Готовый перевод Rebirth from the Fall Mist Mountain Gale / Падение и возрождение: Сквозь туман к любви: Глава 13

Жун Ци прятал блокатор феромонов под шелковым платком, так что обнаружить его было невозможно, а вот Гуань Мушань носил его напоказ, распахнув ворот, однако коллеги по отделу из уважения к авторитету капитана и опасаясь его строгого нрава не задавали лишних вопросов.

Только Нин Шо беззаботно поинтересовался этим, на что Гуань Мушань тут же осадил его короткой фразой: «Я так хочу».

Вечером после окончания рабочего дня Гуань Мушань вместе с Жун Ци отправился в Медицинский центр Хэнъе.

Заметив, что рядом с Жун Ци кто-то идет, Лань Дуе практически сразу узнал спутника:

— Полагаю, это...

— Гуань Мушань, мой начальник, — улыбнулся Жун Ци, стоя посреди кабинета и представляя их друг другу. — А это Лань Дуе, главврач и профессор.

Когда Жун Ци увезли на детальное обследование, Гуань Мушань остался ждать на стуле для сопровождающих.

Однако, когда Лань Дуе наконец вышел с результатами анализов на руках, выражение его лица было далеко не радостным.

— Твоя железа в последнее время подвергалась какому-то воздействию? — он нахмурился, глядя на Жун Ци, и заговорил крайне суровым тоном: — Показатели намного нестабильнее, чем можно было предположить.

Жун Ци опешил, чувствуя себя необъяснимо виноватым:

— Пару дней назад действительно произошел небольшой инцидент. Из-за того, что альфа слишком сильно давил на меня своими феромонами, я подумал: а нельзя ли уменьшить этот эффект, повысив порог выносливости? Поэтому вчера я попросил его повторить эксперимент.

Лань Дуе в тот же миг широко раскрыл глаза.

За столько лет медицинской практики он впервые продемонстрировал столь невероятное выражение лица, а в его голосе отчетливо слышалось разочарование из-за чужой глупости:

— Ты понимаешь, какой вред жестокое давление феромонов альфы наносит железе омеги? Подобное поведение ничем не отличается от самоистязания.

Жун Ци замолчал на полуслове, и его голос стал совсем тихим:

— ...Но мне почему-то казалось, что ничего страшного не происходит.

Раньше он никогда не считал это чем-то серьезным, но теперь, осознав собственную ошибку, уже не смел смотреть Гуань Мушаню в глаза.

При этом он отчетливо чувствовал, что Гуань Мушань пристально смотрит на него.

Взгляд этот был слишком жгучим, острым словно нож, и игнорировать его не получалось.

Лань Дуе нахмурился, перевел взгляд на Жун Ци, а затем слегка наклонил голову в сторону Гуань Мушаня и продолжил допрос:

— Тот человек с высокой степенью совместимости, о котором ты упоминал ранее, — это он?

Жун Ци кивнул:

— Да.

— Разве он не успокаивал тебя своими феромонами?

Внезапный вопрос на столь интимную тему заставил щеки Жун Ци вспыхнуть. Ему было все равно, что происходит между ним и Гуань Мушанем, но выносить это на суд постороннего человека — совсем другое дело.

Пришлось скрепя сердце ответить:

— Да...

— Так что тебе еще повезло, что рядом оказался такой ходячий стимулятор, иначе твоя железа сейчас была бы в куда более плачевном состоянии, чем просто нестабильность.

Лань Дуе, проявив высочайший профессионализм, проигнорировал его неловкость, тяжело вздохнул и пояснил:

— В норме зрелая железа способна к самовосстановлению, но твоя сама по себе еще не до конца созрела, да и феромоны нестабильны. В таком случае ущерб от силового давления будет только сильнее, чем у остальных.

Жун Ци прикусил губу, опустив глаза. Казалось, он о чем-то задумался, и мысли его стали еще мрачнее.

Не успел он прийти в себя и что-то ответить, как Гуань Мушань сам взял инициативу в свои руки:

— Скажите, а сейчас есть способ вернуть его железу в норму?

