Готовый перевод Filth Su Erliang Completed / Грязь: Сквозь тернии к любви: Глава 12

Раздавать таблетки — всё равно что угощать сигаретами; в этой ВИП-комнате роскошно одетые молодые господа, казалось, уже давно привыкли к подобным ритуалам.

Чжоу Бинь с силой толкнул нежную красавицу в объятия Чжоу Жоаня: Чтобы войти в наш круг, прежде всего нужно перестать выглядеть белой вороной.

Белая таблетка снова оказалась у него перед глазами. Прошло немало времени, прежде чем тонкие пальцы наконец подхватили её и медленно поднесли к губам. Глоток воды, таблетка проглочена, стакан опущен. Чжоу Жоань с улыбкой произнёс: Спасибо, старший брат, что вводишь меня в курс дела.

Чжоу Жоань никогда не был образцом добродетели и уже давно подумывал пуститься во все тяжкие. Раньше он не решался на подобное, потому что вечно оглядывался на Линь И. Тот презирал ночные клубы и девиц из трущоб, и Чжоу Жоаню казалось, что если он сам начнёт этим увлекаться, то станет на ступень ниже Линь И.

Теперь, когда их пути с Линь И разошлись, странные опасения испарились, но он понимал: нельзя дать себя поймать в ловушку, расставленную Чжоу Бинем.

Прижав таблетку языком к нёбу, он с улыбкой обменялся контактами в мессенджере с девушкой, сидевшей рядом. Скрыв телефон в тени, он перевёл ей двадцать тысяч. Затем, притянув её к себе и склонившись к самому уху, нежно прошептал: Двадцать тысяч. Помоги мне справиться с этой таблеткой.

Девушка слегка приподняла тонкие брови, не дав ни согласия, ни отказа, но когда Чжоу Жоань потянулся за поцелуем, она лишь звонко рассмеялась и отвернулась.

Чжоу Бинь всё это время украдкой наблюдал за ними и теперь решил подать голос, подтрунивая: Четвертый, ты слишком спешишь. Нужно сначала поговорить, выпить, разжечь искру.

Таблетка под языком начала медленно таять, и во рту у Чжоу Жоаня появился странный приторный привкус. Он занервничал, хотя виду не подал. Подняв бокал, он предложил девушке: Как насчёт выпить на брудершафт?

Она лучезарно улыбнулась, принимая приглашение. Когда их руки переплелись, Чжоу Жоань перевел ей еще тридцать тысяч.

В этот раз девушка приняла деньги и, опаляя ухо Чжоу Жоаня горячим дыханием, спросила: Четвертый молодой господин, мы сначала поцелуемся или сначала выпьем?

Чжоу Жоань, жаждавший поскорее передать ей остатки таблетки, убрал бокал: Сначала поцелуемся.

Он притянул её за шею, подался вперёд, и когда его губы почти коснулись её накрашенных алым помадой губ, чья-то рука перехватила его за плечо.

Разве можно прерывать брудершафт?

Этим человеком оказался Чжоу Чжэ. Очевидно, он только что пришел: от него веяло холодом улицы, на лице играла улыбка, но взгляд был тяжелым.

Он снова поднёс бокал к губам Чжоу Жоаня: Если не выпить брудершафт до дна, горечь любви не заставит себя ждать.

Почти насильно влив в него вино, Чжоу Чжэ добился своего: остатки таблетки, уже размягчённые слюной, моментально растворились в алкоголе и вместе с жидкостью стекли в горло.

Черт, — внутри Чжоу Жоаня всё похолодело.

Чжоу Чжэ уселся рядом, перебирая чётки и обнимая девушку: Четвертый, говорят, ты сегодня не только принял праздничный дар от дедушки Цзиня, но и получил ответный подарок.

Пока говорил, Чжоу Чжэ как ни в чем не бывало взял у Чжоу Биня таблетку и запил её вином. Что это? Покажешь? Дай нам хоть одним глазком взглянуть.

Таблетка под языком Чжоу Жоаня почти исчезла, оставив лишь тонкую плёнку. Теперь, под прицелом стольких глаз, выплюнуть остатки было невозможно. Он решил пойти ва-банк: будь что будет, и сделал ещё глоток вина.

Когда во рту не осталось ничего лишнего, он достал из кармана предмет.

Это был кулон из первоклассного южного нефрита: три дюйма в длину, дюйм в ширину, грубоватой обработки, но с особой, архаичной притягательностью.

Чжоу Бинь лишь мельком глянул и пренебрежительно хмыкнул, а вот Чжоу Чжэ принялся внимательно изучать вещь, покрутил в ладонях, словно чётки, и лишь потом неохотно вернул Чжоу Жоаню.

Раз дедушка Цзинь одарил, значит, вещь достойная. Береги её, не потеряй.

Затем Чжоу Чжэ скользнул взглядом по девушке рядом с Чжоу Жоанем: Тебе нравятся такие? Неплохой вкус.

Эту девицу подложил Чжоу Бинь. Только сейчас Чжоу Жоань по-настоящему присмотрелся к ней: красивая, с изюминкой, а лицо такое невинное. Когда она опустила взгляд, Чжоу Жоаню вдруг показалось, что он где-то её видел.

Однако сейчас он не мог понять, откуда это чувство знакомости. Его тело начало меняться: кора головного мозга и клетки организма возбуждались всё сильнее. Словно после крепкого вина, мысли стали поразительно ясными, а подавляемые желания многократно усилились. Нечто, похожее на вожделение, прорвало плотину разума и свирепо вырвалось наружу.

Деньги, власть, возможность смотреть свысока на те лица, что когда-то презирали его... В бреду Чжоу Жоань уже взобрался на вершину власти, растаптывая семью Чжоу, заставляя отца и сына ползать перед ним в ногах, униженных и жалких.

