Готовый перевод Earthling Husbandry Manual / Руководство по укрощению землян: Музыка в мире будущего: Глава 2

Земля

2100 год

Хань Но полагал, что оставшаяся часть его жизни будет тихой и размеренной, ведь за первые двадцать два года он испил до дна почти все мыслимые несчастья. Ему казалось, что больше ничто в целом свете не способно его сломить, но он никак не ожидал, что его главное испытание только начинается.

Подобно тому, как ни одно человеческое существо не способно заранее предвидеть наступление апокалипсиса, катастрофа пришла без всякого предупреждения.

В то время все люди, точно так же как и он, изо дня в день жили привычной, ничем не примечательной жизнью, но внезапный мировой катаклизм разразился в одно мгновение, не оставив никому ни секунды на раздумья.

Когда стряслась беда, Хань Но сидел в самолете, летевшем из Нью-Йорка в Китай. В руке он сжимал черный портфель, в котором лежали его самые любимые фортепианные партитуры.

Едва лайнер оторвался от земли, как ему довелось лицезреть зрелище, врезавшееся в память на всю оставшуюся жизнь — это был настоящий конец света.

За считанные секунды высотные здания рухнули в один миг, а взметнувшиеся выше небес чудовищные волны с грохотом обрушились на сушу, стирая с лица земли целые материки. Все вокруг превратилось в прах. Всего за несколько секунд на их глазах целый континент погрузился на океанское дно, а мир погрузился в первозданный хаос.

Сказать, что они не испытали шока, воочию наблюдая за несокрушимой и величественной силой природы, было бы ложью.

В этот момент самолет попал в зону турбулентности из-за каких-то неведомых причин: его затрясло, и он со страшным гулом пошел на крутое пике. Окружавшие его люди с пронзительными криками бросились врассыпную, но разве в тесном салоне было куда спрятаться? Столбенеющий от ужаса слух терзал лишь непрекращающийся плач и вопли.

Пассажиры в панике метались по салону. Кто-то, прильнув к иллюминаторам с безумным видом, до хрипоты колотил по стеклу.

Хань Но повернул голову и отрешенно посмотрел в окно, а в его глазах застыла глубокая скорбь. Этот некогда прекрасный, а ныне превращенный в руины мир...

Прежде чем потерявший управление самолет врезался в горный склон, Хань Но туже затянул ремень безопасности и закрыл глаза — впрочем, смерть не обещала быть мирной.

Затем он услышал скрежет металла о скалу. Под грохот взрыва Хань Но ощутил, насколько призрачным и туманным оказалось мгновение ухода из жизни...

Земля

5100 год

Среди руин, где только что отгремел взрыв, все члены отряда с тревожным напряжением всматривались в странную фигуру, внезапно возникшую посреди завалов. Любой понимал всю необычность происходящего: откуда в эпицентре взрыва, где не мог выжить ни один организм, взялся живой человек?

Некоторые солдаты так крепко сжали оружие в вспотевших ладонях, что побелели костяшки пальцев.

Когда очертания фигуры проступили отчетливее, шедший впереди серебристоволосый мужчина в безупречно отутюженном военном мундире сделал шаг вперед. Его пронзительные голубые глаза источали властную и грозную ауру, а во взгляде читалась убийственная холодность. Через встроенный в прядь волос миниатюрный коммуникатор он хладнокровно отдал приказ:

— Тридцать второму, тридцать четвертому и тридцать пятому отрядам — максимальная концентрация, быть готовыми к атаке в любую секунду.

Исследователи уже давно выяснили, что около трех тысяч лет назад эту планету постигла грандиозная катастрофа, повлекшая за собой полное вымирание всего живого. Более того, из-за неких загадочных излучений эта опустошенная планета превратилась в безжизненную пустыню, где не способна выжить даже самая крошечная форма жизни.

Это предельно опасное излучение уничтожило на планете абсолютно всё живое, вплоть до простейших микроорганизмов.

Судя по имевшимся у него сведениям и поднятым из земли артефактам, до грандиозного катаклизма, случившегося три тысячелетия назад, эта планета процветала: на ней существовали высокоразвитые разумные существа и передовая цивилизация. Однако с тех пор этот древний мир погрузился в глубокий сон, и до сих пор на нем не удавалось обнаружить никаких признаков жизни.

Великая война только что завершилась, и хотя три галактики объединились в единое целое, множество мелких деталей оставалось не урегулированными. В такой момент любая оплошность могла привести к непоправимым последствиям.

Лишь когда густой туман начал постепенно рассеиваться, в дымке проступил чей-то силуэт.