— Его железа сейчас находится в переходной стадии периода созревания, и периодическая нестабильность — это нормальное явление, — Лань Дуе застучал по клавиатуре с невероятной скоростью, и после ритмичного треска лечебный план был готов. — Помимо своевременного приема лекарств, успокоение феромонами с высокой совместимостью тоже очень благотворно сказывается на созревании и стабилизации железы. Здесь можете действовать по обстоятельствам.

Гуань Мушань взял рецепт и кивнул:

— Благодарю.

Он хотел расспросить о деталях еще, но услышал, как сидевший до этого в молчании Жун Ци вдруг подал голос:

— Неужели нет ни единого способа преодолеть или хотя бы уменьшить половое давление?

Лань Дуе приоткрыл рот, и хотя звука еще не последовало, по всему было видно: он заранее догадывался, что этот ответ не удовлетворит Жун Ци.

— Есть.

— Метка.

Стоило этим словам прозвучать, как лицо Жун Ци мгновенно окаменело.

— Для омеги метка — это на самом деле своего рода защита.

Голос Лань Дуе был тихим и очень приятным на слух, но сейчас Жун Ци он показался невыносимо резким.

— Железа омеги после метирования вырабатывает нечто вроде инстинкта подчинения хозяином, и реакция на феромоны других альф резко ослабевает.

К моменту окончания ужина троих знакомых было уже около девяти вечера, а когда за Лань Дуе приехал его партнер, часы показывали почти десять.

Жизнерадостная и открытая женщина-альфа тепло обменялась контактами с Жун Ци и Гуань Мушанем, после чего, словно заявляя свои права на мужчину, силой усадила слегка захмелевшего возлюбленного на пассажирское сиденье и умчалась прочь.

Как только они уехали, напускная жесткость на лице Жун Ци испарилась.

Выпил он совсем немного — всего лишь одну банку пива, скорее ради компании, чем ради вкуса. Поэтому он отчетливо видел, что ночные улицы по-прежнему полны жизни: небо темное, фонари горят, люди суетятся.

Поскольку ему предстояло вести машину, Гуань Мушань не притронулся к алкоголю. Они с Жун Ци шагали плечом к плечу в сторону парковки, и выражение лица у Гуань Мушаня было нерешительным — он никак не мог сообразить, как разрушить воцарившуюся тишину.

У Жун Ци была сильная гордость, к тому же он мастерски умел притворяться, но чем более невозмутимым он казался, тем сильнее буря бушевала внутри.

Всю дорогу они молча сели в машину. Гуань Мушань пристегнулся и решил воспользоваться моментом, чтобы завести разговор.

— Жун Ци...

— М? — без сил отозвался тот.

Повернув голову, Гуань Мушань заметил, что Жун Ци уже закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья, словно устав и заснув.

Тогда Гуань Мушань благоразумно замолк, но когда они почти подъехали к дому, Жун Ци вовремя открыл глаза.

— Спасибо, — он проигнорировал тяжелый взгляд, устремленный на его щеку, и, быстро взявшись за ручку двери, собрался выходить. — До завтра.

Однако Гуань Мушань среагировал быстрее и заблокировал двери.

Жун Ци замер на секунду, а затем, словно смирившись, снова откинулся на спинку сиденья.

Глубоко вздохнув, он произнес безжизненным голосом:

— Что ты хочешь сказать?

Гуань Мушань смотрел на его бесстрастный профиль; слова утешения крутились на языке, но так и не сорвались с губ.

В конце концов из него вырлась лишь странная фраза:

— Может, я останусь у тебя на ночь?

Жун Ци замер от неожиданности — он никак не ожидал, что Гуань Мушань так долго собирался с духом ради подобных слов.

Наконец он повернулся и встретился взглядом с обеспокоенными глазами мужчины, ободряюще моргнул и покачал головой:

— Не нужно.

шкала безумия Ци-бао: 1%

вторник — глава выходит ~

Глава 12. Кто просил тебя додумывать лишнее.

Жун Ци молчал, Гуань Мушань больше ничего не сказал. Высадив его, он бросил на прощание глухим голосом:

— Позвони, если что-то случится.

Хотя прекрасно понимал, что вряд ли дождется этого звонка.

