Готовый перевод Apocalypse Wolf Raising / Волчий оскал апокалипсиса: Мой верный зверь: Глава 8

Глава седьмая. Ливень и землетрясение.

Там, где проползли пауки, кожа жутко зудела и садняла, к этим местам было совершенно невозможно прикоснуться.

Цзи Цюбай только попытался получше разглядеть укус, как перед глазами вдруг ослепительно вспыхнуло. Огромная молния вертикально рухнула с неба, и её свет в мгновение ока озарил погружённое в полумрак небо. Цзи Цюбай прищурился, глядя на вспышку, и в глазах у него запечатлелись чёрные тени.

— Быстрее заткни уши! — крикнул Сяо Пан. — Сейчас грянет гром!

Услышав это, Цзи Цюбай слабо прикрыл уши руками. Вообще-то он не боялся грозы, даже чувствуя при этом некоторое воодушевление.

Однако следом раздался оглушительный грохот. Звук был настолько страшным, что Цзи Цюбай вздрогнул всем телом, а его барабанные перепонки чуть не лопнули.

Грохот продолжался ещё долго. Цзи Цюбай крепко зажал уши ладонями, а сидевший рядом Сяо Пан широко открыл рот и что-то кричал, но Цзи Цюбай абсолютно ничего не слышал.

Затем одна за другой последовали ослепительные молнии, от которых слезились глаза. Цзи Цюбай никогда в жизни не видел столько молний разом и даже представить не мог, какие ужасающие раскаты грома обрушатся на них дальше.

Цзи Цюбай изо всех сил прижал Сяолана к груди, уткнувшись его ушками себе в кофту, боясь, что малыш испугается. Сам же Сяолан зажмурился и спал так крепко, что даже этот громовой раскат не смог его разбудить.

Сяолан выглядел так, будто набирался сил на будущее, погрузившись в глубокий мёртвый сон.

Прошло немало времени, прежде чем Цзи Цюбай смог опустить руки. Ему казалось, что уши больше ему не принадлежат, губы онемели, а голову раскалывало от боли.

— ... — Цзи Цюбай открыл рот и попытался что-то сказать, но не слышал собственный голос.

Сяо Пан тоже повернул голову и заговорил с остекленевшим взглядом, но никто не мог услышать, что именно произносит собеседник.

Несколько сидевших неподалёку девочек даже заплакали.

Дождь всё усиливался, и уйти отсюда теперь не было никакой возможности.

База трудового воспитания располагалась в низине на окраине города, и если бы дождь полил ещё сильнее, сюда хлынула бы вся вода.

Цзи Цюбай никак не мог взять в толк: почему ещё минуту назад небо было совершенно ясным, и вдруг в один миг разразился такой ливень?

В Пекине уже давно не было столь сильных дождей, отчего Цзи Цюбаю даже стало немного страшно.

— Давай не будем здесь сидеть, — у Цзи Цюбая заплетался язык, он дёрнул Сяо Пана за рукав и произнёс: — Пойдём отсюда скорее.

Сяо Пана от этих раскатов грома уже почти тошнило, он отчаянно вжался в землю и закричал: — А если нас молнией шарахнет, что тогда делать?!

У Цзи Цюбая в ушах стоял назойливый звон, а от криков Сяо Пана стало ещё тошнотворнее — так и подмывало вырвать. Указав на ворота базы, Цзи Цюбай процедил: — При таком ливне ты хочешь дождаться, пока нас затопит?

— Но в прогнозе погоды не говорили о дожде! Может, он скоро перестанет.

— По-твоему, это похоже на дождь, который скоро перестанет?

— Всё равно я никуда не пойду! — Сяо Пан уселся на землю, массируя голову. — У меня в голове от боли раскалывается.

Цзи Цюбай подумал: если дождь усилится ещё больше, земляная дорога окончательно размокнет, и уехать на велосипедах уже не удастся.

— Лучше останьтесь, — к ним подошёл школьный воспитатель и похлопал Цзи Цюбая по плечу. — Наверное, скоро дождь утихнет. При такой ливне выбегать наружу небезопасно.

Тогда Цзи Цюбай отыскал небольшой табурет и, понурившись, уселся прямо у входа.

Он положил Сяолана себе на колени. Тот спал настолько крепко, что если бы не мерное вздымание его грудки, его можно было бы принять за мёртвого. Даже когда Цзи Цюбай перевернул его животиком вверх, щенок даже не проснулся.

