновение замолчал, а затем с трудом выдавил:

— Вам не кажется, что это… многовато?

— Я не хочу, чтобы подобные сегодняшнему инциденты повторялись, — Шэнь Сюйбай вытер руки. — Разумеется, при такой зарплате новоиспечённая выпускница с высоким уровнем образования будет идеально выполнять свои обязанности, иначе она просто не оправдает этих денег.

— О, разумеется, — с улыбкой добавил Шэнь Сюйбай. — Если маленькому господину она не понравится, мы найдём кого-то получше.

От услышанного у стоявших вокруг слуг загорелись глаза.

Дядя Чжоу тяжело вздохнул: господин Шэнь просто круглые сутки источает ауру капиталиста.

Ничего не поделаешь: если бы господин не тратил деньги, оставленные барышней, это было бы простым транжирством. В душе дядя Чжоу даже начал жалеть собственного хозяина.

Ему ведь нужно было не столько много денег, сколько много любви.

Будем надеяться, что этот малыш сможет удовлетворить отцовские чувства Шэнь Сюйбая.

Шэнь Сюйбай остался весьма доволен реакцией окружающих. Повернувшись к Гу Сэ, он произнёс:

— Ешь.

Гу Сэ какое-то время смотрел на него без движения. Казалось, услышав фразу о ста тысячах в месяц, он почувствовал себя из рук вон плохо.

Но он крепко сжал губы, понимая, что сейчас находится в незнакомом месте и должен слушаться этого дядю. К тому же он был мал и действительно проголодался, так что даже его настороженность отступила перед видом и ароматом расставленных перед ним блюд, заставивших во рту выделиться слюне.

Сначала он ел рис маленькими ложками, но вскоре задвигался всё быстрее. Он ел торопливо, почти не пережёвывая — Шэнь Сюйбай даже испугался, как бы тот не подавился.

Складывалось ощущение, будто ребёнок несколько дней не ел досыта.

Впрочем, по телосложению Гу Сэ было очевидно, что в семье Гу его толком не кормили.

Хотя Гу Сэ ел быстро и спешно, он не пачкался и не выглядел неопрятным — наоборот, дно его пиалы осталось совершенно чистым, да и уголки рта не испачкались.

Каких-то особых предпочтений в еде у него, похоже, не было: поскольку Шэнь Сюйбай уже поужинал, он попросил помощницу приготовить всего три блюда и суп, и Гу Сэ подчистую смёл их все.

В хорошем настроении Шэнь Сюйбай подпёр подбородок рукой: малыш, который ест всё подряд — это прекрасно.

Лишь после того, как трапеза закончилась, Гу Сэ снова напрягся. Он и так сидел от Шэнь Сюйбая на расстоянии вытянутой руки, а теперь его лицо стало совершенно безэмоциональным. Он больше не выглядел столь агрессивным, но подходить по-прежнему не желал.

Шэнь Сюйбай подогрел ему стакан молока:

— Ты ещё мал, сейчас как раз растёшь. Выпей молока и ложись спать.

Гу Сэ не шевельнулся, продолжая упорно смотреть на стакан в чужой руке.

— Гу Сэ, ты забыл, что я тебе говорил? — Шэнь Сюйбай опустил голову, его голос звучал мягко. — Если хочешь вырасти, если хочешь обрести силу и крепкое тело, должен меня слушаться.

Он подвинул стакан ближе к нему:

— Я дам тебе всё, чего ты захочешь.

То ли эти слова затронули какие-то струны в душе ребёнка, то ли его привычка сжимать губы выглядела по-детски трогательно, но в этот момент он казался невероятно милым, хотя и пытался казаться взрослым.

Гу Сэ немного подумал своей маленькой головкой, протянул руки, обхватил стеклянный стакан и поднял взгляд на Шэнь Сюйбая. Зрачки мальчика были мутными, и прочесть по ним какие-либо эмоции не представлялось возможным.

Опустив голову, он залпом выпил молоко.

Шэнь Сюйбай похвалил его:

— Молодец.

Гу Сэ по-прежнему ничего не ответил.

Допив молоко, Шэнь Сюйбай отвёл его наверх. Детская комната ещё не была готова, поэтому пока мальчика поселили в гостевой спальне рядом с хозяйской.

В первый день он не спешил сближаться с Гу Сэ. Знакомый, державший кошек, говорил ему, что в первый день в новом доме животное ещё ничего не понимает, поэтому лучше его не трогать, а когда освоится — начинать налаживать контакт.

Он думал, с людьми всё обстоит точно так же.

— Спокойной ночи.

В хорошем настроении Шэнь Сюйбай выключил свет, плотно притворил дверь и ушёл.

В темноте Гу Сэ долго сидел неподвижно, не сводя глаз с закрытой двери, за которой скрылся мужчина. Мрачная обстановка заставляла его тело напрягаться до предела: темнота одновременно вызывала у него тревогу и дарила чувство безопасности.

Этот день казался Гу Сэ нереальным сном, но стоило ему оказаться в привычной обстановке, как он будто бы вернулся в суровую реальность.

Он ушёл из семьи Гу, но почему-то не чувствовал никакой радости.

Раньше, когда вся семья Гу уезжала в медовый месяц или на отдых, его неизменно сплавляли к родственникам. Те притворялись добрыми, но стоило ему отвернуться, как начинали морщиться от его запаха и высмеивать его происхождение.

Они говорили, что он — никчемная ноша, от которой невозможно избавиться, что у семьи Гу и так есть Гу Цзычэн, так зачем же Гу Чуань завёл этого бастарда? Да ещё и заставлять других нянчиться с ребёнком — они бы с радостью избавились от него как можно скорее.

Гу Сэ знал: этот дядя Шэнь непременно пожалеет. Пожалеет о том, что выбрал его, и рано или поздно от него избавится.

Он никогда не был тем, кого стоит выбирать.

Он не стал ложиться на кровать, а забился в угол, прижавшись спиной к стене и обхватив колени руками.

Через тонкую стену он услышал, как шаги затихли, дверь отворилась и затворилась, заставив его услышать долгий тяжёлый вздох.

До него донёсся шорох сбрасываемой одежды, шум воды из душевой, а спустя какое-то время — тихий, едва различимый гул фена.

И наконец — щелчок выключателя, после которого воцарилась полная тишина.

Словно молодой хищник, учившийся охотиться, он выслеживал свою добычу в темноте.

Его нервы были натянуты до предела, он оставался настороженным и холодным.

Убедившись, что никаких других звуков больше нет, он свернулся калачиком, прижавшись спиной к стене: так он смог бы мгновенно проснуться при малейшем шорохе.

Однако, прождав так довольно долго и не дождавшись никакой мнимой опасности, он, изнурённый до предела, всё же заснул.

*

Следующие несколько дней Шэнь Сюйбай из-за своей мнимой «болезни» не ездил в офис, разбираясь с делами прямо из дома.

Разумеется, в основном он занимался своим новым наследником.

Поскольку он привёз ребёнка домой слишком поспешно, многое ещё не было готово.

Изучив множество руководств в интернете, он так и не смог толком разобраться, с чего начать.

— Сэр! — заботливо напомнил стоявший рядом дядя Чжоу. — Пожалуй, вам стоит приобрести кое-какие вещи первой необходимости — например, повседневную одежду и обувь. Разумеется, всё это нужно подбирать по размеру маленького господина.

Шэнь Сюйбай решил сдаться: воспитывать ребёнка оказалось и впрямь непросто. Он открыл приложение банка и принялся переводить деньги дяде Чжоу:

— Купи ему всё самое лучшее.

http://bllate.org/book/28365/3428976