В полном соответствии с его ожиданиями, в последующие дни Жун Ци не выказывал никаких странностей: на его лице по-прежнему сияла мягкая, приветливая ко всем улыбка, он даже мог без единого изъяна обещать и беседовать с Гуань Мушанем, словно ничего из произошедшего никогда не было.

Точнее говоря, они просто избегали этой темы.

До тех пор, пока в одно самое обычное утро Гуань Мушань не вызвал Жун Ци одного в свой кабинет и не протянул ему папку с документами.

— Преступная группировка по делу об убийстве засветилась на химическом заводе по Северной дороге в южном пригороде. Трое беты, предположительно вооружены самодельным огнестрельным оружием. Дело передано из городского управления общественной безопасности, они запросили у нас содействия в поимке. Операция в пять часов вечера, возьмешь бойцов третьего отряда в подкрепление.

— Есть, без проблем, — кивнул Жун Ци, его взгляд невольно зацепился за графу с информацией о подозреваемых, где значилось «бета».

Сейчас он был невероятно чувствителен ко всему, что касалось половой принадлежности.

Жун Ци заставлял себя не думать о том, случайность это или чей-то умысел; по крайней мере, то, что Гуань Мушань все еще позволял ему участвовать в операциях, уже доказывало достаточный уровень доверия.

Пусть их связывали близкие личные отношения, но стоило зайти делу, Жун Ци неизменно сохранял строгую субординацию и дисциплину, никогда не отказываясь выполнять приказы Гуань Мушаня.

Однако не успел он повернуться и сделать шаг, как его схватили за руку.

— Есть еще указания? — Жун Ци остановился и обернулся.

Гуань Мушань слегка покачал головой, вмиг притянув его ближе, а затем протянул руку к его затылку. Раздвинув кончики волос, подушечки пальцев через блокатор феромонов коснулись железы.

Едва ощутимые поглаживания сопровождались изменением тона — строго деловой голос вдруг стал интимным:

— Как ты себя чувствуешь в последние дни?

Внезапно накатившая волна тепла заставила Жун Ци напрячься, и он инстинктивно втянул голову в плечи.

Уловив скрытый подтекст в интонациях Гуань Мушаня, он не стал отстраняться, лишь поднял глаза на висящую под потолком камеру слежения и тихо напомнил:

— В твоем кабинете ведется запись.

Гуань Мушань уже неизвестно когда приблизился вплотную, глядя в глаза Жун Ци с расстояния всего в несколько сантиметров. Голос его звучал непреклонно:

— Сервер видеонаблюдения подключен к моему компьютеру.

Дыхание, шевельнувшееся прямо перед лицом, обдало кожу теплом; Жун Ци отчетливо разглядел мельчайшие поры на коже и почувствовал густой аромат пачули, который настойчиво вился вокруг носа, казаясь почти вызывающим.

Скользнув взглядом по его затылку, он сообразил, что на мужчине нет блокатора.

На самом деле ни на психологическом, ни на физиологическом уровне Жун Ци не испытывал отвращения к близости с Гуань Мушанем. Если бы превращение в омегу оказалось лишь временной, поддающейся контролю шуткой, он бы даже не возражал пойти на небольшую жертву, позволив хорошему другу попробовать запретный плод.

Единственное, что заставляло его сомневаться в этот момент — нежелание казаться слабым, особенно в глазах Гуань Мушаня.

— Помочь тебе?

Видя, что тот молчит, Гуань Мушань повторил вопрос прямо, но хотя это и звучало как просьба о согласии, запах феромонов уже тихо поплыл по воздуху, заполняя весь кабинет.

Ресницы Жун Ци задрожали. Не в силах выносить столь открытое и даже нетерпеливое приглашение, он шумно выдохнул, прекратил ломаться и опустил голову, прислонившись лбом к плечу мужчины.

Гуань Мушань тут же обхватил его за талию, прижимая к себе крепче, а уголки его рта изогнулись в довольной улыбке триумфатора.

Жун Ци слабо ухватился за полу его рубашки и предостерег, когда мужчина подцепил край шелкового платка и принялся сдирать с него блокатор:

— Только не выбрасывай опять, мы его всего пару часов назад наклеили.

— Угу, — отозвался Гуань Мушань и швырнул содранный блокатор на рабочий стол за спиной.

http://bllate.org/book/28350/3427677