Серебристоволосый мужчина неотрывно смотрел на хрупкую человеческую фигуру, слегка нахмурив волевые брови. Откуда здесь взялось гуманоидное существо? Хотя эта древняя планета теперь принадлежала Звездному Союзу, с момента ее захвата здесь не находили ни единой живой формы, не говоря уже о людях.

Так кем же в таком случае являлось это странное двуногое существо?

— Высокоразвитая форма жизни, физические показатели... десять? Боевая способность... ноль? — раздался в наушнике дотошный голос аналитика-оператора. В его тоне звучало чистое неверие: даже у новорожденного младенца имеется хоть какой-то боевой потенциал, как у человека может быть нулевой показатель силы? На самом деле исследователи даже не подозревали, что их сканеры оказались совершенно бесполезны против человека, скрытого в тумане, именно поэтому приборы выдали столь абсурдные цифры.

Заметив нечто невероятное, ученый застучал пальцами по панели монитора.

Окружающий густой туман окончательно рассеялся, и представший перед глазами отряда молодой человек на мгновение растерялся, окинув собравшихся солдат взглядом из-под длинных черных ресниц.

Черты лица юноши были лишены привычной для них глубины и резкости, но зато несли в себе некий неуловимый, утонченный шарм. Фалан, выросший в городах из стали и стекла, конечно же, не мог подобрать слов, чтобы описать естественную, первозданную гармонию древней Земли.

Почти с первого же взгляда Фалан смог безошибочно определить, что этот внезапно появившийся юноша в странных одеждах — уроженец отнюдь не Планеты Бейгер. Стоило учесть, что кожа большинства обитателей всей звездной системы, включая планету Манлей, отличалась некоторой грубостью; столь же безупречной и нежной кожей обладали разве что редкие мальчики-игрушки, которых содержали влиятельные аристократы.

В глазах Фалана мелькнуло замешательство, и он хладнокровно принялся анализировать происхождение незнакомца, допуская, что по внешности тот вполне мог сойти за фаворита какого-нибудь знатного вельможи из трех миров...

Впрочем, эта мысль тут же отпала: от парня совершенно не исходило специфического запаха затворничества или рабства. Особенно когда его темные глаза останавливались на ком-нибудь из присутствующих — в этом взгляде таилась острота, способная разрезать плоть словно клинок. По одному лишь выражению глаз было очевидно, что этот человек никак не тянет на роль домашнего питомца.

Хань Но нахмурился, разглядывая толпу странно одетых людей, а затем огляделся по сторонам. Где это он? Он абсолютно точно знал, что все пережитое им ранее не было галлюцинацией, но как тогда объяснить происходящее сейчас? Его темные глаза неотрывно следили за приближающимся серебристоволосым мужчиной, который разглядывал его с нескрываемым, крайне неприятным любопытством.

— Ты кто такой? — услышал Хань Но вопрос на незнакомом языке.

Заметив растерянность на лице юноши, Фалан смягчил тон и повторил вопрос.

Хань Но не понимал ни слова. Нахмурившись и еще раз окинув взглядом окрестности, он почувствовал, как в глубине темных глаз шевельнулась неуловимая тревога: незнакомые края, незнакомая речь. Разве он не должен был умереть?

Как вообще кто-то мог выжить после подобной катастрофы?

Но факт оставался фактом — он действительно уцелел, причем очутился в совершенно непонятном месте.

Не выдавая своего волнения, Хань Но исподлобья оглядел мужчину и интуитивно понял, что соперником ему не стать. Окинув взглядом хорошо вооруженных солдат и зажатые в их руках предметы, подозрительно напоминающие огнестрельное оружие, он не сомневался: стоит ему сделать хоть одно враждебное движение, как в эту же секунду Хань Но перестанет существовать.

О побеге не могло быть и речи. Хотя он прекрасно понимал, что собеседник вряд ли уловит хоть слово из его речи, он все же тихо произнес:

— Где это мы?

Фалан всматривался в невысокого юношу с легким удивлением: мало кто мог сохранять столь невозмутимый вид и говорить с ним в подобном тоне, пусть они и не понимали друг друга.

Острый взгляд мужчины скользнул в сторону стоявшего неподалеку специалиста:

— Язык какой планеты?

Исследователь, уставившись на экран прибора, тоже нахмурился:

— Ни к одной известной планете не относится.

— Сколько времени потребуется на дешифровку? — холодно бросил командир, не сводя глаз с юноши.

Ученый замялся, но ответил:

— Постараюсь как можно быстрее!

С этими словами его пальцы вновь забарабанили по клавиатуре. Сначала он решил проверить древнеземные наречия, припомнив, что язык прародины человечества не отличался такой унифицированностью, как языки трех галактик — древняя Земля славилась невероятным разнообразием диалектов. Оставалось надеяться, что это один из наиболее распространенных вариантов, иначе расшифровка затянется надолго.