Цзи Цюбай слегка перевёл дух. За столько дней заботы Сяолан наконец-то привык к нему. И хотя к остальным людям щенок по-прежнему относился с абсолютной настороженностью, с Цзи Цюбаем он вёл себя совершенно расслаблено, к тому же вечно вытворял всякие дурацкие выходки и совсем не боялся навлечь на себя его гнев.

Цзи Цюбай чётко чувствовал разницу между Сяоланом и обычными домашними питомцами: например, казалось, что он прекрасно понимал человеческую речь. К тому же щенок отличался редкостным упрямством и не позволял никому прикасаться к своим вещам, явно проявляя повадки дикого зверя.

Это заставляло Цзи Цюбая дорожить им ещё сильнее.

Молча глядя на Сяолана, Цзи Цюбай слушал, как снаружи потоками хлынул дождь, наглухо заперев их на этой учебной базе.

Школьники начали паниковать. Они просидели здесь уже четыре часа, связь полностью пропала, и никто не знал, когда прекратится непогода. Хуже всего было то, что небо вокруг совершенно почернело и пугало своей ночной темнотой.

Те несколько человек, что отказались уходить вместе с Цзи Цюбаем, теперь горько об этом пожалели: база начала затапливаться водой, при выходе на улицу людей заливало по щиколотку, а если бы они сразу поехали на велосипедах, то добрались бы до дома максимум за три часа.

Ученики сыпали жалобами, учителя не знали, как их утешить, и вся эта толпа, забившаяся под небольшой навес, то и дело тяжело вздыхала.

В этот самый момент Сяолан внезапно проснулся. Он открыл глаза, пелена на них медленно рассеялась, затем щенок шевелил лапками и нахмурившись уставился на Цзи Цюбая, будто не понимая, почему он лежит на спине.

Цзи Цюбай разгладил пальцем шерстку на лбу Сяолана и только хотел что-то сказать, как тот отчаянно заворочался, спрыгнул с его колен и принялся возбужденно бегать вокруг.

Сначала Цзи Цюбай немного растерялся, но затем увидел, что Сяолан присел на корточки, приоткрыл пасть, зажмурился, задрал голову и издал глубокий, насыщенный утробный рык.

Голос маленького волка был долгим и мощным, казалось, этот рык заглушил даже шум дождя. Ученики испугались столь неожиданного рёва и принялись испуганно оглядываться на щенка.

— Это же вовсе не собачий голос, — проговорила девочка, утверждавшая, что отлично разбирается в собаках. — Больше... больше похоже на волка. Но как такой кроха может так рычать?

— У меня дома именно волк, это Сяолан, — смущенно отозвался Цзи Цюбай, протягивая руку, чтобы зажать щенку пасть, и притянул его обратно к себе.

Сяолан крайне неохотно подбежал к Цзи Цюбаю, а затем принялся резво кружить вокруг него. Цзи Цюбай с недоумением подумал: этот малыш обычно такой ленивый, с чего вдруг он так возбудился?

Это выглядело так, будто он бурно радуется какому-то событию, которое вот-вот должно произойти.

Цзи Цюбай закрыл глаза, но тут же заметил перед собой вспышку белизны: ещё более мощная молния полоснула небо прямо у них на глазах.

Цзи Цюбай распахнул глаза, перед которыми всё расплывалось от яркого света. Никто из них никогда не видел столь противоестественной молнии, и несколько боязливых девчонок в ужасе схватились за руки.

Цзи Цюбай притянул к себе метавшегося волка, боясь, что того убьёт разрядом.

Однако стоило Сяолану оказаться на руках у хозяина, как он мгновенно успокоился. Выражение его мордочки неожиданно стало серьёзным, и он вонзил коготки прямо в школьную форму Цзи Цюбая, вмиг оставив на ткани затяжки.

— Эй-эй-эй, пусти же, — Цзи Цюбай отцепил когти щенка от одежды и подумал: неужели этот бесстрашный малыш испугался молнии? Но по его виду совсем не скажешь, что он напуган. Желая успокоить волка, Цзи Цюбай одной рукой сжал его крепкое предплечье, а другой обнял за туловище.

Морда Сяолана делалась всё суровее, а ливень снаружи — всё свирепее.

Когда дождевая вода хлынула внутрь помещения, кто-то из учеников окончательно сорвался и в истерике завопил, требуя отпустить его домой.

