Готовый перевод The Popular Junior Brother Won't Cultivate Ruthlessness / Младший брат, хватит идти по пути бесстрастия!: Глава 4

Се Цзиньчжао слегка нахмурился.

Неужели это маленький нищий?

Почему-то этот ребенок выглядит еще более жалким, чем тот, которого он видел раньше.

Се Цзиньчжао искоса взглянул на Се Аня, пытаясь по выражению его лица угадать мысли младшего соученика. Тот прищурился, губы едва заметно сжались, а уголки рта чуть приподнялись.

Доволен?

Значит, этот ребенок будет его.

— Младший соученик!

Се Цзиньчжао выкрикнул это так звонко, что услышали все присутствующие.

Рука старейшины Яна, державшая чашку с чаем, дрогнула. Дан Цин отставила свою чашку, готовясь прикрыть лицо рукой. Старейшина в черном облачении нахмурился, глядя на них, и даже незнакомые старейшины не удержались от того, чтобы бросить любопытные взгляды.

Се Ань поднял взгляд. Его выражение лица почти не изменилось, но Се Цзиньчжао отчетливо увидел, как дрогнули ресницы младшего соученика.

Что ж, прекрасно.

— Старший братушка, что-то случилось?

Се Цзиньчжао широкими шагами подошел к оборванному ребенку и, наклонившись, принялся его разглядывать. Мальчик отшатнулся под его пристальным взглядом, но убегать не стал, во все глаза глядя на него.

Бессмертный Владыка в красных одеждах смотрелся ярко и вызывающе, словно чужеродный элемент среди всех присутствующих.

И к тому же был невероятно хорош собой.

Этот человек подошел слишком близко — его красивое лицо внезапно оказалось прямо перед глазами, отчего ребенок почему-то покраснел.

— Как тебя зовут? — Се Цзиньчжао слегка усмехнулся, глядя, как лицо ребенка вмиг заливается краской.

— У-у меня нет имени, Бессмертный Владыка, — мальчик сглотнул.

— Вот и хорошо, — глаза Се Цзиньчжао довольно сощурились, и он протянул руку, чтобы легонько погладить ребенка по голове. — Хочешь следовать за мной и постигать путь культивации?

Юэ Шаншань: «?»

Что? Разве она не пришла сюда вместе с учителем, чтобы устроить переполох?

— М-можно? — ребенок вытаращил глаза, глядя на этого небожителя, который казался куда более приветливым, чем высокомерные Бессмертные Владыки. Он покраснел до самых кончиков ушей.

— Конечно, — Се Цзиньчжао пожал плечами. — Ну, что скажешь? Подумаешь?

— Се Цзиньчжао, это церемония принятия учеников секты Юйхуэй, как ты можешь вести себя столь легкомысленно! — первым не выдержал старейшина в черном; он хлопнул по подлокотникам кресла, собираясь встать.

— Ничего страшного.

Голос Се Аня прозвучал спокойно, но не допускал возражений:

— Он мой старший братушка, по всем правилам и обычаям ему надлежит быть первым.

Слух Се Цзиньчжао, ставшего на путь Превращения Божества, значительно обострился, к тому же те двое даже не пытались использовать передачу звука, поэтому он расслышал всё до последнего слова.

Говорит он, конечно… весьма складно.

Се Цзиньчжао изогнул губы в улыбке и слегка покачал рукой, спрятанной за спиной.

— Ну так что, согласен? — кончиками пальцев Се Цзиньчжао приподнял изящный золотой колокольчик, к которому было привязано перо, переливающееся золотым сиянием.

— Ссс… — по рядам старейшин пронесся дружный вздох изумления, настолько громкий, что его невозможно было игнорировать.

Хотя мальчик не понимал, что это за вещь и сколько она стоит, по реакции этих грозных и важных взрослых он догадался — этот красивый предмет представляет невероятную ценность.

Какой же щедрый небожитель! Может, это потому, что у него отличные способности?

Ребенок захлопал огромными глазами, его ручонки задрожали, а затем он с глухим стуком бухнулся на колени, ударившись лбом о каменный пол.

— Ученик приветствует учителя!

Этот поклон был по-настоящему искренним.

Се Цзиньчжао опешил от звука удара и поднял мальчика за шиворот:

— Не нужно таких церемоний.