Чжоу Жоань хотел рассмеяться, но внезапно чей-то ледяной голос позвал его. Он резко обернулся и увидел лицо, на которое было страшно смотреть.

Лицо Чжан Цзиня.

Оно, мертвенно-серое, приближалось, перекошенное от ненависти.

Чжоу Жоань поспешно забормотал: Я исполнил твоё желание! Я растоптал всех, кого ты ненавидел!

Нет, ты этого не сделал, — прошептал Чжан Цзинь, полный обиды и ярости. — Ты обещал дать мне коснуться женщины, но я умер, так и не дождавшись!

Женщина.

Ужасное лицо Чжан Цзиня начало таять, а в теле Чжоу Жоаня с новой силой вспыхнуло другое желание. Он чувствовал себя воздушным шаром, готовым лопнуть от напряжения; он раздувался, кожа становилась всё тоньше, и ему требовалась немедленная, исступленная разрядка, чтобы продолжить существование.

Четвертый молодой господин, обратите на меня внимание.

Голос девушки прозвучал как будто из пустоты, искаженный и далекий. Чжоу Жоань резко вцепился в её запястье...

Линь И сидел в самом дальнем углу у барной стойки, медленно потягивая вино.

Старший смены ВИП-зала проводил инструктаж для новичков, постукивая пальцами по деревянной стойке: У нас есть бармены в ВИП-комнатах, но если заказов слишком много и они не справляются, можно обратиться за помощью сюда.

Обернувшись, он заметил Линь И в углу.

Как раз тебя искал, старина Линь. Обучение новых сотрудников назначено на завтрашний вечер, приди пораньше, расскажи им про свой участок.

Старший был человеком проницательным, знал подход к людям. Он с помпой представил Линь И новичкам, но не успел договорить, как Линь И перебил его:

Зовите меня просто брат Линь.

Линь И и без того выглядел сурово, а со свежим шрамом на виске — и подавно. Сотрудники переглянулись и пробормотали: Менеджер Линь.

Отпустив их, старший отошел, но через пару шагов вернулся, возбужденно облокотившись на стойку рядом с Линь И: Расскажу тебе хохму. Те ублюдки, что прошлый раз обвинили Байбаня в краже, снова заявились.

Рука Линь И не дрогнула, когда он поднял бокал — ни капли не пролилось. Он лишь хмыкнул, не желая продолжать беседу.

Но старший не унимался: Богатеи, что с них взять, им всё нипочём. Отцы тех придурков — наши постоянные клиенты. Каждый раз заказывают себе элитных эскортниц, даже на ночь забирали. Представляешь? Сегодня их сынки тоже заказали ту же самую девицу.

Неужели им так острее? — старший усмехнулся. — У богачей свои причуды, нам, простым смертным, не понять.

Скосив взгляд, он увидел, что новички выстроились в ряд, ожидая дальнейших указаний, и тут же сменил тон на подобострастный: Ладно, дел по горло, не буду сплетничать. Пошел я.

Он только собрался уйти, как Линь И крепко схватил его за руку и спросил: Они и раньше заказывали эту девушку?

Раньше? — старший покачал головой. — Нет, эти щенки её до сегодняшнего дня не трогали.

Чжоу Жоань там?

Кто?

Тот, что помладше и самый трусливый.

Старший спохватился: Тот самый симпатичный в углу? Да, он там. Только сегодня он вовсе не трусит: сидит во главе стола, обнимает ту самую эскортницу, а его братцы-ублюдки вокруг него вьются.

Линь И снова поднял бокал, но на поверхности вина пошла рябь, круг за кругом.

На подземной парковке бара Чжоу Жоань запихивал женщину в машину.

За автомобилем в самом дальнем углу парковки блеснула вспышка. Мужчина в бейсболке посмотрел на снимок и остался недоволен. Но в этом месте парковки была единственная слепая зона камер, и ему пришлось, встав на цыпочки, опереть камеру на крышу машины, чтобы поймать нужный ракурс.

Его палец лёг на затвор, но прежде чем он успел нажать, он услышал за спиной шаги.

Все мышцы напряглись, мужчина медленно обернулся.

Чёрные кожаные туфли, тёмный подол одежды, взгляд скользнул выше...

Угх! — затылок мужчины пронзила острая боль, в глазах потемнело, и он рухнул на землю, теряя сознание.

Вместе с ним упала и камера, но в паре сантиметров от земли её подхватила широкая ладонь.

Бегло осмотрев содержимое, человек перекинул ремешок камеры себе через плечо. Та же рука, что только что применила силу, пошарила в карманах упавшего, забрала деньги, а пустой кошелек полетел в ближайшую урну.

Закончив, человек в черных туфлях направился к машине Чжоу Жоаня. Подойдя, он ткнул носком ботинка в ногу, торчавшую из салона.

Чжоу Жоань уже успел придавить женщину к заднему сиденью. Дверь была открыта, виднелись ноги: брюки задрались до колен, обнажив белые лодыжки.

Человек перед машиной поднял камеру, прицелился и несколько раз подряд нажал на кнопку.

Вспышка озарила полумрак салона. Женщина вскрикнула и быстро закрыла лицо руками.

Опустив камеру, человек закурил. Как только пламя зажигалки погасло, он, не вынимая сигарету изо рта, крепко схватил Чжоу Жоаня за лодыжку и с силой дёрнул на себя!

В следующую секунду послышались глухой стон, ругань и пронзительный женский визг.

Заткнись, — сигарета указала на женщину. — Выключай телефон и вали домой.

http://bllate.org/book/28267/3416589