Завуч рявкнул: — Чего ревёшь! И как ты собрался домой?!

В ту же секунду атмосфера в комнате упала до ледяной точки.

Сидя на полу, Цзи Цюбай вдруг почувствовал, как мелкие камешки под ним зашевелились.

— ... — Цзи Цюбай прислушался к своим ощущениям: тряслись не просто камешки, дрожало всё его тело, а окружающие предметы заходили ходуном.

Побледнев как полотно, Цзи Цюбай истошно завопил: — Плохо дело! Землетрясение, это продольные волны!

Буквально за пару секунд до Цзи Цюбая донеслись женские крики и грохот раскачивающейся мебели. Крепко прижав к себе Сяолана, он даже не думал выпускать его из рук.

Сяолан сохранял предельно хладнокровное выражение лица и, устроившись в объятиях Цзи Цюбая, невозмутимо смотрел по сторонам, будто о чём-то размышляя.

Цзи Цюбай изо всех сил рванул к выходу: место, где он сидел, находилось ближе к двери, так что ему хватило одного прыжка, чтобы оказаться снаружи, где на него тут же обрушилась стена проливного дождя. Услышав женские визги за спиной, он дрожащими руками встал на страже у прохода, вытягивая наружу мечущихся в панике людей.

Подземные толчки грянули внезапно и отличались огромной силой — Цзи Цюбай чувствовал, как за считанные секунды всё вокруг сместилось со своих мест.

От толчка Цзи Цюбай рухнул на колени и кубарем покатился к более-менее ровной площадке, перемазавшись грязью с ног до головы. Сяолан в его объятиях вёл себя тихо, как мёртвый, и даже когда его швырнуло в грязь, он ни капли не разозлился.

Цзи Цюбая подбросило продольной волной и со страшной силой швырнуло оземь. И это было только начало, но его уже подбросило над землей сантиметров на десять.

Падая, Цзи Цюбай едва не выплюнул кровь и чуть не придавил Сяолана. Однако у него уже не было сил выкинуть щенка из рук, оставалось лишь лечь навзничь и в ужасе переживать удары стихии.

К счастью, из-за недавнего ливня почва успела раскиснуть и стала не такой жёсткой, но само землетрясение было настолько чудовищным, что Цзи Цюбай, некогда лично участвовавший в сейсмологических симуляциях, понимал: те тренировочные толчки не шли ни в какое сравнение с нынешними! От одних продольных колебаний казалось, что человека могут заживо разбить о землю.

Не успел он сделать и вдоха, как понял: продольные волны и не думали прекращаться. Он воочию наблюдал, как его взмывает в воздух, а последовавшее за этим стремительное падение породило леденящий душу ужас, сравнимый с потерей контроля над телом.

Руки Цзи Цюбая свело судорогой, в горле спазмом перехватило дыхание, издав хотя бы звук было невозможно.

К счастью, его отбросило в сторону от первоначальной траектории, и он рухнул в ближайшую лужу.

В короткую передышку Цзи Цюбай сквозь шум в голове услышал женские крики и стоны. Голову раскалывало от боли, подняться с земли он был не в силах.

За этим ужасающим шквалом продольных толчков последовал ещё более страшный — поперечный. Цзи Цюбай чувствовал, как вода в луже, где он лежал, превратилась в мутную жижу, и потоки грязной воды забивались ему в рот, нос и уши.

Коварство поперечных волн заключалось в том, что они разрушали здания. Но поскольку Цзи Цюбай успел выбежать на открытое пространство, он про себя даже порадовался, что ему, пожалуй, удастся спастись. В этот момент его снова подбросило высоко ввысь.

Что?! — Цзи Цюбай испугался. Откуда опять продольные волны?

Этот толчок забросил его на высоту больше десятка метров. Прищурившись, Цзи Цюбай видел, как крыши соседних зданий приближаются и тут же проносятся мимо, а угольно-чёрные тучи неумолимо надвигались прямо на его лицо.

Крупные капли дождя били по щекам. Ощущение полёта на огромной высоте было отвратительным, сердце сжималось от судорог.

Цзи Цюбай уже ни о чём не мог думать — он лишь мёртвой хваткой вцепился в Сяолана.

Разве может обычное землетрясение подбрасывать людей так высоко?

Это... поистине напоминало конец света.

http://bllate.org/book/28355/3428096