Ребенок повис в воздухе, болтая ногами, словно котенок, которого взяли за загривок. Глаза его всё еще были красными, но рот расплылся в улыбке, обнажив неровные зубки.

Се Цзиньчжао опустил его на землю и сунул золотой колокольчик в руку:

— Держи, это дар в честь принятия в ученики. Носи при себе, не потеряй.

Взяв ребенка под свое крыло, Се Цзиньчжао не забыл обернуться к тем, кто сидел на высоком помосте. Приподняв бровь, он вежливо произнес:

— Продолжим?

Уголок рта старейшины Яна дернулся, а брови сошлись на переносице так плотно, что можно было раздавить муху. Как теперь продолжать?! Лучшего из новых учеников только что забрал Се Цзиньчжао!

А как же Бессмертный Владыка? Придется довольствоваться остатками?

Он снова обернулся к Се Аню, чтобы узнать его мнение, но Бессмертный Владыка Цинъянь оставался бесстрастным. Заметив взгляд старейшины, он слегка повернул голову и покачал ею:

— Старейшина Ян, приглянулся ли вам кто-то из учеников?

Неужели он не собирается принимать учеников?

Во всем виноват этот Се Цзиньчжао! А ведь стоило столько усилий, чтобы уговорить Цинъяня на это!

Старейшина Ян скрипел зубами, но перечить Бессмертному Владыке не стал. Скрепя сердце он отбросил мысли о Се Цзиньчжао и продолжил вести церемонию.

Принятие учеников — процесс взаимного выбора, однако редко какой ребенок рискнет отказаться от приглашения небожителя.

Например, этот новый подопечный Се Цзиньчжао выглядел лет на шесть-семь.

Юэ Шаншань с любопытством опустила голову, разглядывая своего новоявленного младшего соученика.

Мальчик посмотрел на неё снизу вверх и подумал, что она тоже невероятно красива — холодная и чистая, словно снежный лотос на вершине горы, который никогда не вянет. Он невольно почувствовал себя ничтожным.

И тут он услышал, как этот лотос заговорил ровным, безэмоциональным голосом:

— Учитель, разве вы не дадите этому ребенку имя?

— Тогда пусть носит твою фамилию, Юэ, — Се Цзиньчжао слушал её вполуха, не сводя глаз с Се Аня.

— …Учитель? — Юэ Шаншань была в шоке. Кого он вообще взял в ученики?!

— Пусть будет Юэ Сяочжо. Решено.

Юэ Шаншань: «……»

Она так и знала.

Она пропала. Еще и тысячи лет не прожила, а уже должна нянчить детей.

Как же безрадостно выглядит будущее.

Се Цзиньчжао было не до мыслей своего старшего ученика, который уже начал втайне отчаиваться. Он обвел взглядом остальных детей, а затем снова посмотрел на Се Аня.

Тот сидел на помосте неподвижно, как скала. Совсем не похож на себя в детстве.

Скучно.

— Бессмертный Владыка! Ученик желает стать последователем Бессмертного Владыки Цинъяня! — с одной из сторон раздался звонкий мальчишеский голос. Се Цзиньчжао перевел взгляд и приподнял бровь.

О, самовыдвиженец.

Се Цзиньчжао повернулся и увидел ребенка с широко открытыми глазами, одетого в такие же лохмотья.

Хм?

Почему их еще один?

Почему все эти дети выглядят одинаково?

Впрочем, неудивительно. Для таких маленьких нищих шанс получить покровительство бессмертных — единственная возможность изменить свою судьбу.

Сидевший рядом старейшина Ян окинул мальчика взглядом и, повернувшись к Се Аню, зашептал:

— У этого ребенка духовный корень огня и металла, талант весьма неплох. Бессмертный Владыка, что думаете…?

Се Ань прислушался и слегка кивнул, уже собираясь ответить.

— А почему ты хочешь стать учеником Бессмертного Владыки? Расскажешь? — голос Се Цзиньчжао бесцеремонно вмешался в разговор.

— Слышал, что Бессмертный Владыка Цинъянь — сильнейший в мире, ученик им восхищается, — мальчик сложил руки в поклоне, подражая тому ребенку в шелках, которого он видел раньше.

— Но Бессмертный Владыка Цинъянь в последнее время не намерен принимать учеников, — Се Цзиньчжао сам принял решение за Се Аня. — Поищи себе другого наставника.