Минут через десять исследователь с облегчением вытер пот со лба: к счастью, перед ним оказалась китайская речь, весьма распространенная в эпоху древней Земли. Оставалось лишь пропустить ее через существующие языковые базы данных, а затем настроить автопереводчик звездного стандарта на китайский.

Сначала Хань Но наблюдал, как эти люди о чем-то шептались, сбившись в кусок, а спустя какое-то время тот самый голубоглазый мужчина направился к нему, держа в руке крошечный черный предмет.

Наблюдая за приближением незнакомца, Хань Но по-прежнему сохранял настороженность, но, не находя ни единого разумного довода в пользу сопротивления, позволить мужчине подойти вплотную.

Посмотрим, что он задумает!

Подойдя совсем близко, мужчина развернул ладонь с новейшим устройством перевода речи и сделал жест, предлагая позволить закрепить его. Хань Но молча кивнул, разрешив прикрепить миниатюрный прибор к краю своей ушной раковины.

Подобные примитивные переводчики были широко распространены в этом мире: перед использованием достаточно было загрузить нужный языковой пакет во встроенный микрочип, и устройство начинало автоматически переводить чужую речь. Вот только модель, оказавшаяся в руках Хань Но, выглядела куда изящнее — она походила на крошечный пластырь, который приклеивался к коже и полностью скрывался в волосах.

Фалан тем временем закрепил за ухом точно такой же переводчик, только его версия была настроена на перевод китайского в звездный диалект.

С помощью бесстрастного машинного перевода Хань Но постепенно начал осознавать всю глубину своего бедственного положения.

Он отрешенно смотрел на безжизненные просторы пустоши. Это... Земля? Что только что сказал тот мужчина? Прошло уже три тысячи лет с тех пор, как здесь зародилась хоть какая-то жизнь, а она... она погибла.

Прошло больше трех тысячелетий?

Место, где некогда бурлила жизнь, превратилось в руины, и Хань Но не мог подобрать слов, чтобы выразить всю глубину охватившего его душу опустошения.

Тихий кашель заставил его встрепенуться. Опомнившись, Хань Но перевел взгляд на группу людей, чувствуя, как в его темных глазах борются самые противоречивые эмоции.

Хотя он понятия не имел, что́ ждет его впереди, превращаться в подопытную белую мышь ради чьих-то экспериментов и всеобщего глазения он точно не собирался.

Больше всего на свете он ненавидел слежку и любые ограничения свободы!

В его голове уже созрел план воспользоваться первой же возможностью и сбежать. Жизнь, посвященная научным опытам, явно не входила в его планы, поэтому мириться с ней он не собирался.

В этот самый момент находившееся при Фалане устройство, напоминающее земную рацию, ожило:

— Докладываю генералу! Мы подверглись внезапному нападению, силы противника превосходят нас в несколько раз, личности нападавших не установлены, запрашиваем поддержку!

Лицо Фалана мгновенно посуровело. Шагнув к переднему краю отряда и бросив взгляд на далекие вспышки боя в небе, он решительно и четко отдал приказ стоявшему рядом исследователю:

— Ты остаешься здесь и присматриваешь за нашим гостем издалека. Остальные — за мной, на помощь авангарду!

С этими словами Фалан стремительно бросился к стоявшему неподалеку звездолету.

Поскольку у этого паренька физические показатели находились на нуле и он был совершенно безобиден, командир ни капли не беспокоился. Куда больше его тревожила ситуация на передовой, заставлявшая его хмуриться еще сильнее.

Кто же это мог быть...

Запросивший помощи отряд находился не так уж далеко, по крайней мере, Хань Но, подняв голову, легко мог разглядеть две сражающиеся группы в небесах.

Издалека наблюдая за звездолетом серебристоволосого мужчины, Хань Но не мог не признать: даже для него, человека, никогда прежде не сталкивавшегося с подобными космическими боями, боевые навыки этого командира казались невероятно мощными.

Противник превосходил их численностью в несколько раз, и исход сражения грозил обернуться тяжелейшей битвой.

Спустя два часа, когда Фалану показалось, что оставшиеся силы едва справляются с натиском, неприятель внезапно отступил по всей линии — настолько стремительно, будто их отход был тщательно спланирован заранее.

Сам же отряд Фалана понес тяжелые потери, превратившись в жалкое зрелище.

Не теряя ни секунды, Фалан привел в порядок уцелевших бойцов и поспешил вернуться на прежнее место. Увидев распростертого на земле исследователя, мужчина помрачнел от гнева, а в его глазах застыло неверие. Впервые в жизни кто-то ускользнул прямо у него из-под носа.

http://bllate.org/book/28319/3423109