Старейшина Ян чуть не подпрыгнул. Он снова посмотрел на Се Аня и увидел, что даже всегда мягкий и рассудительный Бессмертный Владыка Цинъянь невольно нахмурился, задержав взгляд на Се Цзиньчжао, словно обдумывая что-то.

Да, именно так, Бессмертный Владыка, не дайте этому проходимцу продолжать в том же духе! — в душе вопил старейшина Ян.

Но Се Ань всё равно промолчал, лишь опустил взгляд, в котором отражалась красная фигура, и погрузился в свои мысли.

Се Цзиньчжао, сказав это, не забыл проверить реакцию младшего соученика и поймал на себе его взгляд.

Се Ань, казалось, опешил, а затем, словно невзначай, слегка склонил голову.

…Почему это дитя ведет себя так мило, хоть каплю достоинства главы секты бы сохранил.

Се Цзиньчжао пренебрежительно махнул рукой.

Церемония продолжалась, но атмосфера стала напряженной. Старейшина Ян так сильно сжал подлокотники кресла, что костяшки пальцев побелели. Он несколько раз открывал рот, чтобы что-то сказать, но так и не решился. Теперь он окончательно понял: Се Цзиньчжао пришел сюда сегодня, чтобы сорвать церемонию, а Бессмертный Владыка даже не собирается его останавливать.

Старейшина в черном холодно произнес:

— Се Цзиньчжао, ты уже взял одного ученика, неужели хочешь прибрать к рукам всех достойных кандидатов? Церемония принятия учеников секты Юйхуэй — это не твой личный спектакль.

— Что вы, — Се Цзиньчжао даже не повернулся, хотя тон его звучал скромно. — Разве я мешаю вам принимать учеников? Если кто-то нравится — идите и берите, я вас не держу.

Старейшину в черном передернуло от этих слов. Се Цзиньчжао действительно не мешал ему напрямую, но, стоя там в своих развевающихся красных одеждах, он приковывал к себе взгляды абсолютно всех.

Это был грабеж средь бела дня!

— Восхищаешься Бессмертным Владыкой? — мягкий женский голос прервал противостояние.

Дан Цин мельком взглянула на Се Цзиньчжао, у которого виски подергивались от раздражения, и одарила мальчика доброй улыбкой:

— Бессмертный Владыка не принимает учеников. Если хочешь постичь его мастерство, то, став учеником этого человека, ты ничего не потеряешь.

Она указала пальцем в воздухе на Се Цзиньчжао:

— У него, как и у тебя, двойной духовный корень, но много лет назад он десять раз подряд занимал первое место в списке лучших талантов.

Когда Дан Цин указала на него, все взгляды устремились вслед за ее пальцем.

Се Цзиньчжао приподнял бровь и изогнул губы в улыбке, но промолчал.

Старые друзья — они такие, при первой же возможности выложат все твои секреты.

Се Цзиньчжао любезно улыбнулся ей в ответ: «Только попробуй уйти отсюда, не дождавшись меня».

Дан Цин, разумеется, сделала вид, что ничего не заметила, и, исполнив свою роль, грациозно поднялась, стряхивая пылинки с одежды:

— Я уже выбрала ученика, мне нужно вернуться в Сад Линлун, чтобы присмотреть за делами. Ухожу первой.

Старейшина Ян вытаращил глаза, глядя, как единственный старейшина, способный хоть как-то повлиять на ситуацию, стремительно удаляется. На душе у него стало совсем тоскливо.

Се Цзиньчжао проводил ее взглядом, словно только теперь осознав, что все до сих пор смотрят на него. Он пожал плечами и невозмутимо спросил:

— И чего вы все на меня смотрите?

— Ученик осмелится спросить… какой у этого старейшины духовный корень? — выпалил мальчик в роскошных одеждах, который, казалось, ничего не боялся.

— Ха, — Се Цзиньчжао наконец осознал, чем плоха роль наставника среди учеников — чтобы посмотреть на кого-то, приходится поворачиваться.

Он ответил небрежно:

— Земля и дерево.

Хотя звучало это так, будто ему самое место в саду вместе с Дан Цин.

Нет бесполезных духовных корней, есть лишь бесполезные культиваторы!

http://bllate.org/book/28338/3426245